Читаем Айвенго (Ivanhoe) полностью

Айвенго (Ivanhoe)

And this, in especial, is the valiant Knight who fought so bravely for the deliverance of him for whom we this day mourn."	Вот это - доблестный рыцарь, он храбро сражался ради освобождения из плена того, кого мы ныне оплакиваем.
"His bravery has my thanks," returned the lady; "although it be the will of Heaven that it should be displayed in vain.	- Благодарю его за доблестный подвиг, - отвечала леди Эдит, - хотя богу не угодно было, чтобы этот подвиг увенчался успехом.
I thank, too, his courtesy, and that of his companion, which hath brought them hither to behold the widow of Adeling, the mother of Athelstane, in her deep hour of sorrow and lamentation.	Благодарю также за любезность, побудившую его и его спутника прийти сюда, чтобы увидеть вдову Аделинга, мать Ательстана, в часы ее тяжелого горя.
To your care, kind kinsman, I intrust them, satisfied that they will want no hospitality which these sad walls can yet afford."	Вашему попечению, мой добрый родственник, поручаю я наших достойных гостей и уверена, что они не испытают недостатка в гостеприимстве, пока оно существует в этих печальных стенах.
The guests bowed deeply to the mourning parent, and withdrew from their hospitable guide.	Г ости отвесили глубокий поклон опечаленной матери и удалились вслед за своим гостеприимным проводником.
Another winding stair conducted them to an apartment of the same size with that which they had first entered, occupying indeed the story immediately above.	Другая винтовая лестница привела их наверх, в зал точно таких же размеров, как тот, в который они вошли с самого начала.
From this room, ere yet the door was opened, proceeded a low and melancholy strain of vocal music.	Этот зал занимал четвертый этаж здания. Когда дверь комнаты приоткрылась, послышалось унылое хоровое пение.
When they entered, they found themselves in the presence of about twenty matrons and maidens of distinguished Saxon lineage.	Войдя, они застали там собрание почтенных матрон и девиц из знатных саксонских семейств.
Four maidens, Rowena leading the choir, raised a hymn for the soul of the deceased, of which we have only been able to decipher two or three stanzas:-	Четыре девушки, с Ровеной во главе, пели гимн душе умершего; но мы из этого поэтического произведения могли разобрать лишь две или три строфы:
Dust unto dust, To this all must; The tenant hath resign'd The faded form To waste and worm- Corruption claims her kind.	У бренных тел Один удел - В прах превратится плоть. Всему взамен - Распад и тлен, Его не побороть.
Through paths unknown Thy soul hath flown, To seek the realms of woe, Where fiery pain Shall purge the stain Of actions done below.	Оставив нас, Ты в этот час Летишь в обитель зла, Чтоб в вышине, Горя в огне, Душа спастись могла.
In that sad place, By Mary's grace, Brief may thy dwelling be Till prayers and alms, And holy psalms, Shall set the captive free.	От муки той Слова святой Тебя освободят. Петь будем мы Свои псалмы - И ты покинешь ад.
While this dirge was sung, in a low and melancholy tone, by the female choristers, the others were divided into two bands, of which one was engaged in bedecking, with such embroidery as their skill and taste could compass, a large silken pall, destined to cover the bier of Athelstane, while the others busied themselves in selecting, from baskets of flowers placed before them, garlands, which they intended for the same mournful purpose.	Под это тихое и печальное пение четырех девушек остальные занимались вышиванием, по собственному вкусу и умению, большого шелкового покрова на гроб Ательстана или выбирали из расставленных перед ними корзин цветы и плели венки.