Читаем 4. Акбар Наме. Том 4 полностью

Если бы упал смущенный взгляд мой на меня самого, узрел бы я, что не достоин столь великого подвига, и внял бы словам мудреца, и не обратился бы к выполнению столь великой задачи.

Если душа твоя не так чиста, как проточная вода, Не касайся руками своими летописи государей. Коли во рту твоем пищи нет¹³, Лучше оставь ненакрытым стол.

Однако приказ Шахиншаха и могущественные чары преданности открыли глаза моего разума на проявление судьбы и победоносно увели меня от себя самого.

376 Просвещение мое началось с арабского языка. В персидском

языке я был менее сведущ. Путь по дорогам духовной весны и размышления о саде теоретической и практической мудрости отвлекли внимание от всех остальных предметов. И главное, я был огражден от [влияния] древних рассказов о дивах¹⁴. Мне кажется, великая потеря заключается в отказе от находящейся в обращении монеты во имя устаревших почтенных списков. Глубокое исследование показало мне, что дворец истории находится в руинах, а изобильное поле хроник не может служить ареной для всадников Истины, потому что не удостаивается даже взгляда со стороны непосвященных мужей, не способных сделать правильный выбор. Важно, чтобы сыны человеческие не разбрасывались драгоценными сокровищами духа, и хранили недолгую обитель жизни в хорошем состоянии, повинуясь мудрецам, и не проводили дни свои в 377 безрассудстве, и не продавали бесценные жемчужины жизни за никчемные черепки. Алчные люди и запутавшиеся пустомели делали ложные заявления ради собственных целей. Они намеренно смешивали истину с ложью и поэтому подвергались осуждению со стороны просвещенных. Неопытные врачеватели и знахари, не имевшие надлежащего представления о добре и чистоте, сочиняли сказки о надеждах и страхах. Они считали, что горькие лекарства лжи и микстуры из ядовитых трав неправды могут излечить от хамелеоноподобного духа и уныния, порожденного мятежными настроениями, и потому ступили на широкое поле заблуждений. Множество любителей наркотиков¹⁵ и почитателей иллюзий нарекали свои порочные фантазии небесными озарениями и пре-

вращались в крикливых пустомель. Из-за беспорядка в мыслях и продолжительного смятения духа они стали путать заносчивые вымыслы с восхитительными изречениями Истины. Очень много честных, основательных, действующих из лучших побуждений простаков и писателей давали дорогу унынию (букв. «ослабляли длинные края уныния»), и от недальновидности и недостатка знаний вели неумные разговоры, и по примеру глупцов, понятия не имеющих, что такое истина, распространяли лживые небылицы. В результате течения эпох, затхлости хроник, ухода мудрости и возобладания природного нрава была дана воля ураганам мятежей и забурлили потоки зла. Все слои человечества и люд всякого рода навлекли (на себя) наказание чтением старых и вводящих в заблуждение книг и подверглись вечным лишениям. Вследствие печальности своей судьбы и мечтательности они предпочли уникальным жемчужинам науки, что успокаивают духовные и физические волнения и освещают тьму внешнюю и внутреннюю, пагубную смесь (из истины и лжи). Они скрыли озаряющий свет за пылью и мусором и разорили город блаженства. Более того! Пребывая в пылающей пустыне неразборчивости, где не найти ни одного спокойного убежища, они жаждали придать горячему ветру пустыни вид освежающего сна! Они опускаются в мрачную обитель заблуждений и сооружают радость и печаль из жалких мечтаний.

Увы! Как в путь отправиться, что

Острию меча подобен, дороге из шипов? Тотчас поранишь пятку, нога опухнет. Как мне ступить в пустыню, мощенную алмазами¹⁶.

В потемках сердца моего и смятенном разуме зажглась звезда Истины, а интеллект обратил в слух счастливый дар моего темперамента. Небесный упрек поразил мой искаженный дух и предостерег безгласным языком: «Сын Мубарака, что пришло на ум тебе, которому назначены избранные покои в почетном дворце благомыслия? Как обрел ты способность видеть недостатки и сколько еще будешь выискивать и перечислять ошибки? Сколько еще будет покрывать жемчужину добра пыль неверного понимания?» Как правило, тот, кто лишен творческого начала, ругает то, чего не понимает, и марает

378 сердце свое и язык порицанием, ступая на путь невежества и не прибегая к глубокому размышлению. Если бы не существовало ярких повествований и выдающихся анналов, где зажигались бы тогда лампы знаний? Как дошли бы до нас [труды] святых искателей сокрытой мудрости древних времен? Речь — живопись воздуха и замысловатый (артикулированный) ветер — была слишком юной, и древнее красноречие не обрело своего завершения. Из благодарности за могущественный дар дальновидные ценители трудов не обращают особого внимания на огрехи, и уж тем более не говорят о них, и не внемлют замечаниям по их поводу.

Смотри на совершенную любовь и на правдивость, не на изъяны, Ибо бросает взор свой на ошибки лишь тот, кто разума лишен.