— Чёрт подери, да за кого ты меня принимаешь? — вспылил сыщик. — Ты что же думаешь, я выложу тебе две сотни, ты назовёшь мне вымышленную фамилию и дашь стрекача?

— Я не сделаю этого! — воскликнул Питер.

— Почем знать?

— Я же хочу и дальше для вас работать.

— Конечно, и мы хотим, чтобы ты у нас работал. Надеемся, ты разузнаешь для нас ещё немало, и увидишь, что мы не обманываем тех, кто для нас работает, — иначе нам ничего не удалось бы узнать. Ассигновали целый миллион долларов, чтобы привести на виселицу эту губеровскую компанию, и если ты внесёшь свою лепту, то в своё время получишь причитающуюся тебе долю, будь спокоен.

В его словах звучала такая убежденность, что Питер готов был ему поверить. Но всю свою жизнь Питер наблюдал, как люди торгуются и как один жулик старается перехитрить другого, и, когда надо было раздобыть деньги, Питер становился, похож на бульдога, который вцепился другой собаке в морду, и ему нет дела, что испытывает его жертва — восхищается им или ненавидит его.

— В своё время? — спросил Питер. — Что это значит?

— Боже праведный! — с отвращением бросил Мак-Гивни.

— Но ведь я хочу знать, — настаивал Питер, — как только я назову вам фамилию или когда вы проверите, на самом деле он шпион или нет?

Они сцепились, как два разъярённых бульдога, грызли друг друга и всё свирепели. Но Питер не сдавался. Мак-Гивни даже намекнул, что если могущественный Транспортный трест уже два раза сажал Питера в «яму», то почему бы ему не сделать этого и в третий раз? Питер похолодел от ужаса, но всё же не выпустил из своей пасти морды Мак-Гивни.

— Ну, ладно, — сдался, наконец, человек с крысиным лицом. Он сказал это презрительным тоном, видно было, что Питер до смерти ему надоел, но это ничуть не задело Питера.

— Хорошо, на этот раз уж я рискну, — и он вытащил из кармана пачку денег — купюрами по двадцать долларов, — отсчитал десять бумажек. Питер увидел, что в пачке осталось ещё довольно много, и понял, что слишком мало запросил у Мак-Гивни, тот был готов заплатить гораздо больше; сердце у него так и упало, но в следующий миг оно закричало от радости — уж такая странная вещь человеческое сердце!

§ 21

Мак-Гивни положил деньги на кровать.

— Вот они, — сказал он, — если ты назовёшь мне фамилию шпиона, можешь их забирать. Но советую тебе пока что их не тратить, потому что если окажется, что ты ошибся, то, ей-богу, Эд Гаффи вывернет тебе обе руки.

Но Питер этого совершенно не боялся.

— Я твердо знаю, кто шпионит.

— Ну, так кто же это?

— Джек Иббетс.

— Дьявол! Да не может быть! — воскликнул Мак-Гивни и недоверчиво поглядел на него.

— Джек Иббетс, один из ночных тюремных надзирателей.

— Я знаю его, — отозвался сыщик. — Но откуда ты это взял?

— Он двоюродный брат сестер Тодд.

— А кто такие сестры Тодд?

— Дженни Тодд — моя девочка, — ответил Питер.

— Девочка! — изумился тот и пристально посмотрел на Питера, и лицо у него расплылось в улыбке. — Однако ты сумел обзавестись девочкой за две недели? Да я и не знал, что ты на такое способен!

Это был довольно сомнительный комплимент, но Питер улыбнулся не менее широко в ответ, показав свои кривые зубы.

— Да, я обзавёлся, — сказал он, — и она сразу же проболталась, что Иббетс её двоюродный брат. А потом испугалась, потому что адвокат Эндрюс заставил её и её сестру поклясться, что они никому об этом не скажут. Вот видите, нет никакого сомнения, что это именно он шпионит для них.

— Боже мой! — вырвалось у Мак-Гивни, и в голосе у него прозвучало искреннее удивление. — Кто бы мог подумать? Ведь Иббетс казался таким благонадёжным малым — и вдруг он красный и вдобавок шпион! Поэтому-то так дьявольски трудно следить за этими красными — никогда нельзя ни за кого поручиться, никому нельзя верить. Интересно, как это им удается заманивать столько людей?

— Не знаю, — сказал Питер. — Думаю, что дурачков на свете хоть отбавляй.

— Во всяком случае, ты, я вижу, не из их числа, — сказал человек с крысиным лицом, глядя, как Питер схватил пачку денег с кровати и засунул во внутренний карман.

§ 22

Человек с крысиным лицом предупредил Питера, чтобы он не спешил тратить полученные денежки. Если о нём станут болтать, что он «при деньгах», это вызовет подозрение красных. Он должен был доказать, что живёт на честно заработанные гроши. Питер обещал припрятать деньги в надёжном месте и не тратить их до тех пор, пока не развяжется с этим делом.

В свою очередь и он решил предостеречь Мак-Гивни. Если Иббетса сразу же уволят, это наверняка вызовет всякие толки и бросит тень на Питера. Мак-Гивни в ответ усмехнулся и заявил, что на таких делах он собаку съел. Они «выдвинут» Джека Иббетса на другую работу, где он не будет иметь доступа к лицам, причастным к делу Губера, а спустя некоторое время придерутся к нему из-за какого-нибудь упущения или попросту подведут его, а потом уволят.