Читаем Агент Омега-корпуса полностью

Хеликс прищурился, глядя на камешки. Илья с интересом переводил взгляд с Хеликса на редлит. Минерал не изменялся, хотя под бледными скулами нкина ходили желваки, а лицо окаменело от напряжения.

— Не напрягайся, — предостерег Аркл, — от мускулов это не идет. Наоборот.

Вдруг редлит шевельнулся, отдельные камешки слились в одну кучу, став похожими на круглую толстую лепешку. Лепешка, чуть приподнявшись, шлепнулась обратно на стол и замерла. Хеликс очнулся, вытер лоб рукавом и тяжело задышал.

Аркл коротко тявкнул и отвернулся.

— Что это? — поразился Кристофер. Зрелище преобразившейся материи подействовало на него как удар тока.

— У всех одинаково, — сказал уирд, — нет концентрации.

— Как это нет! — возмутился Хеликс.

— Даже средние рэбберы сейчас работают лучше. Теперь ты, Моросанов.

— Зачем же ты их учил? — спросил Хеликс.

— А вас? — вопросом ответил уирд. — С людьми неизвестно к чему приведет. Я помогу вам разделаться с Демиургом, а потом?

— Погоди, Аркл, — сказал Моросанов, — еще неизвестно, будем ли мы бороться с рэбберами. Кстати, ты нам так и не рассказал, что вам в них не нравится.

— Всегда не нравится насилие, — сразу ответил уирд, но пробуй, Моросанов!

Опять наступила тишина.

Илья расслабился, закрыл глаза и успокоился. Потом, не торопясь, вывел в мозгу одну мысль. Как на учебных занятиях психополигона ВБ по отработке гипноза, он наполнил созданный образ своей энергией, пока тот не стал вибрировать в мозгу, потом дал эмоциональное напряжение и бросил весь этот клубок в редлит…

Раздался свист, словно куда-то с силой втягивался воздух, камешки мгновенно трансформировались в мутное облако, из которого возник, сверкая глазищами, мямар.

— Багдо! — выдохнул Крис.

— Ну… Это… Знаете… — прошептал Хеликс. — Загадочные странности…

— Не расслабляйся! — крикнул Аркл.

Илья не слышал. Он уже хорошо умел укрываться от внешних раздражений за броней концентрации. Моросанов вживался в мямара, отсекая ощущения собственного тела, и уже чуял тысячи запахов, слышал тысячи шорохов. Моросанов поднял лохматую голову и уставился немигающим взором на того, кто сидел напротив. Когда взгляды скрестились, Аркл прыгнул на стол и медленно подошел к нему. Один раз уирд недоверчиво оглянулся на громадное, словно башня, сидящее с закрытыми глазами тело Моросанова и ближе подошел к реддиту.

— Ты здесь? — еле слышно спросил он.

Багдо — Моросанов несколько раз беззвучно открыл и закрыл рот, прежде чем появился голос: — Здесь.

Концентрация вошла в стадию иммунитета, когда ничто, кроме желания и воли, не могло создавать помех.

Моросанов испытывал наслаждение, словно молодой пилот, впервые выводящий звездолет в космос. Он ощущал радость, гордость, упоение от собственной власти над редлитом.

— Хватит, Моросанов, — услышал он голос Аркла, — на первый раз.

Но усталости он не ощущал. Напротив, была какая-то свобода и легкость. Илья взглянул наверх, изучая того, непомерно большого, Моросанова, что сидел, откинувшись на спинку кресла и закрыв глаза.

Сверху задвигалась очень большая фигура Криса, появилась здоровенная ладонь, он ловко увернулся от нее.

Тотчас послышался глухой шум. С кошачьей реакцией обернувшись, он увидел, что Крис озабоченно поддерживает большое тело. Его, Моросанова, тело, выскользнувшее из кресла!

Илья «выпрыгнул» из образа Багдо и вновь ощутил себя человеком. Откуда-то появилась боль, она ширилась в голове, наваливалась все сильнее, и он поморщился.

— Что с тобой? — тряс его за плечо ариестрянин.

Илья посмотрел на него и сжал губы.

— Ничего, Моросанов. У всех то же, — проворковал Аркл. — Потом будет легче.

— Голова болит? — участливо спросил Хеликс. — Но здорово у тебя… получается.

— Смотри, Хеликс, — многозначительно сказал Аркл, Моросанов тоже впервые с редлитом. Но лучше концентрируется.

— Как тебе это удалось? — удивился нкин.

Моросанов массировал переносицу. Боль уже уходила, только ныла энергетическая точка под обручем между бровями.

— Не знаю, что тут сложного, — пробормотал он. — Это легко, надо лишь немного сосредоточиться…

— Итак, — заключил Аркл, — есть время, есть редлит. Думаю, знаете, чем дальше заниматься.

— Редлитом мы займемся. Непременно, — пообещал Крис. — А ты расскажи нам о рэбберах. Что ты говорил о системе насилия? Кто такой Демиург?

— Хорошо, — сказал Аркл.

Четвертый день 14 ч. 15 м.

Работа с солдатней отняла больше сил, чем он рассчитывал, и Поль дал себе небольшую передышку. Он изнутри оглядел свое шарообразное тело и подумал о том, что делать дальше. История с Арклом и Батриком была очень не ко времени. Ох, как не ко времени!

А что, если все слова хитрого уирда о неприятии его народом насилия пустой звук? Что, если в эту мохнатую башку придет мысль разделаться с Дворцом? Коли у них был редлит, может найтись вполне приличное оружие. Со старыми цивилизациями держи ухо востро!

«Тьфу, — одернул себя Четвертый, — о ком ты говоришь? Пока что видно только Аркла и пирамиду. И больше ничего. Если не считать все эти призрачные растения и красные миражи. Никого и нет, кроме Аркла, понял?