Читаем 100 великих тайн полностью

После первого выстрела Келлерман повернул голову направо, в направлении звука, и увидел руки президента, поднятые к шее. Он сразу крикнул водителю:

«Быстро вперед, в нас стреляют!» Он схватил микрофон и передал головной машине: «В нас попали. Немедленно ведите нас в госпиталь».

В этот момент Грир утопил в пол педаль акселератора. Кинопленка, снятая Эбом Запрудером, свидетельствует, что вся трагедия длилась 16 секунд. На месте покушения царило «полное замешательство». Одни упали на землю, другие кричали. «Полицейские размахивали оружием, куда-то бежали люди из службы безопасности, энергично расталкивая толпу со своего пути, их автоматы были направлены в небо».

Полицейские окружили молодого светловолосого человека. Понемногу на Эльм-стрит вернулось спокойствие. Люди начали обсуждать случившееся. Молодого блондина, разобравшись, отпустили. Но где убийца? Откуда стреляли? Здесь и начинается тот узел проблем, который позднее назвали «тайной Кеннеди». Их десятки и даже сотни. Остановимся на нескольких самых интригующих загадках.

Пересматривая обстоятельства дела в период между 1976 и 1978 годами, комиссия Палаты представителей выдвинула обвинение в том, что вскрытие, произведенное в военно-морском госпитале на следующий день после убийства, не соответствовало профессиональным стандартам. Мозг и другие полученные в результате вскрытия материалы были переданы секретарю Кеннеди. Когда же их принял на хранение Национальный архив, оказалось, что мозг отсутствует. Не явилось ли это устранением улик?

Комиссия Уоррена пришла к мнению, что Кеннеди был поражен двумя пулями, посланными сверху и сзади – это совпадало с официальной версией об Освальде как убийце-одиночке. Однако новое обследование полицейской магнитофонной записи показало, что было четыре выстрела, причем один из них прозвучал спереди и справа от машины президента! И он оказался смертельным, снеся полчерепа, именно от этой пули голова Кеннеди дернулась назад, и это видно на пленке Запрудера…

Какими бы ни были дальнейшие выводы, ясно одно – Кеннеди убила мафия (что бы мы ни вкладывали в это слово), организовав заговор. Правда, до сих пор невозможно объяснить, почему профессиональные гангстеры обратились к такому малоподходящему кандидату, как Освальд, а затем убрали его с помощью такого же несчастного исполнителя, как Руби.

Так или иначе, правительство США до сих пор скрывает важную информацию.

«Думаю, мы никогда ничего не узнаем, – говорит член Палаты представителей Луис Стоке, – маловероятно, что эту тайну когда-нибудь раскроют».

Тайна гибели Юрия Гагарина, который разбился вместе с инструктором В. Серегиным во время тренировочного полета 28 марта 1968 года, так и не раскрыта. Поэтому трагедия до сих пор порождает самые необычные версии. Питательной почвой для домыслов служит то, что государственная комиссия, расследовавшая причины авиакатастрофы, так и не установила, почему исправный самолет, пилотируемый опытными летчиками, которые до последней минуты вели спокойный радиообмен, вдруг потерял управление, вошел в штопор и рухнул на землю.

И причина не только в том, что УТИ МиГ-15 не был оснащен «черным ящиком». По мнению многих специалистов, госкомиссия сознательно, по идеологическим и ведомственным соображениям уходила от истинных причин катастрофы.

Как это ни кощунственно, но бытует слух, что летчики, дескать, были «под мухой». Перед полетом В. Серегин и Ю. Гагарин прошли двойной медицинский контроль, после гибели производились тщательные анонимные тесты останков в нескольких учреждениях. Ни малейших признаков алкоголя или какого-либо иного отравления обнаружено не было. К этой же области относятся прорицания Ванги, суждения телекомментатора Балашова о будто бы живом Гагарине.

Недоработок и упущений в этом полете было множество. Отдельно взятые, они не могли стать причиной катастрофы, но все вместе свидетельствовали о вопиющей халатности руководства. Самолету УТИ МиГ-15, на котором предстояло выполнить тренировочный полет В. Серегину и Ю. Гагарину, было уже полтора десятка лет. Машина прошла два капитальных ремонта, а двигатель – даже четыре. Мало того, на самолет были подвешены два бака с горючим, по 260 литров каждый, что снижало допустимые перегрузки в 3 раза и резко ухудшало аэродинамические нагрузки. Это принципиальный момент. Ни до катастрофы, ни после нее эксперименты по изучению особенностей полета машины такой конфигурации не проводились. В так называемой спутной струе (вихревом следе от другого самолета) бывали многие летчики, но «гагаринскую» ситуацию никто не удосужился смоделировать.