Я поднял его веки. Зрачки были такими узкими, что я едва рассмотрел их. Его дыхание стало очень быстрым и неровным, сердце работало с бешеной скоростью, чтобы перегонять ту кровь, что осталась. В его груди будет собираться все больше и больше крови, и это убьет его.

Я прислушался к его дыханию.

— Дай мне знак, что ты меня слышишь, дружище… Дай знак…

Ответа не было.

— Я понесу тебя, дружище… мы скоро выберемся отсюда. Скоро уже будем в самолете, вернемся в Брисбен… О'кей, о'кей? Дай мне знак, покажи мне, что ты жив.

Ничего.

Я поднял веко, прощупал пульс. Ничего не было. Я прикоснулся к его лицу, на нем застыла улыбка. И этого знака мне было достаточно.

— Скоро уже, ты, старый дурак. Скоро будем дома.

Я взял в руки РПК и побежал вниз по холму. Я вытащил магазин и проверил количество патронов. Их оставалось около десяти. Я переключил предохранитель в первое положение. Приходилось считать каждый патрон.

Я направился немного левее, в сторону машин.

Где-то метрах в ста Бастард, качаясь из стороны в сторону, шел, спотыкаясь вдоль дороги, размахивая при этом руками, чтобы не потерять равновесие.

Я побежал за ним, держась в тени деревьев. Он упал и на секунду забарахтался на земле, как перевернутая на спину черепаха.

Я замедлил ход, пытаясь найти впереди хорошую позицию для огневой точки. Наконец-то он достиг талимобиля. Я смотрел, как он подошел к водительскому месту и забрался внутрь.

Я снова поставил пулемет на землю и лег сам. Он был в положении дальнего боя: триста метров.

Я чувствовал себя на удивление спокойно, когда приложил приклад к плечу, закрыл левый глаз и прицелился.

Как я и предполагал, он не был специалистом по угону автомобилей. Он вылез из машины и пнул ногой левое крыло в расстроенных чувствах, после чего направился к «ладе». Спустя пару секунд двигатель сделал пару оборотов и снова заглох.

Намокли свечи. Скорее всего именно поэтому он и остановился здесь, и с тех пор ничего не изменилось. Он все продолжал и продолжал поворачивать ключ зажигания, но аккумулятор садился, и оборотов становилось все меньше и меньше.

Ветер уносил все звуки в сторону деревьев, но я сидел и наблюдал, как он с яростным криком бил рукой по рулевому колесу.

Он вылез из машины и направился в сторону нефтепровода. Не имело никакого значения, что он задумал, — его планам не суждено было сбыться.

Мои глаза сфокусировались на его массивном теле. Закрыв левый глаз, я целился ему прямо в живот.

Я нажал на курок, вдохнул, задержал дыхание.

Мушку было видно отлично, а Бастард был немного размыт.

Идеально.

Я второй раз нажал на курок.

Пулемет ткнулся мне в плечо, а Бастард упал.

Сначала он не двигался, но уже через мгновение его ноги начали месить грязь.

Я встал. Уперев пулемет в плечо, я направился к нему.

Он пополз в сторону, вдоль шрама нефтепровода, инстинкт уводил его от опасности. Я сомневаюсь, что он делал это сознательно.

Он видел, что я приближался.

Он остановился и перевернулся на бок.

Темная, обескислороженная кровь сочилась из его живота на покрытый хромом Пустынный Орел, торчавший у него за поясом.

Я поднял пулемет, не спуская глаз с девятимиллиметрового.

Я был всего в нескольких метрах от него, когда он поднял руку. Он берег дыхание до того момента, когда можно будет поговорить.

— Ник, я поделюсь с тобой полумиллионом… Чак получил свои полмилл…

Я хотел, чтобы он расставил все точки над «i».

— Мне жаль, что так вышло на кладбище, но я получил половину этих денег… мне нужно было прибрать за собой… зачистить концы…

Он все еще держал руки поднятыми вверх, но уже скорее это был жест мольбы, чем самозащиты.

— Вы уже получили две с половиной сотни, так ведь? Ты говорил, что вы их поделите. Я отдам тебе еще двести пятьдесят… Ты получишь больше всех…

Я услышал вдалеке шум вертолетных двигателей. Бастард тоже их расслышал.

— Слушай, Ник, я тебе вот что скажу — я тебе все отдам… Отвези меня в Стамбул, я организую проезд. Давай, старик.

Не опуская рук, он показал на карман своей куртки.

— Я тебе даже кассету отдам. Ты не дурак, Ник. Ты знаешь, что это хорошая сделка. Подумай об этом. Чак мертв. Тебе теперь нужно подумать о себе.

Это парень никогда не сдавался.

Я поднял РПК.

— Не называй его Чаком.

Я видел, как расслабилось его лицо.

— Да пошел ты!

Он вдруг опустил руки и потянулся за пистолетом Кобы.

Я нажал на курок.

Необходимости проверять пульс не было.

Я бросил РПК на землю и побежал снова в тень деревьев. Мне нужно было найти Чарли, пока окончательно не стемнело.

Я должен был это сделать.

Я обещал Хэйзл привезти его домой.

Эпилог

Ферма.

Три недели спустя.

Это были простые похороны.

Хэйзл и Джули окунулись в организацию всех деталей, вплоть до того, что наняли у строителей машину, чтобы Алан мог выкопать для Чарли могилу. Думаю, это немного придержало их демонов, позволило им обеим еще немного побыть в своем мыльном пузыре.