Читаем Айвенго (Ivanhoe) полностью

Айвенго (Ivanhoe)

Amongst dissolute and unprincipled men, of whom the Temple Order included but too many, Albert of Templestowe might be distinguished; but with this difference from the audacious Bois-Guilbert, that he knew how to throw over his vices and his ambition the veil of hypocrisy, and to assume in his exterior the fanaticism which he internally despised.	Среди развратных и безнравственных людей, которых немало числилось в ордене Храма, Альберт из Темплстоу по праву занимал одно из первых мест, но, в отличие от смелого Буагильбера, он умел скрывать свои пороки и честолюбивые замыслы под личиной лицемерного благочестия и пылкого фанатизма, к которому в душе питал презрение.
Had not the arrival of the Grand Master been so unexpectedly sudden, he would have seen nothing at Templestowe which might have appeared to argue any relaxation of discipline.	Если бы гроссмейстер не приехал так неожиданно, он не нашел бы в Темплстоу никаких упущений.
And, even although surprised, and, to a certain extent, detected, Albert Malvoisin listened with such respect and apparent contrition to the rebuke of his Superior, and made such haste to reform the particulars he censured,-succeeded, in fine, so well in giving an air of ascetic devotion to a family which had been lately devoted to license and pleasure, that Lucas Beaumanoir began to entertain a higher opinion of the Preceptor's morals, than the first appearance of the establishment had inclined him to adopt.	Но даже и теперь, когда его застали врасплох, Альберт Мальвуазен так подобострастно и с таким сокрушением выслушал упреки своего взыскательного начальника и так усердно принялся водворять аскетическое благочестие в своей обители, где еще накануне царила полная распущенность, что Лука Бомануар возымел теперь гораздо более высокое мнение о нравственности местного прецептора, чем в первые дни по приезде.
But these favourable sentiments on the part of the Grand Master were greatly shaken by the intelligence that Albert had received within a house of religion the Jewish captive, and, as was to be feared, the paramour of a brother of the Order; and when Albert appeared before him, he was regarded with unwonted sternness.	Но благоприятное мнение гроссмейстера резко изменилось, когда он узнал, что Альберт Мальвуазен принял в стены своей обители пленную еврейку, по всей вероятности находившуюся в любовной связи с одним из братьев ордена. И когда Альберт явился на зов, гроссмейстер встретил его с необычайной суровостью.
"There is in this mansion, dedicated to the purposes of the holy Order of the Temple," said the Grand Master, in a severe tone, "a Jewish woman, brought hither by a brother of religion, by your connivance, Sir Preceptor."	- В здешней обители ордена рыцарей святого Храма, - строго сказал Бомануар, - находится женщина еврейского племени, привезенная сюда одним из наших братьев во Христе и водворенная здесь с вашего разрешения, сэр прецептор.
Albert Malvoisin was overwhelmed with confusion; for the unfortunate Rebecca had been confined in a remote and secret part of the building, and every precaution used to prevent her residence there from being known.	Альберт Мальвуазен был крайне смущен. Злосчастная Ревекка была помещена в одной из самых отдаленных, потайных частей здания. Были приняты всевозможные меры предосторожности, дабы ее присутствие осталось неизвестным.
He read in the looks of Beaumanoir ruin to Bois-Guilbert and to himself, unless he should be able to avert the impending storm.	Во взгляде гроссмейстера прецептор прочел гибель и себе и Буагильберу, в случае если он не сумеет предотвратить надвинувшуюся бурю.
"Why are you mute?" continued the Grand Master.	- Что же вы молчите? - продолжал гроссмейстер.
"Is it permitted to me to reply?" answered the Preceptor, in a tone of the deepest humility, although by the question he only meant to gain an instant's space for arranging his ideas.	- Дозволяется ли мне отвечать? - произнес Мальвуазен тоном глубочайшего смирения, хотя, в сущности, своим вопросом хотел только выиграть время, чтобы собраться с мыслями.