Читаем А. Смолин, ведьмак полностью

Но напрямую спрашивать как-то неловко. Вот потому я сидел в уголке со своей кружкой, смотрел и слушал. И изредка вставлял слово в общий разговор, чтобы никто не подумал, что я компанию игнорирую.

— А он меня и послал! — азартно вещал тем временем Слава Два, попутно поедая хрустящее свиное ушко в панировке. — Даже за калитку не пустил. Я ему объясняю — весна, надо ритуалы проводить, у нас же контракт, сроки горят! А этот старый хрыч за окном только ладонь к уху приставляет и делает вид, что ничего не слышит. Постоял я еще минут пять у забора, плюнул и ушел. Пес с ним, с Демидом. Сами справимся!

— Что за ритуал-то? — не удержавшись, спросил я. — Если не секрет.

— Не секрет, — охотно ответил он. — На плодородие. Землю-матушку довели совсем, она от удобрений чуть ли не загибается. Знаешь, уже есть такие места, где костер можно разводить прямо из нее, из земли, столько там химии. Дров не нужно, почва как факел горит. И на вкус как рыба сушеная, соль сплошная. Ну а мы с Славкой немного помогаем ей всю эту дрянь из себя изжить. А она в ответ родит хорошо, особенно если посадить то, что нужно.

— Это как? — не понял я. — В смысле — «что нужно»? А земле не все равно?

Оба Славы рассмеялись.

— А тебе, Сашка, не все равно, что есть? — спросил у меня Слава Два, причем без какой-либо ехидцы. — Вон крылышко куриное, или салфетку, в которую оно завернуто? Нет. Так и земле не все равно. Есть разница, приятель, и огромная. Потому мы и консультируем фермерские хозяйства, что где какой год сажать, на договорной основе, разумеется. И им хорошо — урожаи обычно славные после наших трудов случаются, и нам денежка капает. Ну и миссию свою выполняем — Земле родной служим.

— Если бы еще этот старый пень Демид не жался на помощь, — вздохнул Слава Раз. — Он же старший, а в наших обрядах и ритуалах это очень важно — благословение старшего ведьмака. Это одно из звеньев заклятия. Можно обойтись и без него, но тогда воздействие слабее будет.

— Ничего, — бодро заявил Слава Два. — Кровью закрепим. Кролика принесем в жертву. Или курицу.

— Лучше кролика, — посоветовал им Пашка. — От него выход энергии больше. И еще — кроли деревья и траву жрут, за то их мать сыра земля не любит. Потому их смерть ей радостней. А курицу хорошо в жертву водянику приносить.

— Это да, — подтвердил Олег. — Черный козел, пестрая курица, невинная девка их любимые лакомства, особенно у озерных Хозяев. А если их сразу и одним махом ему подарить, то рыба в том озере пятью пять лет не переведется.

— Не видать нам рекордных уловов, — хохотнул Димон. — Козла и куру добыть можно, но вот невинную девку нынче сыскать не получится.

— Смех смехом, но как лето наступит, и основная работа закончится, так Демид сразу позвонит, чтобы свою долю от заработка потребовать, — заметил Слава Раз. — Каждый год одно и то же.

— И каждый год я тебе говорю — пошли его уже, — цапнул еще одно копченое свиное ушко его напарник. — Не можешь сам — давай я. Не знаю, как тебе, а мне надоело делиться с этим старым хрычом. Да дело даже не в деньгах, слава богу, не нищенствуем. Просто мы горбатимся, а он только ворчит, пыхтит и претензии выставляет. Тоже мне, научный руководитель!

— Формально — да, — возразил ему Слава Раз. — Он и по документам так проходит. И ты сам тогда предложил его в них вписать, когда мы фирму открывали. Как там? «Для пущей реалистичности, чтобы не докопался никто». Ну вот, теперь разгребай!

— И разгребу, — набычился Слава Два, снедь аппетитно хрустнула у него на зубах, и он продолжил с набитым ртом: — Фа не фопрос!

Сдается мне, что тут у всех дело на совесть поставлено. Не удивлюсь, если у целителя Павла своя клиника имеется.

И только я все еще хожу на службу и изображаю из себя не пойми кого.

— Нас стало больше. — Олег показал на меня. — А круг — скоро. Я опять говорю вам, братья — надо решать вопрос комплексно.

— А Покон? — негромко произнес Пашка. — «Чти старших, знай место свое».

— Покон не догма. — Слава Два облизал жирные пальцы. — И мы не дети. Кстати, о новеньком. Сашка, ты же Ходящий близ Смерти? Я не ошибаюсь? Просто так нам Олег говорил.

— Ну да, — не стал скрывать я. — А что?

— Слушай, нам твоя помощь нужна, — подключился к разговору его напарник. — Одно хозяйство на обслуживании имеется, наш старый партнер, лет десять с ними сотрудничаем, если не больше. И вот какая закавыка — у них в зернохранилище какая-то тварь заупокойная обитает. Что работниц пугает — это ладно, ерунда. Бабам эмоциональные встряски только на пользу, кровь по венам разгоняют. Зерно эта дрянь портит.

— То есть? — не понял я. — Каким образом? Зерно материально, тени мертвых — нет.

— Тварь из тех, что окончательно ушли на ту сторону, — пояснил Слава Два. — Она своими эманациями все вокруг пропитала. Зерно же — оно как губка, все в себя впитывает. А из него потом хлеб будут печь, между прочим. Или, того хуже, в землю снова бросят. Ничего путного из такого зерна не вырастет, и будет все поле в «заломах». Может, поможешь? А мы, если что, в долгу не останемся.