Читаем Адмирал Ушаков. Том 2, часть 1 полностью

старайтесь всевозможно иттить предупредительно к острову Занте,

имеющиеся на берегу оного батареи сбить, употребите всю

возможность французов, в ней находящихся, взять в плен и все, что

там окажется французское, забрать и доставить на эскадру; по

доходе вашем туда сделайте обсылку от себя и пригласите

обывателей оного острова, так же как от меня вам прежними

повелениями об острове Цериго предписано, исполняйте все сходно по

тем же наставлениям, какие вам об этом острове от меня даны.

Уповаю, что обыватели во всем вам сделают вспоможения, при

нужном случае ссадите десант, которым я вам от эскадры делаю

вспоможение. Французов, уповаю я, взять можно будет без

важных кондиций \ исполняйте по вашему благоразумию по

важности обстоятельств и соображайте, что как полезнее. О прочем

полагаюсь на вашу храбрость и на искусство. Сначала, когда

подойдете вы к острову, ежели фрегат «Счастливый» может

предупредить, прикажите ему иттить наперед не очень близко к

батарее, дабы первый огонь с батареи вам рассмотреть, а потом и

ваше расположение делать по открытии огня с батареи и можете

осмотреть большого или меньшего калибра пушки какими

снарядами палить будут и сколь сильна канонада. Сообразуясь с тем

и можете подойтить в такую Дистанцию, как лучше, если не

будете поступать решительно. Чем поспешнее дело, тем неприятелю

страшнее, и он, не имея времени осмотреться, придет в

замешательство,

С вверенным вам кораблем «Св. Троицы» и фрегатом

«Сошествие Св. Духа» и «Счастливым» и судном «Красноселье»

извольте следовать в остров Кефалонию, крепость и батареи там

находящиеся извольте от французов отобрать, ежели можно без

большого кровопролития, взять силою оружием или на договор;

французов, находящихся в них, взять пленными, с тем ежели

они отдадутся без бою, договор с ними такого содержания:

экипаж * их собственный отдается им, кроме всего того, что ими от

кого отнято, то надлежит казне нашей, в плену содержаны они

будут в добром порядке и без наималейшей обиды, крепость,

батареи, орудия всякого сорта и все, что там с ними найдется,

от них отобрать, флаг и ключи крепости доставить мне. Ежели

там найдутся французские суда или им надлежащие, возьмите

их пленными, также и на берегу все, что найдется французам

надлежащее, извольте все арестовать; суда какие там есть, под

чьими бы флагами не были, извольте всех их осмотреть,

документы освидетельствовать, старайтесь наивозможным образом

изыскать всякую справедливость, не окажется ли на них груза,

французам надлежащего, или от них куда отправляемого, все

таковое заарестовать и ко мне рапортовать. Впрочем все полагаю

я на ваше благоразумие, мужество и храбрость, поступайте обо

всем осмотрительно я что как полезнее и выгоднее

государственной пользе, то и производите. Крепость и батареи старайтесь

непременно взять на договор или боем, ежели французы усиленно

будут драться, в таком случае истреблять их огнем и мечом.

Жителям острова от меня писано и они все готовы; прикажите

им, кой час придете к острову, не пропустя времени, тотчас

с вами действовать к все то исполнять, что вами предписано.

Я слышал от драгомана Порты, что за прибытием

соединенных эскадр в о-в Хиос 1 греки по обыкновению, завидя на берегу

галонджиев 2, заперли домы и лавки. Вице-адмирал Ушаков

представил турецкому командующему, что естьли соединение обеих

эскадр имеет производить подобное в обывателях действие, то

лучше обеим эскадрам условиться о местах соединения и плыть

порознь. Турецкий вице-адмирал так хорошо сие принял, что

объявил подчиненным своим смертную казнь за первую жалобу

без исследования, велел отворить лавки и домы обывателям;

затем последовала ярмонка, на которой русские, турки и греки

смешались, приятствуя друг друга.

Житель острова Занте Паниоти Митаки по прибытии

соединенных Российской императорской и Блистательной Порты

Оттоманской эскадр сделал пользу оным, показал услугу пособием

к собранию войска из жителей означенного острова для

истребления находящихся в крепости французов и спомоществовал

к обладанию оной, чем заслуживает похвалу и уважение и

признавать его за полезнейшего жителя острова сего, для чего и дан

ему сей за моим подписанием и печатаю на корабле «Св. Павле».

Высокославные союзные державы, воздвигнуты безмерным

милосердием, водворили торжественными своими подвигами

истинную вольность в сем острове, истребили тиранов, от коих

ига горчайше стенали наши граждане, видя бедственнейшее свое

состояние; ныне от всего общества отправляются депутаты

к обоим союзным начальникам, поставляя существенным и

непременным своим долгом просить покровительства вашего,

покорнейше при том прося учредить на сем острове род правления

к общей пользе для успокоения жителей, и в рассуждении

нашего бессилия, оставить нам малое число воинов под

начальством российского офицера благоразумного, коими может

утвердиться добрый порядок правления нашего, пока и прочие

острова, принадлежащие прежде сего Венецианской республике, не

освободятся от французов и не воспоследует от союзных держав

подлинное правление всем островам.

Подлинное подписано 22 человеками.

Перейти на страницу:

Все книги серии Русские флотоводцы. Материалы для истории русского флота

Адмирал Ушаков. Том 2, часть 1
Адмирал Ушаков. Том 2, часть 1

Настоящий сборник документов «Адмирал Ушаков» является вторым томом трехтомного издания документов о великом русском флотоводце. Во II том включены документы, относящиеся к деятельности Ф.Ф. Ушакова по освобождению Ионических островов — Цериго, Занте, Кефалония, о. св. Мавры и Корфу в период знаменитой Ионической кампании с января 1798 г. по июнь 1799 г. В сборник включены также документы, характеризующие деятельность Ф.Ф Ушакова по установлению республиканского правления на освобожденных островах. Документальный материал II тома систематизирован по следующим разделам: — 1. Деятельность Ф. Ф. Ушакова по приведению Черноморского флота в боевую готовность и крейсерство эскадры Ф. Ф. Ушакова в Черном море (январь 1798 г. — август 1798 г.). — 2. Начало военных действий объединенной русско-турецкой эскадры под командованием Ф. Ф. Ушакова по освобождению Ионических островов. Освобождение о. Цериго (август 1798 г. — октябрь 1798 г.). — 3.Военные действия эскадры Ф. Ф. Ушакова по освобождению островов Занте, Кефалония, св. Мавры и начало военных действий по освобождению о. Корфу (октябрь 1798 г. — конец ноября 1798 г.). — 4. Военные действия эскадры Ф. Ф. Ушакова по освобождению о. Корфу и деятельность Ф. Ф. Ушакова по организации республиканского правления на Ионических островах. Начало военных действий в Южной Италии (ноябрь 1798 г. — июнь 1799 г.).

авторов Коллектив

Биографии и Мемуары / Военная история
Адмирал Ушаков. Том 2, часть 2
Адмирал Ушаков. Том 2, часть 2

Настоящий сборник документов «Адмирал Ушаков» является вторым томом трехтомного издания документов о великом русском флотоводце. Во II том включены документы, относящиеся к деятельности Ф.Ф. Ушакова по освобождению Ионических островов — Цериго, Занте, Кефалония, о. св. Мавры и Корфу в период знаменитой Ионической кампании с января 1798 г. по июнь 1799 г. В сборник включены также документы, характеризующие деятельность Ф.Ф Ушакова по установлению республиканского правления на освобожденных островах. Документальный материал II тома систематизирован по следующим разделам: — 1. Деятельность Ф. Ф. Ушакова по приведению Черноморского флота в боевую готовность и крейсерство эскадры Ф. Ф. Ушакова в Черном море (январь 1798 г. — август 1798 г.). — 2. Начало военных действий объединенной русско-турецкой эскадры под командованием Ф. Ф. Ушакова по освобождению Ионических островов. Освобождение о. Цериго (август 1798 г. — октябрь 1798 г.). — 3.Военные действия эскадры Ф. Ф. Ушакова по освобождению островов Занте, Кефалония, св. Мавры и начало военных действий по освобождению о. Корфу (октябрь 1798 г. — конец ноября 1798 г.). — 4. Военные действия эскадры Ф. Ф. Ушакова по освобождению о. Корфу и деятельность Ф. Ф. Ушакова по организации республиканского правления на Ионических островах. Начало военных действий в Южной Италии (ноябрь 1798 г. — июнь 1799 г.).

авторов Коллектив

Биографии и Мемуары / Военная история

Похожие книги

100 великих героев
100 великих героев

Книга военного историка и писателя А.В. Шишова посвящена великим героям разных стран и эпох. Хронологические рамки этой популярной энциклопедии — от государств Древнего Востока и античности до начала XX века. (Героям ушедшего столетия можно посвятить отдельный том, и даже не один.) Слово "герой" пришло в наше миропонимание из Древней Греции. Первоначально эллины называли героями легендарных вождей, обитавших на вершине горы Олимп. Позднее этим словом стали называть прославленных в битвах, походах и войнах военачальников и рядовых воинов. Безусловно, всех героев роднит беспримерная доблесть, великая самоотверженность во имя высокой цели, исключительная смелость. Только это позволяет под символом "героизма" поставить воедино Илью Муромца и Александра Македонского, Аттилу и Милоша Обилича, Александра Невского и Жана Ланна, Лакшми-Баи и Христиана Девета, Яна Жижку и Спартака…

Алексей Васильевич Шишов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное
Мсье Гурджиев
Мсье Гурджиев

Настоящее иссследование посвящено загадочной личности Г.И.Гурджиева, признанного «учителем жизни» XX века. Его мощную фигуру трудно не заметить на фоне европейской и американской духовной жизни. Влияние его поистине парадоксальных и неожиданных идей сохраняется до наших дней, а споры о том, к какому духовному направлению он принадлежал, не только теоретические: многие духовные школы хотели бы причислить его к своим учителям.Луи Повель, посещавший занятия в одной из «групп» Гурджиева, в своем увлекательном, богато документированном разнообразными источниками исследовании делает попытку раскрыть тайну нашего знаменитого соотечественника, его влияния на духовную жизнь, политику и идеологию.

Луи Повель

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Самосовершенствование / Эзотерика / Документальное