Читаем 2000 №2 полностью

— Торговля палеонтологическими объектами. Во всем мире это нормальный бизнес. Я приведу такой пример. Есть у нас фосфоритный карьер под Москвой. Каждый ковш экскаватора вынимает из земли десятки тысяч мелких раковин. Их можно использовать для создания коллекций в школах, университетах или делать сувениры… В общем, весь материал можно условно разделить на три категории. Первая — объекты, представляющие исключительную научную ценность, которые недопустимо вывозить из страны.

— Те, что экспонируются в вашем музее?

— Безусловно… Вторая — объекты, которые можно вывозить… И, наконец, третья — спорные вещи… Бывают такие случаи, когда даже наши специалисты не могут сказать: нужен музею тот или иной материал, представляет он особую ценность или нет? Объекты подобного рода необходимо оставлять в стране, к примеру, на год. Если они не будут востребованы, то затем можно дать разрешение на их вывоз. Этого времени хватит на то, чтобы спокойно проанализировать такие материалы и определить их истинную ценность.

— Вы четко разделяете палеонтологов на две категории: исследователи и бизнесмены. Каково их соотношение сегодня?

— Один к ста.

— Один бизнесмен на сто ученых?

— Да.

— Спасибо. Вы немного меня успокоили…

Визитная карточка:А. Ю. Розанов ведет исследования древних фосфоритов и обнаруживает среди них разнообразные окаменевшие бактерии. Принципиально меняются представления о генезисе фосфоритов, обосновывается их биогенная, а не хемогенная природа.

Формируется новое научное направление «Бактериальная палеонтология». Результаты изучения ископаемых микробов ведут к пересмотру моделей седиментации (осадконакопления) палеогеографических реконструкций и, в конечном счете, генезиса (происхождения) многих осадочных полезных ископаемых.

— И несколько слов о самых последних ваших достижениях. Рассказывают, что вы теперь уже работаете за «пределами здравого смысла» — имеются в виду сенсационные открытия в космосе. Так ли это?

— Вместе с американцами нам удалось обнаружить в метеоритах ископаемые бактерии и ископаемые грибы. А поскольку метеориты «старше» Земли, то, следовательно, и жизнь имеет несколько иное происхождение, чем представляется…

— Все началось, по-моему, с «марсианских» метеоритов, найденных, кажется, в Антарктиде? Но потом было объявлено, что это блеф?

— В августе 1996 года серьезную научную работу о них опубликовали американцы, и отвергнуть ее просто так нельзя… У нас, кстати, была подготовлена аналогичная статья, но ее долго не печатали — подобные выводы считали чистой фантастикой. Тем не менее это реальность! Когда мы увидели бактерии в фосфоритах, то поразились тому, насколько хорошо они сохранились. Следовательно, «окаменели» бактерии так быстро, что сгнить не успели… В лаборатории академика Г. А. Заварзина тогда были проведены эксперименты, которые показали, что для фосфоризации требовалось всего несколько часов. Поэтому сейчас мы находим бактерии почти во всех объектах, только нужно уметь их видеть…

— И где же таится эта жизнь в космосе?