Читаем Адель полностью

— Я готов тебя выслушать, Темная. Но я не представляю, как нам это провернуть.

— Как проходят казни? Ты знаешь?

— Знаю, — тихо прошептал орк. — На казнь выводят всех, кроме детей. Чтобы никто не питал надежд. Могу тебя успокоить, детей они просто усыпляют, они ничего не чувствуют, когда их…

— Не об этом, я хочу знать, — прервала я его. — Слушай меня внимательно, орк. Завтра никто не умрет! Слышишь? Никто! Завтра я все это остановлю. Но для этого мне нужно знать подробности предстоящего мероприятия. Кто где стоит? Что находится вокруг. Как все происходит. Все, Нарвыл, до мелких деталей и, казалось бы, незначительных подробностей. Все может иметь значение.

Орк кивнул и приступил к рассказу. Я слушала, не перебивая его. В моей голове медленно складывалась картинка. И я судорожно искала выход. Внимательно изучая каждую деталь, я искала лазейку. И не находила. Отчаянно обдумывала возможности и последствия. Ничего. Орк окончил рассказ, и тихо сидел напротив меня.

— Слушай, Нарвыл. Я ничего не могу придумать, пока. Я уверена, что решение придет. У меня всегда так бывает. Запомни только одно, ни в коем случае, не позволяй мне приблизится к черному дереву. Я не должна быть рядом с ним, иначе случится что-то ужасное. Я не знаю, что, не спрашивай. Но я знаю, что этого не должно случится.

— Как же я смогу тебя остановить.

— Есть один способ, — я закусила губу, и почувствовала пристальный взгляд изнутри, передо мной возник образ Адель, она любовно поглаживала длинный лук и игриво мне подмигивала, и тут пришло решение, Адель улыбнулась и облизала губы. — В каком бы состоянии я не была, я никогда не причиню вреда Крысу. Даже если, я изменюсь, и это будет пугать тебя, помни, этот мальчишка… Если он будет стоять у меня на пути, я никогда не пойду против него.

— Что он должен делать?

— Смотреть мне в глаза, даже если ему будет очень страшно. Он должен смотреть мне в глаза. Я должна увидеть его взгляд.

— Могу я спросить почему он?

— Ты можешь спросить, Нарвыл. Но я не отвечу.

Он лишь кивнул.

— Я все понял, Темная. Итак, Вия справилась. Первый был прав, они нашли тебя и смогли направить.

— Да, Нарвыл. А когда я увидела Крыса, все закончилось, я смогла найти свет в себе, я снова чувствую, я снова стала собой.

Он многозначительно кивнул.

— Значит, это была наша судьба. Крыс пережил уже шесть жертвоприношений. И в последний момент, всегда находили другую жертву вместо него. Ему была уготована встреча с тобой. Я сразу понял, что он не обычный мальчик.

— Он обычный мальчик, — прошептала я, поглаживая Крыса по голове. — У него необычный отец.

— Ты знаешь его отца?

— Я знаю, а он — нет.

Орк многозначительно кивнул. Он догадался, но не стал ничего больше говорить.

— Пора спать, Темная. Тебе завтра потребуется все твое умение.

— И тебе, Нарвыл. Ты должен будешь спасти детей, пока я буду разбираться с магами. Унеси их подальше от места схватки, им не нужно ничего видеть. Всех, кроме Крыса, помни, он — единственная возможность вернуть меня в действительность, если вдруг это потребуется. И помни, что бы ты ни увидел, это буду я.

Он кивнул и облокотился на стену засыпая.

Я почувствовала, что наступило утро. Когда раздался скрежет замка, я уже не спала, но вошедшим не нужно было об этом знать.

— Смотри-ка, а эта уродина пользуется популярностью у детей. Облепили ее со всех сторон.

— Это они просто ее не видели. Забирай младших, а я займусь выродком Видящих.

— Надеюсь он будет орать, а то его учитель так и не проронил ни звука. Жаль. Хотелось услышать его вопли.

— Он не стал одним из них, он будет орать, поверь.

Я сжала кулаки, сдерживая ярость. Еще посмотрим, кто будет орать. Вы не знаете с кем свела вас судьба. Детей забрали, они так и не проснулись. Даже Крыс продолжал мирно похрапывать, когда один из магов взвалил его на плечо.

— Отличное заклятие спокойного сна, даже эльфийка не шелохнулась, хотя вроде на них оно не должно так действовать.

— Может она сдохла? Вот будет печаль. Ну-ка проверь, дышит ли?

Кто-то склонился ко мне прислушиваясь к моему дыханию. Я поборола желание немедля скрутить его шею и продолжила притворяться.

— Живая, все в порядке.

Когда они ушли я горько рассмеялась. Второй раз я была в руках у приспешников Калисто и второй раз меня не узнали. Равновесие должно быть соблюдено.