Читаем 100 великих наград полностью

Олимпия – священное место. Тот, кто осмелится вступить сюда вооруженным, будет заклеймен как богохульник. Безбожником будет и тот, кто, обладая властью, не отомстит за это преступление.

Этот текст был выбит на бронзовом диске, который установили в храме богини Геры[5]. И с тех пор каждый високосный год, в священный месяц «между жатвой и сбором винограда», по всей Греции прекращались междоусобные войны и свободные граждане устремлялись в Олимпию. Олимпийские игры не знали предварительного отбора, любой эллин мог прийти сюда, чтобы померяться силами с такими же любителями, как и он сам. Причем по установленным правилам не существовало никаких социальных ограничений даже во время господства аристократии: обязательным было только эллинское происхождение, и в играх могли участвовать даже выходцы из низов свободного населения. Например, в 520 году до нашей эры в кулачном бою победил простой земледелец Главк из Користа, а на статуе одного победителя археологи увидели такие строки:

Прежде носил на плечах он толстые, грубые бревна, Рыбу из Аргоса нес на тегеатский базар.

Но варвары к состязаниям не допускались. Отбор атлетов осуществляли судьи, которые одно время долго обсуждали вопрос, являются ли эллинами македонцы. Когда же последним разрешили участвовать в состязаниях, многие из них стали олимпиониками (победителями), в их числе был и македонский царь Филипп II – отец Александра Македонского. Когда Греция подпала под власть Рима, к Олимпийским играм допустили и римлян. Но преступник, нарушивший закон своего города или общеэллинские установления, участником состязаний не мог стать никогда. Не допускали в священную Олимпию и женщин, исключение было сделано только для жрицы богини Деметры.

За всю историю Олимпийских игр только одна женщина нарушила запрет и появилась в священном городе Зевса. Ее звали Ференика (по другой версии – Каллипатера) и была она дочерью знаменитого кулачного бойца, к тому же сама руководила тренировками своего сына. Когда он отправился в Олимпию, Ференика переоделась в костюм учителя гимнастики и последовала за ним. Ее сын одержал победу в кулачном бою, и обрадованная мать, забыв об осторожности, бросилась ему на шею. Ференике грозила смерть за нарушение закона, но просьбы зрителей спасли ее. Судьи помиловали женщину, но сразу же постановили: впредь все тренеры, сопровождавшие атлетов на игры, должны сидеть обнаженными за особой оградой.

Олимпийский праздник длился пять дней, но в первый день никаких состязаний не было: он посвящался подготовительным церемониям и жертвоприношениям. Атлеты вместе с родственниками и друзьями приносили свои жертвы у алтарей тех богов, кого считали своими покровителями. У алтаря Зевса атлеты приносили общую клятву, что будут соблюдать правила состязаний и устав игр, вести борьбу честно и без недозволенных приемов.

Список атлетов, выступавших на играх, выставлялся на стадионе. Перед началом соревнований элланодики (судьи) устраивали жеребьевку, и участники вынимали из серебряной вазы бронзовые жетоны, на которых была выгравирована одна буква (означающая и цифру). Согласно жребию, атлеты разбивались на четверки для бега, с которого и начинался собственно первый день состязаний, так как этот вид спорта считался у греков самым древним и почетным. Легенда рассказывает, что длину беговой дорожки установил сам Геракл, сын Зевса. Задумав в честь отца установить игры, он выбрал для этого ровную площадку и устроил на ней беговую дорожку: отмерив расстояние в 600 своих ступней, герой решил, что этого будет достаточно для бега.

Перейти на страницу:

Все книги серии 100 великих

100 великих оригиналов и чудаков
100 великих оригиналов и чудаков

Кто такие чудаки и оригиналы? Странные, самобытные, не похожие на других люди. Говорят, они украшают нашу жизнь, открывают новые горизонты. Как, например, библиотекарь Румянцевского музея Николай Фёдоров с его принципом «Жить нужно не для себя (эгоизм), не для других (альтруизм), а со всеми и для всех» и несбыточным идеалом воскрешения всех былых поколений… А знаменитый доктор Фёдор Гааз, лечивший тысячи москвичей бесплатно, делился с ними своими деньгами. Поистине чудны, а не чудны их дела и поступки!»В очередной книге серии «100 великих» главное внимание уделено неординарным личностям, часто нелепым и смешным, но не глупым и не пошлым. Она будет интересна каждому, кто ценит необычных людей и нестандартное мышление.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары / Энциклопедии / Документальное / Словари и Энциклопедии

Похожие книги

1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука
100 дней в кровавом аду. Будапешт — «дунайский Сталинград»?
100 дней в кровавом аду. Будапешт — «дунайский Сталинград»?

Зимой 1944/45 г. Красной Армии впервые в своей истории пришлось штурмовать крупный европейский город с миллионным населением — Будапешт.Этот штурм стал одним из самых продолжительных и кровопролитных сражений Второй мировой войны. Битва за венгерскую столицу, в результате которой из войны был выбит последний союзник Гитлера, длилась почти столько же, сколько бои в Сталинграде, а потери Красной Армии под Будапештом сопоставимы с потерями в Берлинской операции.С момента появления наших танков на окраинах венгерской столицы до завершения уличных боев прошло 102 дня. Для сравнения — Берлин был взят за две недели, а Вена — всего за шесть суток.Ожесточение боев и потери сторон при штурме Будапешта были так велики, что западные историки называют эту операцию «Сталинградом на берегах Дуная».Новая книга Андрея Васильченко — подробная хроника сражения, глубокий анализ соотношения сил и хода боевых действий. Впервые в отечественной литературе кровавый ад Будапешта, ставшего ареной беспощадной битвы на уничтожение, показан не только с советской стороны, но и со стороны противника.

Андрей Вячеславович Васильченко

История / Образование и наука
100 знаменитых памятников архитектуры
100 знаменитых памятников архитектуры

У каждого выдающегося памятника архитектуры своя судьба, неотделимая от судеб всего человечества.Речь идет не столько о стилях и течениях, сколько об эпохах, диктовавших тот или иной способ мышления. Египетские пирамиды, древнегреческие святилища, византийские храмы, рыцарские замки, соборы Новгорода, Киева, Москвы, Милана, Флоренции, дворцы Пекина, Версаля, Гранады, Парижа… Все это – наследие разума и таланта целых поколений зодчих, стремившихся выразить в камне наивысшую красоту.В этом смысле архитектура является отражением творчества целых народов и той степени их развития, которое именуется цивилизацией. Начиная с древнейших времен люди стремились создать на обитаемой ими территории такие сооружения, которые отвечали бы своему высшему назначению, будь то крепость, замок или храм.В эту книгу вошли рассказы о ста знаменитых памятниках архитектуры – от глубокой древности до наших дней. Разумеется, таких памятников намного больше, и все же, надо полагать, в этом издании описываются наиболее значительные из них.

Елена Константиновна Васильева , Юрий Сергеевич Пернатьев

История / Образование и наука