Читаем Адмирал Ушаков. Том 2, часть 1 полностью

рейд, а конторе Ахтиарского порта предложил как наискорее

их исправить и быть им в соединении к эскадре. Во время тогож

густого тумана фрегат «Навархия» под командою капитан-

лейтенанта графа Войновича, отделясь несколько в правую стог

рону от эскадры, коснулся к берегу отмелистого места и стал на

мель на мягком и безопасном грунте, которой снят благополучно,

без всякого и малейшего повреждения. Всем оным командующим

сделал я наставление в туманные времена содержать себя ближе

соединенно с прочими. И осмеливаюсь всеподданнейше просить

в случившейся их погрешности милосердия вашего император-

ского величества, ибо командиры первых двух судов первой раз

только начинают командовать онымй, а прежде всегда были под

командою. Я все наивозможнейшее старание иметь буду делать

им потребные наставлении и усовершить в смелостях всегда

быть и держаться соединеннее, ибо всякая отделенность разные

последствия наводить может, а особо переменами курса, когда

после отделенности принуждены во время тумана подходить

к эскадре ближе. И осмеливаюсь всеподданнейше донесть, что

все оные командующие штаб-офицеры доброго состояния и при-

лежнейшие к должности и надеюсь, что впредь сию погрешность

вящим старанием и предохранительностьми заслужить не

преминут. Я же с эскадрою обожду оных во время крейсерования

моего между Ахтиара и Тархан Кута, а оттоль, выполняя

высочайшее мне повеление, в самой же скорости следовать буду

к Одессу. О чем вашему императорскому величеству сим

всеподданнейше доношуе

Высочайший именной вашего императорского величества указ

минувшего апреля от 23 дня о занятии мне с эскадрою позиции

по первому высочайшему предписанию между Севастополя

и Одессы и о старательном наблюдении всех движениев как со

стороны Порты, так и французов, буде бы они покусились вой*

тить в Черное море или наклонить Порту к каковому-либо

покушению, и обо всех таковых движениях, ежели я что узнаю от.

проходящих из Константинополя судов или и сам что открою,

извещать с нарочным генерал-лейтенанта кня^я Лэиткор? в Киев

или Вознесенск, где он будет нахо^чтьсл, также доносить и

вашему императорскому величеству, я с глубочайшим благоговением

получил и наипрележнейшее старание иметь буду все

предписания выполнять со всякой точностию, о чем всеподданнейше сим

и доношу.

Коль скоро получите известие, что французская эскадра по*

кусится войти в Черное море, то немедленно, сыскав оную, дагь

решительное сражение, и мы надеемся на ваше мужество,

храбрость и искусство, что честь нашего флага соблюдена будет?

разве бы оная была гораздо превосходнее нашей, в таком случае

делать вам все то, что требует долг и обязанность, дабы всеми

случаями вы могли воспользоваться к нанесению вреда неприя*

талям нашим.

Его императорского величества именным высочайшим указохМ

минувшего апреля от 23 дня мне предписано: имея крейсерство

на Черном море с эскадрою, под моим начальством состоящею,

занимать позицию между Севастополя и Одессы и стараться

наблюдать все движении как со стороны Порты, так и французов,

буде бы оне покусились войтить в Черное море или наклонить

Порту к какому-либо покушению. Обо всех таковых движениях,

ежели я что узнаю от приходящих из Константинополя судов

или и сам что открою, повелено мне извещать нарочными ваше

сиятельство в Киеве или в Вознесенске, где вы будете находиться,

также доносить и его императорскому величеству, во исполнение

сего высочайшего мне предписания, от Севастополя обошел я

с эскадрою таврические берега и поблизости острова Тендры,

сего числа прибыл к Одесскому порту благополучно. Известиев

из Константинополя верных по сие время еще никаких нет,

стараться буду узнавать впредь обо всех подробностях, и что

окажется на будущее время следующим, о таковых обстоятельствах

сходно с высочайшим мне предписанием вашему сиятельству

чрез нарочных относить не премину, о чем и его императорскому

величеству рапортом моим от сего числа всеподданнейше

донесено. Всепокорнейше прошу ваше сиятельство, где вы находиться

будете, не оставлять меня благосклоннейшим вашим извещением,

дабы я по совершенному сведению мог удобнее и скорее

выполнить волю его императорского величества.

Исполняя высочайшее именное вашего императорского

величества повеление, с эскадрою линейного флота, под начальством

моим состоящего, находясь в крейсерстве на Черном море, обо^

шед таврические берега от Севастополя и поблизости острова

Тендры, сего числа прибыл к одесскому порту благополучно* Из?

вестиев из Константинополя важных по сие время еще никаких

нет, стараться буду узнавать впредь обо всех потребностях и что

окажется на будущее время следующим о таковых

обстоятельствах по высочайшему именному вашего императорского

величества предписанию чрез господина генерал-лейтенанта князя

Дашкова всеподданнейше доносить и все по предписанию выполнять

рачительно старание иметь буду, о чем сим всеподданнейше и

доношу,

Именным высочайшим его императорского величества указом,

между прочим, предписано мне делать осведомление и стараться

узнавать, чрез приходящие суда из Константинополя и других

мест, о потребностях касательных со стороны французов и Порты

Перейти на страницу:

Все книги серии Русские флотоводцы. Материалы для истории русского флота

Адмирал Ушаков. Том 2, часть 1
Адмирал Ушаков. Том 2, часть 1

Настоящий сборник документов «Адмирал Ушаков» является вторым томом трехтомного издания документов о великом русском флотоводце. Во II том включены документы, относящиеся к деятельности Ф.Ф. Ушакова по освобождению Ионических островов — Цериго, Занте, Кефалония, о. св. Мавры и Корфу в период знаменитой Ионической кампании с января 1798 г. по июнь 1799 г. В сборник включены также документы, характеризующие деятельность Ф.Ф Ушакова по установлению республиканского правления на освобожденных островах. Документальный материал II тома систематизирован по следующим разделам: — 1. Деятельность Ф. Ф. Ушакова по приведению Черноморского флота в боевую готовность и крейсерство эскадры Ф. Ф. Ушакова в Черном море (январь 1798 г. — август 1798 г.). — 2. Начало военных действий объединенной русско-турецкой эскадры под командованием Ф. Ф. Ушакова по освобождению Ионических островов. Освобождение о. Цериго (август 1798 г. — октябрь 1798 г.). — 3.Военные действия эскадры Ф. Ф. Ушакова по освобождению островов Занте, Кефалония, св. Мавры и начало военных действий по освобождению о. Корфу (октябрь 1798 г. — конец ноября 1798 г.). — 4. Военные действия эскадры Ф. Ф. Ушакова по освобождению о. Корфу и деятельность Ф. Ф. Ушакова по организации республиканского правления на Ионических островах. Начало военных действий в Южной Италии (ноябрь 1798 г. — июнь 1799 г.).

авторов Коллектив

Биографии и Мемуары / Военная история
Адмирал Ушаков. Том 2, часть 2
Адмирал Ушаков. Том 2, часть 2

Настоящий сборник документов «Адмирал Ушаков» является вторым томом трехтомного издания документов о великом русском флотоводце. Во II том включены документы, относящиеся к деятельности Ф.Ф. Ушакова по освобождению Ионических островов — Цериго, Занте, Кефалония, о. св. Мавры и Корфу в период знаменитой Ионической кампании с января 1798 г. по июнь 1799 г. В сборник включены также документы, характеризующие деятельность Ф.Ф Ушакова по установлению республиканского правления на освобожденных островах. Документальный материал II тома систематизирован по следующим разделам: — 1. Деятельность Ф. Ф. Ушакова по приведению Черноморского флота в боевую готовность и крейсерство эскадры Ф. Ф. Ушакова в Черном море (январь 1798 г. — август 1798 г.). — 2. Начало военных действий объединенной русско-турецкой эскадры под командованием Ф. Ф. Ушакова по освобождению Ионических островов. Освобождение о. Цериго (август 1798 г. — октябрь 1798 г.). — 3.Военные действия эскадры Ф. Ф. Ушакова по освобождению островов Занте, Кефалония, св. Мавры и начало военных действий по освобождению о. Корфу (октябрь 1798 г. — конец ноября 1798 г.). — 4. Военные действия эскадры Ф. Ф. Ушакова по освобождению о. Корфу и деятельность Ф. Ф. Ушакова по организации республиканского правления на Ионических островах. Начало военных действий в Южной Италии (ноябрь 1798 г. — июнь 1799 г.).

авторов Коллектив

Биографии и Мемуары / Военная история

Похожие книги

100 великих героев
100 великих героев

Книга военного историка и писателя А.В. Шишова посвящена великим героям разных стран и эпох. Хронологические рамки этой популярной энциклопедии — от государств Древнего Востока и античности до начала XX века. (Героям ушедшего столетия можно посвятить отдельный том, и даже не один.) Слово "герой" пришло в наше миропонимание из Древней Греции. Первоначально эллины называли героями легендарных вождей, обитавших на вершине горы Олимп. Позднее этим словом стали называть прославленных в битвах, походах и войнах военачальников и рядовых воинов. Безусловно, всех героев роднит беспримерная доблесть, великая самоотверженность во имя высокой цели, исключительная смелость. Только это позволяет под символом "героизма" поставить воедино Илью Муромца и Александра Македонского, Аттилу и Милоша Обилича, Александра Невского и Жана Ланна, Лакшми-Баи и Христиана Девета, Яна Жижку и Спартака…

Алексей Васильевич Шишов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное
Мсье Гурджиев
Мсье Гурджиев

Настоящее иссследование посвящено загадочной личности Г.И.Гурджиева, признанного «учителем жизни» XX века. Его мощную фигуру трудно не заметить на фоне европейской и американской духовной жизни. Влияние его поистине парадоксальных и неожиданных идей сохраняется до наших дней, а споры о том, к какому духовному направлению он принадлежал, не только теоретические: многие духовные школы хотели бы причислить его к своим учителям.Луи Повель, посещавший занятия в одной из «групп» Гурджиева, в своем увлекательном, богато документированном разнообразными источниками исследовании делает попытку раскрыть тайну нашего знаменитого соотечественника, его влияния на духовную жизнь, политику и идеологию.

Луи Повель

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Самосовершенствование / Эзотерика / Документальное