— Мысль интересная. Что ты предлагаешь? — Он отечески улыбнулся семерым демонам. — Я разрешаю вам самим определить способ.

Я в ужасе смотрела, как Изначальные повскакивали с мест — словно стая стервятников слеталась на добычу. Семеро приглушенно совещались, Диего с Нэшем завистливо поглядывали на них, а Азия выглядела довольной, как кошка над крынкой со сливками. Люцифер терпеливо ждал. Джейк расхаживал взад-вперед, как будто хотел что-то сказать, но не мог подобрать достойного аргумента. Наконец из круга вышла Сораф.

— Мы решили, — самодовольно улыбнулась она.

— И сошлись во мнениях? — В голосе Люцифера мне послышалось разочарование. — И обошлись без жарких споров?

— Обошлись, Отец.

— Так объявляйте же ваше решение.

Сораф обернулась ко мне, остальные встали с ней рядом. Их глаза блестели, подобно клинкам, губы растягивала улыбка наслаждения.

— Сожжем ее, — промурлыкала Сораф.

Люцифер одобрительно захлопал в ладоши.

За спиной страдальчески простонал Джейк.

Глава 22

БДЕНИЕ

Я беспомощно смотрела, как растекаются за двери демоны. Теперь, определив мою судьбу, они перестали меня замечать. Только Азия задержалась, чтобы послать мне издевательский воздушный поцелуй.

— Аракиель, на рассвете передашь своего ангела нам, — небрежно бросил через плечо Люцифер. — Оставшееся время — тебе на прощание. И не говори, что я не великодушен.

Джейк бормотал что-то утешительное, но я его почти не слышала.

— У тебя шок, — сказал он, подводя меня к креслу, которое только что занимал Люцифер. — Посиди здесь. Я догоню Отца, попробую отговорить его от этого сумасшествия.

Я понимала, что он напрасно тратит время. Решение принято и, что бы ни делал Джейк, останется неизменным. И я не желала тратить время на мольбы или уговоры. В голове вертелась одна-единственная мысль. Если Люцифер прав, (а сомневаться в его словах нет причин), у меня осталось всего несколько часов жизни, и я не хочу провести их с демоном, который из прихоти затащил меня сюда, втянул в беду. Мне надо в последний раз побывать в Венус-Коув, попрощаться с Ксавье и с родными. Я знала, что если еще раз увижу Ксавье, то легче перенесу то, что ждет меня утром. Однако не только ради себя я хотела вернуться. Надо было дать знать Ксавье, что со мной все в порядке, чтобы он мог жить дальше. Ни в коем случае не скажу ему, что меня ждет, — не хочу причинять такой боли. Пусть он смирится с тем, что я не вернусь домой, и прекратит поиски. По жизни в Царствии я помнила, что люди никогда не исцеляются от утраты любимых, однако жизнь идет вперед и предлагает новые радости в возмещение потерь.

Надолго ли ушел Джейк, я не знала, но прикинула, что переговоры с Люцифером должны занять немало времени. Хотя до сих пор я переносилась только из своего номера, перенос дался легко, потому что в этот раз я и не думала таиться.

Ксавье я застала у него в комнате. Он сидел на краю кровати, рассеянный и немного встрепанный от недосыпа. Рядом валялась полуоткрытая спортивная сумка, но смотрел он на перышко, лежащее на столике у кровати. Это перышко он нашел на сиденье своего «Шевроле» после нашего первого свидания. Вот он взял его, погладил кончиками пальцев и вдохнул исходящий от пушинок запах дождя. А потом спрятал в складки выглаженной рубашки в спортивной сумке, подумал и вернул на прежнее место — на кожаный переплет Библии, лежавшей у изголовья.

Я встала перед ним на колени и заметила, что он вздрогнул, словно от сквозняка. По коже на руках пошли мурашки.

— Ксавье? — Я знала, что друг меня не слышит, но рассеянность на его лице сменилась сосредоточенностью. Чувствует мое присутствие? А не почувствовал ли он заодно, как плохи дела?

Ксавье подался вперед, будто уловил еле слышный звук. Мне пришло в голову установить с ним контакт, как тогда на пляже, но почему-то сегодня это представлялось неправильным.

— Привет, малыш, — осторожно начала я. — Вот, пришла попрощаться. Случилось кое-что такое, что я уверена: я больше не смогу к тебе приходить. Хочу напоследок сказать, чтобы ты обо мне не тревожился. Ты выглядишь таким усталым… Не надо ехать в Теннесси — это уже бесполезно. Попробуй вовсе забыть, что знал меня. Я желаю тебе замечательной жизни. Думай о том, что впереди, а прошлое отпусти. Я не отдала бы ни единой секунды того времени, что мы были вместе…

— Бет, — вдруг прервал мои мысли голос Ксавье. — Я знаю, что ты здесь. Я тебя чувствую. Что ты пытаешься мне сказать? — Он выждал минуту и добавил: — Может, подашь знак, как в прошлый раз?

Он смотрел с такой надеждой, что в голове у меня зародилась идея. Был способ и без слов сказать Ксавье все, что я хотела.

В комнате стоял полумрак. Я собрала всю энергию и откинула шторы. Ксавье замигал от хлынувшего в комнату света.

— Здорово, Бет! — сказал он.

Я подплыла к окну и дохнула на него, оставив на стекле туманное пятнышко. Потом, вытянув призрачный палец, нарисовала сердечко и вписала в него: К+Б.

Ксавье улыбнулся.

— Я тоже тебя люблю, — сказал он, — и буду любить вечно.