Читаем Ад на земле полностью

Дай мне шанс извиниться. За то, что я не доверяла тебе, когда ты просил держаться подальше. Меня притягивало к тебе, словно магнитом, когда я жила в Эттон-Крик и, несмотря на то, что я не верила тебе, я все равно хотела быть рядом. Мне хотелось тебе противостоять. Хотелось бороться. Хотелось схватить тебя за рубашку и сильно встряхнуть, чтобы ты сказал всю правду. А еще хотелось поцеловать. Крепко-крепко. Мне нужно было сделать это раньше. Теперь-то не смогу.

Мое сердце трепетало всякий раз, когда я видела тебя, Рэн. Оно тянулось к тебе с такой силой, что, казалось, если я закрою глаза, то ноги приведут меня к тебе, как по волшебству. Теперь я поняла, что дело было в потерянных воспоминаниях. Несмотря на то что ты забрал их, глубоко внутри я все еще помнила тебя и хотела вернуться.

Хочу, чтобы ты знал: лучше помнить. Ты забрал мои воспоминания, чтобы защитить меня, но лучше смерть, чем то что я испытывала когда жила без души. Что угодно лучше, чем не помнить любимых людей.

Теперь я помню.

Я люблю тебя.

Позволь мне еще сегодня помечтать о своей судьбе, которая никогда не будет такой, как мне бы хотелось …

***

Я должна побороть страх смерти, страх боли и нарастающую надежду, что, если я останусь жить в новом образе, мне удастся обуздать желание и инстинкты. Хочу закрыть сознание, но вопросы накатывают волнами и некоторые прорываются.

Что, если это – моя судьба? Что, если кто-то свыше решил, что я должна сделать то, для чего родилась?.. Что, если я не могу никого спасти и не могу никого уберечь? Тогда зачем пытаться сделать то, что не в моих силах? Разве есть в этом мире лев, который собрался убить себя, потому что не хотел убивать антилопу?

Что, если так устроен мой мир?

Я гоню эти желания, заставляю себя быть смелой, но все равно ощущаю приступ беспокойства и паники, потому что понимаю – это конец. Для меня это смерть, для других – начало. Это шанс выжить в мире, полном боли и страданий.

Эти мысли возвращают меня в реальность.

Это не будет больно, я просто исчезну.

Меня не станет в одно мгновение, и никто не узнает о том, что кое-кому пришлось пожертвовать жизнью ради спасения целого мира. А что, если родится другой ребенок, похожий на меня, что тогда? Вдруг появится еще кто-то, кому будет суждено перевернуть мир с ног на голову?

Мысли, мысли, мысли.

Хоть я и думаю о многом, но хочу подумать о большем. Успеть вспомнить всех, кого люблю. А времени нет. Уже нет времени ни на что, потому что настала пора сделать выбор и решить, кто я на самом деле.

И я знаю, что должна сделать. И это не ради человечества, нет.

Я делаю это не ради людей, которые грабят, насилуют и убивают. Не ради тех, которые из страха передо мной сделали столько ужасных вещей, на которые нормальный, достойный человек не способен.

Это ради мамы и папы – они верили, что если спрятать малышку Ауру, то ее ждет вовсе неплохое будущее. Ради Рэна – он пожертвовал ради меня многим, даже тем, чем не имел права жертвовать. Я сделаю это ради Кристины, потому что она как никто другой знает, что такое жертва ради любви. Она решила спасти меня пожертвовав собой. И я сделаю то же самое ради нее и ребенка; ради Аарона и тех немногих, кто был добр ко мне.

Огонь вспыхнул в одно мгновение, и крик Изабелль оглушил меня почти сразу. Я не кричала. На самом деле мне даже не было больно. Рука безвольно упала. Я видела, как вспыхнул рукав пиджака Изабеллы, и она завопила, осыпая меня проклятьями.

Разве ей позволено ругаться такими скверными словами?

Воздух стремительно исчезал, наполняясь удушливым дымом и смрадом горящего тела. Точнее тел, я ведь тоже горю.

Моя одежда пропиталась огнем; мои джинсы, ноги – все вспыхнуло, но боли я не испытала боли.

Вот и все.

Мне страшно.

Что будет потом, после того, как я умру?

Возможно я зря это делаю? Зря жертвую своей жизнью?

Думать поздно.