Алина Делисс

86400 секунд счастья

Моим близким и родным, вы в моем сердце!

Огромное спасибо МОЕМУ ЛЮБИМОМУ БРЮНЕТУ!

И да не оставит нас Бог жить вне любви.

Лучшее, что я могу дать миру, – это свою способность любить. Где-то вдалеке я всегда видела отблески, я слышала эхо прекрасного и совершенно незнакомого мне чувства. Знаки его были разбросаны повсюду. Это чувство не отпускало, оно стучало мне в сердце, давало знать, что оно есть, что существует, – и я должна его найти.

Глава 1

Случай на концерте

То, что произошло на концерте певицы Полины, еще долго обсуждали в кулуарах и на страницах желтой прессы. Хотя все, кто не видел случившегося своими глазами, слушая сплетни, удивлялись, почему эта история вызвала такой переполох, ведь в ней ровным счетом не было ничего выдающегося. История как история, случай как случай, ничего необычного. Но те, кто сидел тогда в зале и видел, как Полина, оборвав песню, уставилась куда-то вдаль, на невидимую точку, словно перед ней появился призрак, не могли забыть ее странный, с поволокой, взгляд, в котором было то, чего никто так и не сумел прочитать.

Назойливая журналистка светской хроники Женя Курицына подкараулила певицу после того выступления и, схватив за руку, развязно спросила:

– Может, расскажете, что случилось на концерте? Если будет эксклюзивчик, то поставим ваше фото на обложку.

Полина вырвала руку и, оглядев журналистку, обратила внимание на ее простоватое платье, украшенное яркой бижутерией, какую продают в переходах метро. Злость тут же испарилась, она улыбнулась и сняла с журналистки дешевые бусы. Девушка, растерявшись, смотрела на нее, вытаращив глаза. Тогда Полина, расстегнув застежку на своем жемчужном ожерелье, сняла его и протянула Курицыной. Та продолжала удивленно хлопать ресницами, глуповато приоткрыв рот.

– Так что насчет эксклюзивчика? – повторила она, но уже не так самоуверенно.

Вместо ответа Полина надела на нее свой жемчуг и, отступив на шаг, оценивающе оглядела.

– Вот так намного лучше, – улыбнулась она и, помахав ей рукой, сбежала по ступенькам, швырнув дешевые бусы в урну.

А журналистка так и осталась стоять, поглаживая пальцами крупные, гладкие жемчужины, и уже не думала ни о певице, ни о журнале, ни об эксклюзивном интервью, которое только что упустила. Она вспоминала, как в детстве, разглядывая фото в глянцевых журналах, мечтала о жемчужном ожерелье, в несколько рядов круглых бусин, которое снились ей ночами. А потом жизнь закрутила, замотала ее, и в пустой суете, планерках, встречах, тусовках и интервью она совсем забыла о своей детской мечте. И вот теперь эта мечта внезапно сбылась, и Курицына была абсолютно счастлива. Она подумала, что редактор, который потребовал у нее эксклюзивное интервью Полины, будет в бешенстве, узнав, что она его не получила. Но у нее на шее были жемчужные бусы, и ей было совершенно плевать на все.

А случилось в тот вечер вот что.

Ресторан, один из самых известных и модных в городе, находился на крыше высотки. Два стеклянных лифта, стоя в которых можно было видеть Москву, лежащую в ногах, едва вмещали гостей, спешащих на вечерний концерт. Женщины были в платьях с такими глубокими декольте, что в них хотелось бросить монетку, мужчины были в дорогих костюмах, а охранники, угодливо открывая перед ними двери в зал, слегка кланялись.

С больших афиш, которыми были оклеены стены, улыбалась белокурая певица с прической а-ля Мэрилин Монро, с тонкими чертами лица и лучистыми глазами.

Проходя мимо афиш, гости слегка замедляли шаг, словно здороваясь с Полиной, и обсуждали ее между собой.

– Какое у нее аристократическое лицо.

– Да, сегодня такое редко встретишь.

В дамской комнате у огромного, до пола, зеркала красотки поправляли макияж.

– На ее концертах всегда аншлаг. И что в ней все находят? Не понимаю…

– Но ты ведь и сама здесь.

– Я пришла, чтобы потусить, – капризно протянула девушка, обводя губы помадой.

Шел июль, и на веранде было тепло. У стола с шампанским собрались журналистки, молодые девчонки, сотрудницы глянцевых изданий и репортеры светской хроники, которых можно было узнать по дешевеньким платьям.