Читаем 12/Брейгель полностью

12/Брейгель

Я покидаю тебя – и покидаю с печалью. Да, надежда, которую я возлелеял и принёс сюда с собой, надежда на хотя бы частичное исцеление – она вынуждена теперь покинуть меня. Как падают с деревьев увядшие листья, так и она для меня увяла. Я ухожу почти в таком же состоянии, в каком встретил тебя в Шахматове. Даже высокое мужество, вдохновлявшее меня в прекрасные летние дни, кануло в небытие. О Провидение, ниспошли мне хотя бы один день чистой радости! Ещё один день. Первый был, как я закончил «Двенадцать». Тогда я был гений. Одни сутки был гением. Потом перестал. Но был, был!

Прекрасная Дама.

Вот видите.

Пётр.

А я вот бывал счастлив при Сан Саныче, был. Особенно когда сирийская Библия… Надо выкупить её из бара. Но деньги кончились. Скоро выкуплю. Выкупим. Я у ребят займу. Займу, не откажут они Петрухе, мать их ети.

Бетховен – Афинские руины.

Звучит Увертюра и хор «Афинские руины» Людвига ван Бетховена (Beethoven, The Ruins of Athens, Op. 113 – Overture and Chorus).

Автор.

Вдали военный марш и крики. Что это за воинственные звуки?

Звучит марш из оперы Джузеппе Верди «Аида».

Другой.

Молодой Фортинбрас, с победой вернувшийся из Польши, воинственным салютом приветствует английских послов.

Автор.

О, я умираю, Горацио. Могучий яд торжествует над моим духом. Я не доживу, чтобы услышать известия из Англии. Я предсказываю, что выбор падёт на Фортинбраса. Умирая, я подаю свой голос за него. Бюллетень с моей синей подписью. И мокрой печатью комиссии. Скажи ему об этом, а также обо всех событиях, больших и малых, которые привели к такому концу. Дальше – тишина.

Андрей.

Мы проходили с ним по Дворцовой площади и слушали, как громыхают орудия.

Автор.

Для меня и это – тишина. Меня клонит в сон под этот грохот. Все звуки прекратились… Разве вы не слышите, что никаких звуков нет?

Хор.

Разве вы не слышите, что никаких звуков нет?

Голос из хора.

Разве вы не слышите, что никаких звуков нет?

Другой.

Разбилось благородное сердце. Доброй ночи, милый принц, и хоры ангелов пусть отнесут тебя с пением к месту твоего сна.

Автор.

Всю жизнь видел отличные сны. А теперь нет снов. Почти полный мрак. Там кричит какой-то старик, умирая от голода. Светит одна ясная и большая звезда.

Иван.

Пойдём спать…Поздний вечер.Пустеет улица.Один бродягаСутулится,Да свищет ветер…

Пётр.

Эй, бедняга!Подходи –Поцелуемся…

Андрей.

Хлеба!Что впереди?Проходи!Чёрное, чёрное небо.Злоба, грустная злобаКипит в груди…Чёрная злоба, святая злоба…Товарищ! ГлядиВ оба!

Вагнер.

Звезда.

Хор.

Бай-бай да люли!Хоть сегодня умри.Завтра мороз, снесут на погост.Мы поплачем-повоем, в могилу зароем.Баюшки-баю,Не ложися на краю.Заутро мороз,А тебя на погост.Спи, дитя моё мило,Будет к осени друго,К именинам третьё,Сёдни Сашенька помрет,Завтра похороны,Будем Сашу хоронить,В большой колокол звонить.

Тьма.

Свет.

Автор. Пётр. Иван. Екатерина. Прекрасная Дама. Другой. Доктор Розенберг. Хор. Старуха. Голос из хора.

Автор.

Гуляет ветер, порхает снег.Идут двенадцать человек.Винтовок чёрные ремни,Кругом – огни, огни, огни…Пётр. В зубах – цыгарка, примят картуз,На спину б надо бубновый туз!

Андрей.

Свобода, свобода.

Пётр.

Эх, эх, без креста!Тра-та-та!

Андрей.

Холодно, товарищи, холодно!

Пётр.

А Ванька с Катькой – в кабаке…У ей керенки есть в чулке!

Иван.

Ванюшка сам теперь богат…Был Ванька наш, а стал солдат!

Пётр.

Ну, Ванька, сукин сын, буржуй,Мою, попробуй, поцелуй!