Читаем Айвенго (Ivanhoe) полностью

Айвенго (Ivanhoe)

"'Tis but a contrivance to gain time," said Locksley; "they dare not do a deed for which I could exact a fearful penalty."	- Это они так говорят, чтобы выиграть время, -сказал Локсли. - Они не решатся на дело, за которое им придется отвечать своей головой.
"I would," said the Black Knight, "there were some one among us who could obtain admission into the castle, and discover how the case stands with the besieged.	- Было бы хорошо, - сказал Черный Рыцарь, - если бы кто-нибудь из нас ухитрился проникнуть в замок, чтобы разузнать, как там обстоят дела.
Methinks, as they require a confessor to be sent, this holy hermit might at once exercise his pious vocation, and procure us the information we desire."	Они просят прислать священника для принятия исповеди; по-моему, наш святой отшельник мог бы исполнить эту благочестивую обязанность; заодно он доставил бы нам нужные сведения.
"A plague on thee, and thy advice!" said the pious hermit;	- А, черт бы тебя побрал с твоими советами! -воскликнул святой пустынник.
"I tell thee, Sir Slothful Knight, that when I doff my friar's frock, my priesthood, my sanctity, my very Latin, are put off along with it; and when in my green jerkin, I can better kill twenty deer than confess one Christian."	- Я же тебе говорил, сэр Лентяй, что когда я сбрасываю рясу, вместе с ней снимаю и мой духовный сан, так что вся моя святость и даже латынь пропадают. В зеленом кафтане я скорее способен подстрелить двадцать оленей, чем исповедать одного христианина.
"I fear," said the Black Knight, "I fear greatly, there is no one here that is qualified to take upon him, for the nonce, this same character of father confessor?"	- Боюсь, - сказал Черный Рыцарь, - что здесь никого не найдется, кто бы годился на роль отца-исповедника.
All looked on each other, and were silent.	Все переглядывались между собой и молчали.
"I see," said Wamba, after a short pause, "that the fool must be still the fool, and put his neck in the venture which wise men shrink from.	- Ну, я вижу, - сказал Вамба после короткой паузы, - что дураку на роду написано оставаться в дураках и совать шею в такое ярмо, от которого умные люди шарахаются.
You must know, my dear cousins and countrymen, that I wore russet before I wore motley, and was bred to be a friar, until a brain-fever came upon me and left me just wit enough to be a fool.	Да будет вам известно, дорогие братья и земляки, что до шутовского колпака я носил рясу и до тех пор готовился в монахи, пока не началось у меня воспаление мозгов и осталось у меня ума не больше чем на дурака.
I trust, with the assistance of the good hermit's frock, together with the priesthood, sanctity, and learning which are stitched into the cowl of it, I shall be found qualified to administer both worldly and ghostly comfort to our worthy master Cedric, and his companions in adversity."	Вот я и думаю, что с помощью той святости, благочестия и латинской учености, которые зашиты в капюшоне доброго отшельника, я сумею доставить как мирское, так и духовное утешение нашему хозяину, благородному Седрику, а также и его товарищам по несчастью.
"Hath he sense enough, thinkst thou?" said the Black Knight, addressing Gurth.	- Как ты думаешь, годится он на это? - спросил у Гурта Черный Рыцарь.
"I know not," said Gurth; "but if he hath not, it will be the first time he hath wanted wit to turn his folly to account."	- Уж право не знаю, - отвечал Гурт. - Если окажется негодным, то это будет первый случай, когда его ум не подоспеет на выручку его глупости.
"On with the frock, then, good fellow," quoth the Knight, "and let thy master send us an account of their situation within the castle.	- Так надевай рясу, добрый человек, - сказал Черный Рыцарь, - и пускай твой хозяин через тебя пришлет нам весть о том, как обстоят дела у них в замке.