Затем он хлопнул в ладоши и пред ними возник знакомый старый шкаф. Стоит себе посреди джунглей. А вокруг пальмы и кактусы.

– Огромное вам спасибо! – завопил Конрад.

Но Него-Дяй, по прозвищу «Скорая Почта» уже исчез неведомо куда.

– Зловещий тип, – сказал дядюшка. – Но чрезвычайно любезный. Этого у него не отнимешь.

Дядюшка подхватил племянника и втолкнул его в шкаф с открытой задней стороны. Затем влез сам. Когда они открыли дверцы шкафа и вылезли оттуда, то и впрямь оказались в коридоре квартиры на Иоганнмайерштрассе.

Так как уже смеркалось, Конрад зажег свет. Сказать по правде, он надеялся обнаружить возле шкафа хоть самый махонький кусочек джунглей.

Но увидел только стены, оклеенные обоями.

Дядя снял с себя пальмовую юбочку и вместе с тростью убрал в старый шкаф. Затем сказал:

– Ну, плутишка, дуй домой! Привет родителям! Имей в виду, после ужина я загляну к вам на часок! Пусть твой папа охладит несколько бутылочек пива!

Конрад сказал, что это будет просто замечательно, схватил свой портфель и чмокнув дядю в щеку, умчался.

– Так-так, – пробурчал дядюшка. – «Какой-то грубиян меня поцеловал!» Впрочем, мужчинам целоваться не пристало!

Он выглянул в окно. Конрад, уже выходя из подъезда, поднял глаза и они помахали друг дружке.

Рингельхут решил заняться уборкой. Перина все еще лежала на полу возле книжного шкафа, а на столе стояли немытые тарелки.

Наведя порядок, он вышел в коридор, опять открыл старый шкаф и с любопытством заглянул в него. И даже помотал головой, не веря собственным глазам. Задняя стенка была на месте. Крепкая деревянная стенка. А юбочка из пальмовых листьев исчезла.

– Так, а теперь побывавший в дальних краях аптекарь Рингельхут закурит толстую сигару, – сам себе сказал дядюшка и, насвистывая, вернулся в комнату.

ДЯДЮШКА ЧИТАЕТ О ТОМ, ЧТО САМ ПЕРЕЖИЛ

Когда Рингельхут явился к родителям Конрада, мальчика уже уложили спать.

– Что вы там сегодня вытворяли? – спросила мама Конрада (и жена брата дядюшки Рингельхута).

– А он ничего не рассказал? – как бы между прочим спросил дядюшка.

– Ни звука! – отвечал отец Конрада. – Мальчишка делает вид, что эти ваши четверги невесть какие таинственные.

– Так оно и есть, – заверил его Рингельхут. – А кстати, дадут мне нынче пива или нет?

Мама Конрада налила ему пива, и покуда он пил любимый напиток, спросила:

– Ну, и какие глупости вы сегодня выделывали?

– Ах, – проговорил дядюшка, – сегодня был на редкость бурный день. На Глациштрассе лошадь спросила, нет ли у нас с собой сахару. У нас его не было. Кто бы мог такое подумать! Ну, а потом эта лошадь явилась ко мне домой. Далее мы навестили толстяка Зайдельбаста. Он раньше учился с Конрадом в одном классе. Вы его знаете? Нет? Теперь он президент Безделии. Больше всего мне там понравились куры. Они несут яичницу с ветчиной! Да, а потом у меня вышел скандал с Наполеоном и Юлием Цезарем. Они сидели на наших местах. На платных местах, позвольте вам заметить! А потом мы встретили маленькую рыжую Бабетту. Она теперь советник министра по делам воспитания и обучения в Безумном Мире. Потому что ее мама тоже проходит там курс исправления. Кстати, и мой хозяин, Клеменс Вафель-Крошке тоже туда угодил. Потом мы были в автоматическом городе. Там машины ездят сами по себе. Далее мы по экватору добрались до Южных морей. К счастью я захватил с собой мою тросточку. Конрад там подружился с девочкой в черно-белую клетку. Это прелестное создание по имени Сельдерюшка. Иными словами, я до сих пор удивляюсь, что мы вовремя попали домой.

Сидевшие на диване родители Конрада в ужасе переглядывались. Отец сказал очень серьезно:

– Идем, братишка, покажешь мне свой язык!

А мать спросила:

– Может, сделать тебе влажный компресс на голову?

– Лучше дай мне еще стаканчик пива, – отвечал Рингельхут. – Да побыстрее, а то я выпью прямо из бутылки!

– Ни в коем случае! – закричал брат. – Ты не получишь больше ни капли алкоголя!

– Милый Юлиус, – строго обратилась к мужу мама Конрада, – почему ты до сих пор скрывал от меня, что в вашей семье есть душевнобольные?

– У тебя не болит затылок? – спросил аптекаря брат. – Ты говоришь, что после обеда мальчик был сильно возбужден? Тебе следует быть с ним построже!

Рингельхут налил себе еще стакан пива, выпил залпом и заметил:

– Сегодня с вами опять невозможно разговаривать. Вы чересчур серьезны для своего возраста.

– Этого нам только не хватало! – возмутился отец Конрада. – Ты же нас и упрекаешь! Мы, видите ли, слишком стары! Зато ты слишком юн! Много ты знаешь!

– А что тут знать! – пожал плечами дядюшка. – Ну ладно, ваше здоровье! Я хочу еще заглянуть к малышу. Посмотрю, как он спит.

– Скорейшего выздоровления! – сказал отец Конрада, поднимая стакан.