Читаем 4891 полностью

— Этого я не скажу, — передернул плечами Отшельник. — Но, вообще говоря, сомнительно. Он ведь не первый умник, пытающийся сесть жопой на два стула. Вспомни хотя бы, что случилось с Сарами, подбившими сидней на строительство Чердака Основоположников. Разделавшись с беляками, они выдали каждому хаму по заступу, и вперед, за орденами, ишачить на стройках века. Сами же удобно устроились в теньке, чтобы руководить процессом дистанционно. Но из этого ничего не вышло. Чтобы выточить черенки для лопат, а какая стройка без инструментов, хамам пришлось вырубить все свои былинные дерева, а они, как ты знаешь, обеспечивали отсеки кислородом. Кроме того, Сары строжайше запретили хамам Самодыхание, заменив торжественными маршами стройбанов, парадами ополченцев и пионерскими линейками. В результате чудовищного перерасхода воздуха на фоне гибели уникальной экосистемы, дышать бывшим сидням стало нечем. Ну а когда Сары ввели режим жесточайшей экономии, задув под ее предлогом все лампадки под образами Архитектора, до сидней стало доходить, что Самодуры и беляки, с их Самодыханием, были не так уж плохи. Обстановка накалялась. Сары, чтобы ее разрядить, пошли на беспрецедентный шаг, одолжив в Пентхаусе крупную партию воздуха. Правда, за него было нечем платить. Мазерфакелы, обещая дать взаймы под большие проценты, выдвинули Красноблоку свои, весьма жесткие условия, которые Сарам довелось безоговорочно принять, хотя правившие Пентхаусом управдомы по части жадности ничуть не уступали отправленному ими в Балласт Самодуру. Получилось, сидни сменяли шило на мыло. Разразился бунт, известный, как Гражданская война. Сидни сражались отчаянно, хотели доказать девчатам, что им, сам тамбовский волк не брат. Неизвестно, чем бы все обернулось для Сар, если бы они не протравили тамбовские леса боевыми отравляющими веществами. Но даже после этого их положение оставалось шатким, пока управдомом Геронтобюро не сделался Большой Брат В.В., Отец и Учитель стройбанов. Он живо вернул отсекам сидней былую стабильность. Жильцов поголовно переименовал в стройбанов, обрил, пронумеровал, сформировал в отряды и распределил по казармам. Ну а тех Хамов и Сар, кто, слишком вжившись в образ хамысара, не пожелал расстаться с полюбившимися кожанками, сдать маузеры и вкалывать на стройках, прихлопнув рты, отправил в Балластные шахты. Избавившись от возмутителей спокойствия, Отец велел первым делом велел построить ССанКордон, а уж затем развел за ним такой ошеломляющий Домострой на одном, отдельно взятом этаже, о котором самодуры минувшей эпохи не смели даже мечтать. Что было дальше, ты знаешь без меня. Стройбаны положили кучу жизней и сил, и все, ради того, чтобы в Перестройку узнать, Чердак нашей титанической Красной башни едва дотягивает до цоколя Западного крыла. Или даже служит ему фундаментом, как твердили отдельные злые языки. Ходил по казармам и такой слушок, дескать, так им и задумывалось прагматичными западниками, искавшими простаков, чтобы на дурняк укрепить массивное основание Западного крыла, слегка накренившегося из-за высоких темпов застройки. Мол, с тем к простодушным сидням и заслали вспыльчивых Сар, вот вам и фитнес, что называется. Правда, было не понять, как, в таком случае, быть с нашими героями внебашенниками…

* * *

О верхолазах-внебашенниках я уже вскользь упоминал. Они были первыми из всех стройбанов, кому выпала высокая честь вскарабкаться на крышу Красноблока, чтобы собственными глазами увидеть ее конек. В отличие от крановщиков-высотников, в чей отряд когда-то давно пытался записаться Отец, внебашенникам никто не заклеивал стекол на шлемах. Иначе, как бы они нашли самый подходящий шпиль, чтобы прикрепить к нему гордое знамя Красноблока из особопрочного пластика цвета давленной свеклы. Не вслепую же внебашенникам было искать самую верхнюю точку Дома. А именно такую задачу поставило перед ними руководство, родное Геронтобюро, водрузить на крыше флаг. Чтобы все жильцы осознали, кто в Доме хозяин.

Верхолазы-внебашенники… Что тут еще сказать? Когда я был маленьким, то грезил стать одним из них. Во всем Красноблоке не было профессии почетней. Герои, рисковавшие жизнями, и, одновременно, счастливчики, побывавшие за внешними стенами, в кошмарном Застеночном пространстве! Даже не верится, что сейчас мало кто помнит о них. А ведь были времена, когда их мужественные лица не сходили с первых полос стенгазет. Их подвиги прославлялись в стихах, про героев складывали песни. Внебашенники были нашими символами, олицетворением самых грандиозных достижений стройбанов. Целиком заслуженно, между прочим. Шутка ли дело, вскарабкаться на крышу по отвесной стене в тяжелом скафандре, защищающем от губительного воздействия агрессивной среды. Один неверный шажок по скользкой черепице, всего лишь неловко поставленная стопа, и герой соскальзывал в бездну, глубину которой даже представить себе нельзя из опасения перед головокружением.