Читаем 100 великих историков полностью

Он много публиковался в журналах «Мир Божий», «Русская мысль» и «Вестник Европы», а также в немецких научных журналах. С 1905 года Ростовцев был активным деятелем кадетской партии, придерживался либеральных взглядов и был противником социалистов, в особенности большевиков. В 1914 году историк был избран членом-корреспондентом Берлинской академии наук, в 1908 году членом корреспондентом, а в 1917 году – академиком Петербургской академии наук. В 1917 году он также стал членом-корреспондентом Британской академии.


М.И. Ростовцев


Ростовцев категорически не принял Октябрьскую революцию. 27 декабря 1917 года он писал поэту Вячеславу Иванову: «Как Вы поживаете? Как переносите крушение? Черкните, если найдете время, два слова. Очень хотелось бы повидать Вас и побеседовать. Но это, очевидно, в области мечтаний. Утешаюсь мыслью, что в истории бывали времена, когда людям жилось еще хуже. Вряд ли, однако, можно найти эпоху, когда бы в одном месте собралось столько людской подлости. Побиваем рекорд». Летом 1918 года ученый эмигрировал в Швецию, затем, в начале 1919 года, в Англию, а в 1920 году переехал в США. В 1919 году он получил звание почетного доктора Оксфордского университета. В 1920–1925 годах Ростовцев преподавал в Висконсинском университете Мэдисона, а с 1925 года до конца жизни – в Йельском университете, с 1939 года являясь заслуженным (emeritus) профессором. В 1935 году он стал президентом Американской исторической ассоциации. В СССР Ростовцев был исключён в 1928 году из Академии наук и восстановлен посмертно только в 1990 году. Он был одним из самых переводимых на европейские языки историков Античности в 20‐х и 30‐х годах XX века. В последние годы жизни ученый страдал от тяжелой депрессии. Ростовцев умер 20 октября 1952 года в Нью-Хейвене, штат Коннектикут.

Перейти на страницу:

Все книги серии 100 великих

100 великих оригиналов и чудаков
100 великих оригиналов и чудаков

Кто такие чудаки и оригиналы? Странные, самобытные, не похожие на других люди. Говорят, они украшают нашу жизнь, открывают новые горизонты. Как, например, библиотекарь Румянцевского музея Николай Фёдоров с его принципом «Жить нужно не для себя (эгоизм), не для других (альтруизм), а со всеми и для всех» и несбыточным идеалом воскрешения всех былых поколений… А знаменитый доктор Фёдор Гааз, лечивший тысячи москвичей бесплатно, делился с ними своими деньгами. Поистине чудны, а не чудны их дела и поступки!»В очередной книге серии «100 великих» главное внимание уделено неординарным личностям, часто нелепым и смешным, но не глупым и не пошлым. Она будет интересна каждому, кто ценит необычных людей и нестандартное мышление.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары / Энциклопедии / Документальное / Словари и Энциклопедии
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже