Читаем 2084: Конец света полностью

Ну а напоследок мы оставили факт, кошмарный даже для свободных от предрассудков (или скажем так – сомневающихся) верующих: стены гетто были покрыты граффити, выцарапанными гвоздем, начертанными углем и даже… о ужас, нанесенными человеческими экскрементами, и все они насмехались над Абистаном, его верованиями и религиозными обрядами. Лозунги были написаны на том или ином из языков, которыми пользовались в гетто. Хватало и непристойных рисунков, понятных и без слов. Кое-где на стенах попадались граффити на языке умников, которые Коа мог расшифровать, – богохульство в чистом виде, даже повторять не хочется. Было написано: «Смерть Бигаю», «Бигай – дурак», «Бигай – король слепцов или государь невежд?», «Аби = Биа!» (на языке умников «биа» означает нечто вроде «заразная крыса» или «человек, вывернутый наизнанку»), «Да здравствует Балис», «Балис победит», «Балис – герой, Аби – отстой», «Йолах – пустозвон». Все эти ужасы Ати и Коа постарались как можно скорее забыть, потому что когда они вернутся в Кодсабад, слова, оставшиеся в памяти, выдадут их V, которым даже не придется долго сканировать их локатором, чтобы засечь крамолу. При одной мысли об этом наши друзья затрепетали от страха.

В Кодсабаде были уверены, что именно в этом гетто смерти приземлился Балис, после того как Йолах изгнал его с небес. Больше всего абистанцы, и в первую очередь жители Кодсабада, боялись, что Балис со своей армией вырвется из гетто и ринется захватывать святую землю Абистана. Конечно, Враг не сумеет навредить Аби, который пользуется высоким покровительством Йолаха, а тем более его непобедимому Легиону, но простым людям может причинить много зла. В конечном счете стало казаться, что вся эта армада вокруг гетто, наблюдение, которым она занимается, и ее якобы смертельные бомбардировки, уже не говоря о смехотворной блокаде, имеют целью скорее успокоить добропорядочный народ Абистана, чем помешать вероотступам взять приступом Кодсабад. Аппарат хорошо владел искусством делать одно вместо другого и создавать видимость противоположного.


Напомним, что Ати и Коа просто хотели разобраться в тех непонятных вопросах, которые не выходили у них из головы: Какая существует связь между религией и языком? Может ли религия существовать без священного языка? Что первично – религия или язык? Что формирует верующего – слово религии или музыка языка? Создает ли религия для себя особый язык, поскольку нуждается в усложнении и психическом манипулировании, или же язык, достигнув определенного уровня совершенства, изобретает для себя идеальный мир и неминуемо делает его священным? Всегда ли верен постулат: «Тот, кто имеет оружие, рано или поздно применит его»?Иными словами, всегда ли религия по сути своей тяготеет к диктатуре и убийству? Однако речь не шла об общей теории, более точно вопрос ставился так: Абияз создал Гкабул или наоборот? Вопрос синхронности не рассматривался, яйцо и курица не рождаются одновременно, одно обязательно должно предшествовать другому. Не было здесь места и случайности, ибо все в истории Гкабула указывало, что существовал некий исходный план, амбиции которого со временем все возрастали. Были и другие вопросы: Как насчет вульгарных языков черни, придуманы ли они, и кто их создал? Наука и материализм? Биология и природа? Магия и шаманизм? Поэзия и чувственность? Философия и атеизм? Но что означают все эти понятия? И при чем тут могут быть наука, биология, магия, поэзия, философия? Разве они не истреблены Гкабулом и неведомы абиязу?

Друзья хорошо осознавали, что подобные развлечения не только пусты и нелепы, но и опасны. Вот только чем себя занять, если кроме бесполезных и напрасных дел, да еще и неизбежно опасных, больше заняться нечем?

Перейти на страницу:

Все книги серии Антиутопия

Похожие книги

Граф
Граф

Приключения Андрея Прохорова продолжаются.Нанеся болезненный удар своим недоброжелателям при дворе, тульский воевода оказался в куда более сложной ситуации, чем раньше. Ему приказано малыми силами идти к Азову и брать его. И чем быстрее, тем лучше.Самоубийство. Форменное самоубийство.Но отказаться он не может. Потому что благоволение Царя переменчиво. И Иоанн Васильевич – единственный человек, что стоит между Андреем и озлобленной боярско-княжеской фрондой. И Государь о том знает, бессовестно этим пользуясь. Или, быть может, он не в силах отказать давлению этой фронды, которой тульский воевода уже поперек горла? Не ясно. Но это и не важно. Что сказано, то сказано. И теперь хода назад нет.Выживет ли Андрей? Справится ли с этим шальным поручением?

Михаил Алексеевич Ланцов , Иероним Иеронимович Ясинский , Николай Дронт , Иван Владимирович Магазинников , Екатерина Москвитина

Самиздат, сетевая литература / Фантастика / Социально-психологическая фантастика / Фэнтези / Фантастика: прочее
Анафем
Анафем

Новый шедевр интеллектуальной РїСЂРѕР·С‹ РѕС' автора «Криптономикона» и «Барочного цикла».Роман, который «Таймс» назвала великолепной, масштабной работой, дающей пищу и СѓРјСѓ, и воображению.Мир, в котором что-то случилось — и Земля, которую теперь называют РђСЂР±ом, вернулась к средневековью.Теперь ученые, однажды уже принесшие человечеству ужасное зло, становятся монахами, а сама наука полностью отделяется РѕС' повседневной жизни.Фраа Эразмас — молодой монах-инак из обители (теперь РёС… называют концентами) светителя Эдхара — прибежища математиков, философов и ученых, защищенного РѕС' соблазнов и злодейств внешнего, светского мира — экстрамуроса — толстыми монастырскими стенами.Но раз в десять лет наступает аперт — день, когда монахам-ученым разрешается выйти за ворота обители, а любопытствующим мирянам — войти внутрь. Р

Нил Стивенсон , Нил Таун Стивенсон

Фантастика / Постапокалипсис / Социально-психологическая фантастика / Фантастика / Социально-философская фантастика