Читаем А море останется морем полностью

И вот теперь, выработав программу рейса, пройдя все комиссии и перипетии на Родине, после нескольких согласований с Москвой и Канберрой и окончания полугодового ремонта «Каллисто», мы наконец-то вышли в рейс и стоим на верхней палубе с Борисом, обнявшись и вспоминая о нашей давней мечте в далеких колымских горах, чтобы попасть на рифы.

Наше научное судно «Каллисто», переделанное из рыболовецкого среднего морозильного траулера, двигалось в сторону Австралии, редко превышая скорость пятнадцать километров в час, именно из-за его неспособности догнать косяки рыб его и списали из рыбацкой отрасли. Мы должны были зайти в Сингапур для пополнения запасов горючего, воды и продуктов. Во время заграничных рейсов мы получали валюту той страны, где работали. Гуляя по Сингапуру, я увидел магазин пластинок, у меня перехватило дыхание и «глаза на лоб полезли», когда я оказался внутри. Там в свободном доступе стояло всё, о чем мы только слышали, мечтали или что могли купить из-под полы за бешеные деньги: Boney М и Armstrong, Chet Baker и Scorpions, The Beatles и Queen и, О, Чёрт возьми! – Jesus Christ Super Star. Почти вся моя валюта осталась в магазине. Выйдя из него, я тут же вернулся, сказав своим спутникам, что забыл крышку от объектива фотоаппарата. Мне было необходимо купить всемирно известную рок-оперу без свидетелей, ведь известно, когда о чем-то знают больше одного человека, то вскоре об этом узнают даже свиньи. В таком случае, при существовавшей в стране обстановке, у меня могли бы быть неприятности не только на таможне. После этого разорительного шопинга мои спутники пускали меня в музыкальные магазины только после совершения покупок для нужд семьи.

По выходу из Сингапура началась активная подготовка к рабочему процессу. Проверялись лодки и моторы, готовились различные инструменты и оборудование для учета и измерения кораллов и других животных, которых мы собирались изучать на Большом барьерном рифе.

Особое внимание уделялось фотоаппаратуре. Мы все изготавливали сами. Из алюминиевых болванок вытачивались полые цилиндрические корпуса различных размеров, открытые с одной стороны. В них вставлялись различные фотовспышки, мощные фонари и источники питания. Все это закрывалось плексигласовой крышкой, уплотненной резиновыми прокладками – ториками. Так же замуровывались фотоаппараты. Все это и необходимо было многократно проверить на герметичность и работоспособность. Кроме того мы зашли в тропики, и сразу убедились, что ни каюты, ни тем более помещение лаборатории не были готовы к влажному и жаркому климату. Почти все помещения пришлось оснащать натянутой под потолком полиэтиленовой пленкой и системой различных трубочек для отвода скапливающегося конденсата. Те, кто не смог создать терпимые условия для ночного отдыха в каюте, ставили палатки на верхней палубе и спали них. На ходу там все-таки обдувало ветерком.

До прихода в Австралию нам пришлось работать на банке Фантом в Тиморском море. Нужно было исследовать коралловые сообщества на большой площади и на глубине более 9-12 метров. Был изготовлен планер с компасом, глубиномером и счетчиком расстояния. Этот планер водолаз должен был держать в руках и их вместе тащил на буксире на малом ходу водолазный ботик. Водолаз, что успевал, записывал, все остальное увиденное, после выхода из воды надиктовывалось для записи на пленку.