Хуан Карлос, сын наследника утраченного этой королевской семьёй испанского трона, и София, старшая дочь короля Греции, в первый раз встретились, когда обоим было по шестнадцать лет, но по-настоящему «увидели» друг друга только шесть лет спустя. В сентябре 1961 года Хуан Карлос сделал Софии предложение — правда, вряд ли это можно назвать «предложением»; он, как рассказывала впоследствии София, бросил ей коробочку. «Лови!» — а в коробочке оказалось кольцо. Кстати, для того, чтобы украсить его рубинами и бриллиантом, принц без королевства воспользовался парадной пуговицей с мундира отца…

Главным препятствием к браку оказалось вероисповедание. Жених был католиком, невеста — православной, и испанская сторона настаивала на католическом обряде, зато греческая полагала, что, только выйдя замуж, и непременно по православному обряду, принцесса может перейти в католичество. В конце концов, сошлись на компромиссе, предложенном тогдашним папой римским, — два венчания, по католическому и православному обряду.

Хуан Карлос Испанский и София Греческая

Свадьба состоялась на родине невесты, в Афинах, 14 мая 1962 года. Город, разумеется, был готов к свадьбе своей принцессы — разукрашенные улицы, радостные люди. И далеко не только греки — чтобы отпраздновать свадьбу своего принца, в Грецию съехалось множество испанцев. Это был пышный яркий праздник двух стран, объединённых Средиземным морем. Кроме того, он был истинно «королевским» — никогда со времён Первой мировой войны не собиралось столь много представителей монархических семейств Европы.

Венчание по католическому обряду состоялось в церкви Святого Дионисия. Утром из королевского дворца выдвинулся роскошный кортеж; один за другим следовали лимузины, которые везли иностранных монархов, а затем, когда эти важные гости прибыли на место, выехал следующий кортеж, в котором, в сопровождении конных гвардейцев, ехали члены королевских семей Испании и Греции, а также подружки невесты — все восемь были принцессами. Разумеется, младшая сестра невесты, принцесса Ирина, была одной из них.

Хуан Карлос вошёл в церковь в сопровождении матери, графини Барселонской, и занял своё место у алтаря. Разумеется, все ждали прибытия невесты, но кто ожидал её больше, чем влюблённый жених?

И вот, наконец, в роскошном золочёном экипаже, в сопровождении отца и брата, София подъехала к церкви. Она была очень хороша собой, но в тот день выглядела просто волшебно. Дизайнером её платья был известнейший тогда кутюрье Жан Дессе (он родился в Александрии, однако по происхождению был греком). Наряд был весьма простого покроя, без декольте, с рукавами три четверти и умеренно пышной юбкой; однако красота тканей, старинной парчи и ламэ, узоры на них — белым по белому — делали его поистине королевским. Разумеется, у платья был длинный шлейф, и не менее длинной была фата, около пяти метров. Эту кружевную фату надевала в своё время на собственную свадьбу мать невесты. Пышные, но уложенные в строгую причёску волосы невесты фата приоткрывала только спереди, а придерживала её тиара, которую София получила тоже от матери.

Подружки невесты расправили шлейф и фату, и под руку с отцом главная героиня дня двинулась к алтарю. А возле алтаря она… заплакала, так что предложенный Хуаном Карлосом белый платочек оказался как нельзя более кстати. Эта маленькая сцена была трогательной и очень показательной — да, вступали в брак принц и принцесса, но делали они это не из династических соображений, а по любви.

После венчания прошла торжественная служба, после которой жених с невестой отправились в королевский дворец, а затем — в православный собор, где должно было состояться православное венчание. Собор украшали тридцать пять тысяч любимых цветов невесты, роз, но они были цвета Испании, страны жениха, — красные и жёлтые.

Далее последовали короткая гражданская церемония в королевским дворце и роскошный банкет. Медовый месяц молодожены провели на одном из самых прекрасных островов в мире — Корфу, а затем отправились в кругосветное путешествие.

Ещё долго они не были уверены в своём будущем — что им предстоит, станет ли Хуан Карлос королём Испании? Трон был ещё чем-то очень неопределённым, но с самым главным в своей жизни они определились сами. Нашли друг друга.

Андриан Николаев и Валентина Терешкова

3 ноября 1963 года

Пожалуй, их свадьба — одна из немногих или даже единственная, о которой в советские времена писали в прессе и даже опубликовали фотографии из ЗАГСа.