Читаем Адвент полностью

Парки эти тянутся на многие километры. Они похожи на обои или на маргиналии старинной книги. Липы, дорожки, статуи, скамейки, и снова липы, статуи, скамьи, дорожки. И пруды. И утки.

Дорога то в горку, то вниз.

Лужайки, старинные дубы,

полуразрушенные дворцы.

Заросшие трамвайные пути.

Развалины винных погребов, заросли ивы,

крушины, воробьи в пыли.

Там ходишь, как будто книжку читаешь

бесконечную

скучную, но очень хорошо написанную

и каждый раз читаешь её с начала

и там кажется, что любое твоё действие

как будто учтено заранее

Аня сначала не хотела все курить

а взяла почему все – хотела одну

сама скурить, а другой поделиться с Кирой

но побоялась раздавить их без коробки

вот и взяла все шесть

а Кира отказалась, не захотела курить

тогда Аня, чтобы её подбодрить,

выкурила и вторую сама

ей очень понравилось чувство,

которое появилось после этого

она как будто вся пропиталась табаком

вся стала ярко-коричневая

прокопчённая

июнь был тёплый, но Ане жарко не было

ей тогда часто хотелось спать

ну, в общем-то, ей и теперь часто хотелось

но тогда особенно,

Стеша после отлучения от груди ночами плакала

просыпалась по нескольку раз за ночь

и вот как раз сигары Аню взбодрили,

спать перехотелось

это было так необычно и приятно

Аня достала третью и четвёртую

и предложила Кире

а Кира со смехом отказалась

тогда Аня, удивляясь, в чём же тут дело,

выкурила сама и третью, и четвёртую

к этому времени они пришли к Заливу

там было всё синим-синё

Дина и Стеша походили ножками по мелководью

а Аня скурила пятую

у неё уже тряслись руки и болел затылок

но нужно было как-то прикончить этот абсурд

и, да, – вот – где-то на середине

четвёртой сигары

Аня начала слегка похохатывать

это другим словом не назовёшь

такой мелкий барахтающийся хохоток

как барашки на волнах

или чайки – непонятно – когда смотришь

прищуриваешься и не видишь толком,

чайки или пена

так вот в горле, в груди начинается такое

рефлекторное

«ахаха» – любой мелкий повод вызывает

небольшой смешок

и на большее тебя уже не хватает

не хватает дыхания

ты как будто выташниваешь этот смешок

идёшь дальше – ещё несколько шагов – и снова

это не как трава

не как скорости

не как что-то ещё

это скорее как простуда, или как чай

или как удариться головой

слегка

однажды в детстве Аня каталась с горки

на санках

и долбанулась головой о камень

ощущение было такое же примерно

пустоватое, с уходами куда-то и приходами

когда теряешь сознание по многу раз

незаметно, на несколько секунд

и голова слегка так побаливает

на самом деле не слегка, но ты не ощущаешь

потому что все чувства притуплены

и только вырывается, как дымок изо рта:

выталкивается

ахаха

ахаха

да. Ну так вот:

Аня выкурила пятую и шестую

выдохи и смешки стали беспомощными

Аня шла вперёд уже как кукла

по инерции

толкая перед собой коляску

опиралась на неё

у Ани немели руки и ноги

она чувствовала, что на лице у неё застыла

кривая ухмылка

а тени стали резкими

статуи нависли над дорогой

в конце концов Кира спросила, как Аня себя чувствует

Аня сказала… она сама не помнит, что она сказала

она легла на асфальт

и удивилась, что простыня может быть такого цвета

Кира вызвала Ане скорую

врачи приехали довольно быстро,

минут через двадцать

стало полегче

врачи измерили ей давление

верхнее оказалось 180

при этом Аня продолжала посмеиваться

и хотя Кира этого уже не замечала

но врачи заметили

– А Стеша как реагировала?

– Спала. Уснула после моря, к концу прогулки. Они обе уснули.

да

так вот: врачи заметили, что Аня смеётся

а она к этому времени смеялась уже так:

ах ах а ах аха

коротко, с перерывами на вдох

даже не вдох, а неполный всхлип

как будто воздух уже не очень насыщал…

Тут Стеша, не просыпаясь, привалилась поближе к Ане. Стешин аромат был чуть солёный и немного цветочный. Сквозняки и свет фонаря пронизывали комнату.

Врачам не очень понравилось, видимо,

что Кира их вызвала

и что пришлось ехать в такое странное место

ориентироваться в этом странном парке

и очевидно было, что Аня не помирает

и что в больницу ехать не хочет

но так как с ней был ребёнок

то они решили выяснить, не находится ли он в опасности

и начали допрашивать Аню с пристрастием

что ела, сколько спала

какие принимала наркотики

про сигары они просто не поверили

хотя Аня показала им коробку

они не верили, что Аня просто-напросто

скурила шесть сигар

они не понимали, зачем Аня могла бы это сделать,

ахаха,

хаха

Аню потряхивало

но ей становилось всё лучше

и врачи с презрением уехали

оставив Аню со Стешей и Киру с Диной

на вечерней дороге

тени уже удлинились

проснулась Стеша и стала кряхтеть

раздумывать, поплакать ей или нет

и Дина проснулась и стала реветь

а Кира стала её утешать

в общем все разбрелись кто куда

потом Стеша присела на дорогу и стала писать

ручейки растеклись

и Стеша стала пытаться их палочкой

Аня дала ей мелок…

– Погоди, – прошептал Костя. – А мы с тобой не ссорились, случайно, перед моей поездкой?

– Да нет вроде.

– А это не тогда… Именно тогда же.

– Да я не поэтому, я вообще не переживала, – прошептала Аня. – Денег не было, срок был ещё микроскопический… недели две… не бери в голову.

Костя не шелохнулся. В горле пересохло.