Читаем Айвенго (Ivanhoe) полностью

Айвенго (Ivanhoe)

But whatever pretensions Athelstane had to be considered as head of the Saxon confederacy, many of that nation were disposed to prefer to the title of the Lady Rowena, who drew her descent from Alfred, and whose father having been a chief renowned for wisdom, courage, and generosity, his memory was highly honoured by his oppressed countrymen.	Но каковы бы ни были достоинства Ательстана, многие из саксов склонны были признавать первенство за леди Ровеной. Она происходила от короля Альфреда, а ее отец настолько прославился своей мудростью, отвагой и благородным нравом, что память его высоко чтили все его соотечественники.
It would have been no difficult thing for Cedric, had he been so disposed, to have placed himself at the head of a third party, as formidable at least as any of the others.	Если бы Седрик захотел, ему бы ничего не стоило стать во главе третьей партии, не менее сильной, чем две другие.
To counterbalance their royal descent, he had courage, activity, energy, and, above all, that devoted attachment to the cause which had procured him the epithet of The Saxon, and his birth was inferior to none, excepting only that of Athelstane and his ward.	За Ательстана и леди Ровену говорило их королевское происхождение, но он мог противопоставить им свою храбрость, деятельный нрав, энергию и, главное, ту страстную преданность делу, которая заставила земляков прозвать его Саксом. А по рождению он сам был так знатен, что в этом смысле никому не уступал, за исключением Ательстана и своей питомицы.
These qualities, however, were unalloyed by the slightest shade of selfishness; and, instead of dividing yet farther his weakened nation by forming a faction of his own, it was a leading part of Cedric's plan to extinguish that which already existed, by promoting a marriage betwixt Rowena and Athelstane.	Но даже тень тщеславного себялюбия была чужда Седрику, и, вместо того чтобы еще более разъединить свой и без того слабый народ созданием собственной партии, Седрик стремился устранить уже существовавший раскол; важной частью его плана было выдать леди Ровену замуж за Ательстана и таким образом слить воедино обе партии.
An obstacle occurred to this his favourite project, in the mutual attachment of his ward and his son and hence the original cause of the banishment of Wilfred from the house of his father. This stern measure Cedric had adopted, in hopes that, during Wilfred's absence, Rowena might relinquish her preference, but in this hope he was disappointed; a disappointment which might be attributed in part to the mode in which his ward had been educated.	Препятствием к его осуществлению послужила взаимная привязанность леди Ровены и его сына. Это и было главной причиной изгнания Уилфреда из родительского дома. Седрик прибегнул к этой суровой мере в надежде, что в отсутствие Уилфреда Ровена изменит свои чувства. Но он ошибся: Ровена оказалась непреклонной, что объяснялось отчасти характером ее воспитания.
Cedric, to whom the name of Alfred was as that of a deity, had treated the sole remaining scion of that great monarch with a degree of observance, such as, perhaps, was in those days scarce paid to an acknowledged princess.	В глазах Седрика Альфред был чем-то вроде божества. Поэтому он относился к последней представительнице его рода с исключительным почтением, какое вряд ли внушали кому бы то ни было принцессы царствующих династий того времени.
Rowena's will had been in almost all cases a law to his household; and Cedric himself, as if determined that her sovereignty should be fully acknowledged within that little circle at least, seemed to take a pride in acting as the first of her subjects.	В его доме каждое желание Ровены считалось законом, и сам Седрик, словно решив, что ее права должны быть полностью признаны хотя бы в пределах этого маленького круга, гордился тем, что подчинялся ей, как первый из ее подданных.