А под черным небосводом

Кругом, кругом, хороводом

Пляшут смерти огоньки.

21

— Я хочу больше узнать о девушке, с которой ты встречаешься.

Бо продолжал невозмутимо работать, сооружая новый сарай, в котором миссис Мэллори, по ее собственному мнению, остро нуждалась. Он лишь на минуту прервался и подмигнул ей.

— Не ревнуйте! Вы все равно навсегда останетесь любовью моей жизни.

Она фыркнула и поставила свежий лимонад, специально для него приготовленный, на верстак. Ее волосы оставались огненно-рыжими, она надела модные солнцезащитные очки с янтарными линзами. И фартук в веселеньких цветочках.

— Я по глазам вижу, мальчик мой, что ты нашел мне замену. Я хочу знать, кто она.

— Она красавица.

— Скажи мне что-нибудь такое, о чем я сама не догадаюсь.

Он отложил «пистолет» для ввинчивания шурупов и взял стакан лимонада.

— Она умная, веселая и добрая, хотя иногда бывает и свирепой. У нее глаза как у львицы и маленькая родинка вот здесь. — Бо похлопал себя по губе. — У нее большая семья. У них итальянский ресторанчик в моем районе. Она там выросла. Эй, погодите, может, ваш брат ее знает? Разве ваш брат не коп?

— Коп, — подтвердила миссис Мэллори. — Последние двадцать три года. А что, он ее арестовывал?

Бо рассмеялся.

— Вот уж это вряд ли. Она тоже коп. Отдел поджогов города Балтимора.

— Как и мой брат.

— Шутите? Я думал, он… Не знаю, что я думал. Значит, они знакомы. Как фамилия вашего брата? Я ее спрошу.

— О’Доннелл. Майкл О’Доннелл.

Услышав это, Бо отставил стакан лимонада и стянул с себя защитные очки.

— Вот тут вступает музыкальная заставка из «Сумеречной зоны» [40]. Он ее напарник. Ее зовут Катарина Хейл.

— Катарина Хейл? — Миссис Мэллори скрестила руки на груди. — Катарина Хейл?! Та самая, с которой я хотела тебя познакомить много лет назад?

— Не может быть. Вы хотели меня с ней познакомить?

— Мой брат говорил: у него есть хорошенькая новая напарница. Я спрашиваю: она не замужем? Он говорит: нет, не замужем, а я говорю: у меня есть симпатичный молодой человек, делает для меня работы по дому. Я ему говорю: пусть спросит, не хочет ли она познакомиться с приятным молодым человеком? Но она тогда встречалась с кем-то. Оказалось, что не с таким приятным молодым человеком, но Мик больше не хотел заводить с ней этот разговор. Тем дело и кончилось.

— Обалдеть! Удивительное это дело: мы с Риной, оказывается, кружили по разным орбитам годами, близко сходились, но никогда не пересекались. Вы ее когда-нибудь видели?

— Один раз, когда она пришла к Мику на вечеринку. Очень хорошенькая, хорошо воспитанная.

— Я завтра иду на ужин к ее родителям. Прямо к ним в дом. Семейный ужин.

— Приходи с цветами.

— С цветами?

— Подари ее матери веселеньких цветочков, но не в коробке. — Миссис Мэллори погрозила Бо пальцем, одновременно давая инструкции. — В коробке — это слишком формально. Букет. Принеси букет веселеньких душистых цветочков и вручи его хозяйке дома, как только войдешь.

— Ладно. Спасибо, миссис Мэллори!

— Ты хороший мальчик, — вынесла свой приговор миссис Мэллори и удалилась в дом, чтобы позвонить брату и побольше разузнать об этой самой Катарине Хейл. А Бо остался работать в саду.

Цветы. С цветами он может справиться. Их продают в супермаркетах, а ему все равно надо купить кое-что из еды. Бо остановил грузовик у магазина неподалеку от дома миссис Мэллори, взял тележку. Молоко. Вечно у него кончается молоко, а он спохватывается в последнюю минуту. Хлопья. И почему они не выставляют кукурузные хлопья рядом с молоком? Разве это не было бы логично?

Может, стоит взять пару бифштексов, пригласить Рину и зажарить их на решетке? Мысленно одобрив этот план, Бо захватил кое-что по мелочи и начал потихоньку продвигаться в сторону цветочного киоска.

Там он остановился, сунул руки в карманы и принялся изучать букеты, выставленные в витрине.

Миссис Мэллори сказала «веселеньких» и «душистых». Большие желтые — кажется, это лилии — выглядят нарядно. Но лилии, кажется, приносятся на похороны? Так и попасть впросак недолго. Нет уж, упаси бог!

— Это труднее, чем я думал, — пробормотал он вслух и смущенно обернулся, когда к нему подошел мужчина.

— Тоже в конуре?

— Простите?

Мужчина наградил Бо страдальческой улыбкой и хмуро указал на цветы.

— Да я подумал, может, вам тоже пришлось ночевать в собачьей конуре. Я там ночевал прошлую ночь. Придется принести жене цветов. Нечто вроде входного билета.

— Вот оно что! Нет, у меня завтра званый ужин в доме родителей моей подружки. А пропуск из собачьей конуры — это, по-моему, розы.

— Черт! Да, пожалуй. — Мужчина подошел к продавщице за прилавком. — Похоже, мне понадобится дюжина роз. Вон тех, красных. Женщины, — вздохнул он, повернувшись к Бо, и почесал голову под бейсболкой.

— И не говорите. Я, пожалуй, выберу вон те. — Бо вопросительно взглянул на продавщицу. — Вон те разноцветные штуки с большими головками?

— Герберы, — подсказала она.

— Они веселенькие?