Читаем Африканский казак полностью

— Я же пригласил всех вас на ужин. Раздели со мной трапезу. Остальные твои спутники уже поели и отправились выполнять мои приказы. Попробуй, это мы обычно едим в походе. Кушанье сытное, но дорогое. Его могут себе позволить только военачальники и богатые купцы. Остальные воины довольствуются зерном, которое их жены толкут, а потом варят кашу или пекут лепешки. Без такого обоза нам никак нельзя обойтись.

— За эфиопским войском также следуют тысячи женщин и стада скота. Да и в Европе прокормить армию очень сложно. Еще задолго до войны делаются запасы продовольствия и прокладываются дороги, некоторые старшие военачальники только этим и занимаются. Солдат должен быть всегда сыт. А у вас в Африке свои трудности — дорог нет и очень жарко. Все запасы пищи быстро гниют и тухнут.

— Вот и попробуй нашей еды.

Что же, от такого приглашения отказываться нельзя. Можно сказать, это первый приказ… Конечно, холодная баранина с перцем не самое вкусное блюдо, но под пристальным взглядом эмира съесть можно. Как гласит пословица, никто не осмелится сказать, что во дворце правителя подают прокисший мед… Что, если это проверка? Смотрит так, словно коня покупает. Или раба? Того и гляди пощупает мышцы или заглянет в зубы. Судя по началу разговора, Идрис уже донес о беседе с дворецким. Значит, и с эмиром надо довести себя правильно с самого начала — приличия соблюдать, но и не поддакивать подобострастно.

— Думаю, что в горячем виде это блюдо было бы вкуснее. Сколько времени оно может храниться? — спросил с деловым видом.

— До полугода, если будет лежать в сухом и темном месте, — в тон ему ответил Раббех. Потом эмир отхлебнул кофе и довольно долго молчал. Словно давал понять, что время пустой болтовни подошло к концу и пора приступать к серьезному разговору. — Ты московит из страны Раша?

— Я русский. Офицер казачьего полка личной охраны российского императора.

— О, так ты казак! Во время войны в Болгарии18 я видел русских. Отличные солдаты, туркам от них здорово доставалось. Египетский паша послал свои полки на помощь турецкому султану, и наши всадники беспощадно рубились с казаками, но так и не смогли их одолеть. Я служил в полку Зубейр-паши, того самого, который потом устраивал зерибы и рассылал отряды охотников за рабами и слоновой костью по всей Нильской долине. Он взял меня с собой, знай, что в молодости я нанялся в египетскую армию, где начинал барабанщиком, а кончил начальником десятка воинов. Служил бы и дальше, да повредил себе правую руку, поэтому и пришлось заняться торговлей.

На минуту Раббех замолчал, вспоминая былые годы. Но его слова не оставили равнодушным и Дмитрия. О схватках с черными арапами рассказывали и старики в станицах. Некоторые даже привезли из походов диковинные трофеи — гибкие пики с легкими бамбуковыми древками и чепраки, крытые шкурами леопардов и зебр. А колченогий дядька Михей всем прожужжал уши рассказами о том, как он заарканил самого главного арапа. Уверял, что он добыл и слона, на котором якобы ездил этот африканец. Но этому уже никто не верил. Говорили, что слонов сам Михей увидел в первый раз только в Ростове, на представлении цирка.

— Негус пишет, что ты знаешь военное дело и умеешь ладить с нашими людьми, — тихо произнес Раббех. Казалось, его взгляд проникал в самую душу. — Что ты знаешь о странах Судана или Билад-эс-Судана19?

— Очень мало.

— В Судане живут не дикари. Здесь уже тысячу лет назад создавались мощные государства, строились города, местные жители приняли ислам и торговали с арабами. Когда султаны Судана со своими богатыми караванами приходили в Каир, на рынке падала цена на золото. В библиотеках наших маламов имеются книги Аристотеля и арабских философов и законоведов. Триста лет назад турецкий султан прислал в Борну несколько своих мастеров, и они научили наших людей делать порох и обращаться с огнестрельным оружием… Но сейчас мы отстали в военном деле и нам нужна помощь.

— В чем вы нуждаетесь?

— У махдистов были иностранные военные советники — австриец по имени шейх Сулейман и несколько французов. Но это не спасло их от поражения. Почему?

Кажется, становится понятной манера Раббеха в изучении своего собеседника. Долгие рассуждения и пристальное наблюдение за его реакцией, а затем внезапный вопрос. Отвечать же надо быстро и кратко. Что же, это хорошо, когда начальник умен, с таким служить любо!

— При власти махдистов народ не стал жить лучше. Кроме того, у них не было союзников.