Читаем Адвент полностью

а было просто мировым законом

террористы взорвали метро – не ужасайся, а продавай валюту

такой вот чувак был Романов

и смеялся он через слово

хе-хе-хе, добавлял он к каждой фразе

это у него как артикль был, хе-хе-хе

типа как остатки воздуха вытряхнуть, хе-хе-хе

умный, цепкий, сообразительный

ехидный, циничный

всегда был в одинаковом сварливо-оживлённом настроении, всегда с прибаутками какими-то

выигрывает, проигрывает – всё балагурит,

всё ему как с гуся вода

казалось, его вообще невозможно сбить с ног

Однажды Костя, Гольденфаден и Романов

поехали вместе открывать филиал.

Семьсот километров

Зачем Костю позвали, непонятно

может, потому что он любил тогда ездить

ну, любопытно было – что на восток от Питера ещё есть

так бы Гольденфаден и один всех обучил

короче Романов

если по порядку – то он деньги вёз

а Костя с Гольденфаденом за ним должны были следом ехать с циклом семинаров

для свежих сотрудников

но застряли на трассе

случилось кое-что непредвиденное —

сломалась машина, которая их подвозила

ну, они по-быстренькому вылезли, дошли до придорожной забегаловки для дальнобоев

настроились сутки там просидеть

но неожиданно Романов приехал через пять

часов

среди ночи их разбудил

они страшно удивились: после рабочего дня

Романов стартовал и приехал необыкновенно

быстро выручил их, заплатил за эвакуатор

и повёз в город

уже в этот момент Костю в нём что-то поразило

что-то изменилось уже в тот момент

уже в том, как он к ним подошёл

пиджак у него был распахнут, глаза блестели, он улыбался

не хихикал, как обычно, а улыбался,

глядя на них во все глаза

«да это не Романов!» – пришло Косте в голову

Романов – тот

смотрел на мир так, как будто это был старый хуёвый мир

который он тысячу раз видел

который не может предложить ему

ничего нового

а этот новый чувак в облике Романова

смотрел на мир изумлённо

во все глаза, внимательно

Костя, сказал он, привет, до чего я РАД

вас обоих видеть!

Я не мог дождаться утра и приехал сейчас.

Всё равно ведь я не сплю.

Знаете, это такой чудесный город

он какой-то… необыкновенный,

я влюбился в этот городок

но вы сами скоро всё увидите

и наш новый филиал, и люди в нём

это что-то волшебное, нечто необыкновенное

я безумно рад, что судьба посылает мне этот

новый опыт

и вот в таком высокопарном духе

Романов трындел всю дорогу

Гольденфаден с Костей ничего не понимали

иногда Романов оборачивался, и лицо у него было

как будто освещено солнцем

растерянной, неверной, одухотворённой

улыбкой

а глаза блестели жидким тёмным блеском

и движения стали быстрыми, лёгкими,

суетливыми

(а раньше были другие, с ленцой)

а главное, за всю дорогу

он ни разу не хехекнул

но ближе к городу, посреди своего монолога,

один раз рассмеялся – и Косте совсем страшно стало

Романов смеялся на вдохе, как будто задыхался

как будто с непривычки пытался вдохнуть в себя новый газ

на новой планете, где он теперь жил

Костя глянул на Гольденфадена

и поймал его взгляд

на следующее утро начались семинары

и Костя как-то потерял Романова из виду

прошло три дня

и на третий день к вечеру к нему пришли

сотрудники нового филиала

и сказали: он у вас всегда такой был?

Костя сказал: какой?

ну… странный

он всех на уши поднял

всё время повторяет: «я только теперь понял, как надо работать»

типа, раньше я нормально работать не умел, а теперь вот умею

научился и буду непрерывно работать

может, принимает чего, спросил Костя

мало ли, с него станется, кокос, может

но сотрудники филиала сказали: нет, ничего

даже алкоголя не пьёт, ничего не принимает, разве что кофе пьёт литрами

и энергетики банками сосёт

хм, сказал Костя, а где он теперь

ну теперь, сказали ему, и теперь тоже —

работает

странный он у вас какой-то,

он ужасно странный

какой-то чересчур увлечённый, фанатик прямо

как будто сектант какой-то

говорит о рынках как о новой религии

он нас всех замучил, реально замучил

всё время что-то диктует, поручает

философии какие-то… мы не понимаем…

вроде человек в командировке…

а он всё здесь на себя берёт

всё в бешеном темпе делает

вы скажите Гольденфадену

пусть он своего друга как-то…

утихомирит, что ли, а? —

и они с сомнением на Костю посмотрели

Костя немедленно позвонил к Гольденфадену

но тот читал лекции

Костя дождался перерыва

сказал: твой приятель, похоже, под чем-то

а тот такой: уговори его поспать

это очень важно, это от бессонницы

с ним бывает

а я пораньше закончу и подскочу

но уговорить не вышло

Костя стал расспрашивать – что происходит

но быстро понял, что ничего не добьётся

Романов отвечал невпопад

он даже за столом сидеть не мог

вскакивал и произносил бессвязные речи

всё повторял про то, что будет теперь

хорошо работать, а ещё

говорил, что радость – это неведение

и удивление

что раньше он думал, будто знает всё

а теперь он ничего не понимает,

и это есть высшее знание

знание для посвящённых,

предчувствие праздника

неожиданно стал рассказывать,

что решил организовать фестиваль

по сноуборду, в горах, и гонки – там же

что он уже договорился

что он делает закупки, в кредит,

и оформляет на себя, от своего лица

Костя спросил, правда ли, что Романов не спит

а тот ответил – мне теперь не надо

я заряжаюсь теперь иначе, я теперь другой

теперь всё пойдёт по-новому, весь мир теперь будет работать по-новому