— Много встречал торговцев рабами, знал, что это жестокие люди. Но не верил рассказам о зверином нраве этого Бегит-паши. Теперь вижу, все это правда.

В соседнем здании раздавался стук пестов в ступках. Служанки толкли зерно для утренней каши, протяжно пели:

Порой их пение заглушал детский плач.

31

Караван с рабами прибыл в зерибу, когда солнце поднялось уже довольно высоко. Еще издали стали слышны крики и хлопанье бичей. Четверо смуглолицых всадников баккара гнали десятка три людей, на шеи которых были надеты веревочные петли или привязаны толстые рогатки. Кроме того, все они несли какие-то корзинки и мешки.

Увидев пленников, едва передвигавших ноги от истощения и усталости, паша пришел в ярость:

— Это все, что вы нашли в саванне, грязные собаки? Где Абдулла!

— О, великий паша, он просил сообщить тебе, что продолжает охоту в новых долинах. Он…

— Он лжец, как и все баккара! Добывает ценных рабов, а потом тайно сбывает их другим торговцам. Своему же хозяину присылает ходячую падаль! Сколько дней мне придется откармливать этих покойников перед тем, как выставлю их на продажу! Сейчас отправить всех их под замок, а с вами, бездельники, я еще разберусь!

— О, могучий Бегит-паша, не гневайся! Абдулла посылает тебе редкий подарок — девственницу из южных лесов!

Перед пашей поставили небольшую деревянную клетку, в которой сидела, сжавшись словно испуганный зверек, голая пигмейка. Взглянуть на это крохотное создание с вполне развитыми женскими формами быстро собрались все обитатели зерибы. Воины баккара встали отдельно, с плохо скрываемым презрением смотрели на происходящее.

— После этой ночи меня на малышей не тянет, — объявил паша. Попыхивая трубкой, он обошел клетку и повернулся к одному из своих телохранителей-нубийцев. — Ты у нас самый длинный. Позабавься с ней, а мы поглядим. Думаю, она тебе как раз до пупка достанет! Ха-ха-ха!

Девушку выпустили из клетки. Под шутки и хихиканье слуг нубиец опустил руку на ее плечо, другой начал распускать пояс своих шаровар.

— Сейчас увидим танец слона и обезьяны, — произнес один из баккара и добавил совсем уж неприличное.

Услышав это, нубиец повернулся и зло оскалился.

— Я с тобой еще посчитаюсь за такие слова!

Для внушительности показал обидчику громадный кулак. На какое-то мгновение пигмейка оказалась свободной и тут же юркнула в толпу зрителей. Все с криками бросились ее ловить, но только без толку толкались и падали на узких проулках. Нубиец, как разъяренный буйвол, мчался за ней следом, сбивая с ног встречных. Через дыру в ограде девушка проскользнула в загон для скота, вскарабкалась на стоящее рядом дерево и с его ветвей спрыгнула на земляной бастион. Сидевший на пушке часовой только рот открыл от изумления, когда она сбежала вниз по брустверу и миновала ров, ловко прыгая по набросанным сверху колючим ветвям. Вбежавший следом за ней на бастион нубиец яростно зарычал, отвесил затрещину часовому и тоже начал скакать с ветки на ветку. Но они не выдержали его тяжести, и великан рухнул вниз.

Пигмейки и след простыл, а обитатели зерибы с ужасом слушали доносившийся из рва звериный вой. Пробитый острыми кольями нубиец бился на дне, разбрасывая зловонную грязь.

В ров послали троих рабов, и хотя им была обещана свобода и они старались изо всех сил, но вытащить огромного нубийца так и не смогли. Один из них поскользнулся и сам напоролся на острый бамбуковый шип. Издал пронзительный крик, а потом начал проклинать самого Бегит-пашу и призывать страшные кары на всех его родных и близких, не оставил в покое и предков.

Тогда стоявший на краю рва паша поднял маузер.

Когда все смолкло, он приказал:

— Засыпьте их! Факих, прочитай молитву.

Мрачный хозяин зерибы направился к себе, но на половине дороги остановился и подал знак слуге. Все неподвижно стояли, затаив дыхание, со страхом наблюдали, как он неторопливо затягивается дорогим индийским зельем.

— Кровь зовет кровь! — наконец воскликнул паша. — С нашими людьми случилось несчастье! Кто виноват в нем? Я точно знаю, что в зерибу проникли злые люди. Среди них есть опасный колдун! Но сегодня мы все очистимся от его волшебства!

— Как ты мудр, о паша! — прокричал старикашка-факих. В его руках появилась грамматика хауса. — Вот она, дьявольская книга с письменами неверных! Я нашел ее в сумке этого рябого паломника. Он колдун, а его спутник — самозванец и тайный лазутчик. Я это понял сразу, как только увидел его манеру пить кофе!

— Все верно. С колдуном еще успеем расправиться, а черкес не паломник. Он слишком хорошо разбирается в торговых делах. Кто из моих соперников подослал его, узнаем потом, а сейчас приведите сюда того инглиза, что сидит в яме. Мой лев еще никогда не пробовал мяса людей этого племени. Потешимся!