Читаем 100 и 1 день войны полностью

Проход конвоев в зоне боевых действий был приоритетным. Гражданский транспорт останавливался на всех блок постах, установленных на маршруте. Если таких постов не было, движение транспорта останавливали временные милицейские посты. Разумеется, такие меры были не очень популярны среди гражданского населения, и уже только по этой причине можно было нарваться на грубость или более решительное проявление агрессии со стороны местных жителей, если вас вдруг занесло в военной униформе в магазин, кафе или, например, вокзал. Для аборигенов государственная граница была чем–то весьма досадным, что ломало привычный уклад жизни. За десятилетия, когда граница с Грузией была не более, чем пунктирной линией на карте, люди по обе стороны породнились, завели общие дела, имели общие интересы. И в том, что сейчас происходило, винили только военных. Это касалось не только российских армейцев. Вадим знал, что на той стороне ситуация была подобной. В первый же день нахождения в Адлере, он был проинструктирован командованием части, и пункты этой инструкции требовали от служащих отряда, и других частей, расположенных в городе и окрестностях, следующее: как можно меньше времени находиться вне территорий, разрешённых командованием. Все необходимые условия для проживания с ЛС с минимальным комфортом имелись на территории частей. Столовые, пункты бытового самообслуживания, «житлухи», кафетерии — всё это было. Но вряд ли «столовка» могла быть лучше частного ресторанчика на набережной, или киоск Военторга мог заменить разнообразие местных рынков или базаров, какое только можно встретить в припортовых городах.

Выход за территорию части не рекомендовался в униформе. Безопаснее было в цивильной одежде. Рекомендовалось скрытое ношение личного оружия. Но, Адлер, был небольшим городком. И всякий сюда прибывший сразу попадал под особое внимание местных жителей, и через небольшой промежуток времени, никакими джинсами, футболками или рубашечками невозможно было скрыть собственную принадлежность к отряду. Очень скоро о тебе знали если не всё, так многое. По крайней мере, то, что ты был пилотом в отряде Вергеева, скрыть было невозможно. Хорошо, если это заканчивалось, например, тем, что местные торгаши требовали с офицеров оплату своих товаров или услуг в разы большую, нежели это требовалось на самом деле.

В отряде был так называемый некомплект ВС и ЛПС. В частности, была недопоставлена пара Ми‑24В, которая в штате отряда значилась под позывным «Матрас». Прошлой зимой в часть прибыли экипажи на эти борта, и пару недель осваивались в местных условиях, ожидая, когда из Майкопа перегонят их машины. Не дождались. Все погибли во время подрыва небольшого ресторана на побережье в Адлере. Вместе с военными погибли и гражданские лица. Но наверняка виновная сторона не очень–то убивалась по этому поводу. Эта акция лишила отряд двух боевых машин, при этом их не разрушив. Было потеряно самое ценное в авиации — человеческая жизнь, годы образования и бесценный опыт. Сейчас пара вертолётов ожидала новые экипажи, но, как видно, охотников было мало.

На Вадима также пытались напасть. Он возвращался из части в общежитие после тяжёлого дня, почти полностью заполненного непростой лётной работой. Был поздний час, когда его пытались «взять в оборот» в коротком проулке. Нападавшие, как слышал Вадим, общались на грузинском языке, нисколько не переживая по поводу того, что улица была хорошо освещена. Они также не придали особого значения и тому, что их жертва достала из–под лёгкой джинсовой куртки «скорпион». В ответ на это, Вадим услышал, как защёлкали затворы на оружии бандитов. Положение спас патруль из комендантской роты. Солдаты круглосуточно патрулировали улицы города, порой полностью заменяя в этом занятии местную милицию. Менты с наступлением вечерних сумерек предпочитали отсиживаться в участках, выезжая только по вызовам, опять же, с армейским усилением. Четыре солдата и прапорщик, экипированные по–боевому, в касках, бронежилетах и с автоматами, появились неожиданно для нападавших. Наверное, это было для Вадима везением. Бандиты быстро скрылись в ближайших дворах. Короткое расследование этого происшествия ничего не дало.

Потом Вадим договаривался с военными патрулями или искал себе пару попутчиков, чтобы безопасно добраться до места проживания. В город же, в свободный день, если таковой вдруг выпадал по случаю нелётной погоды, также ни один, ни вдвоём с кем–либо не выбирался. Только втроём. Слишком велика цена была за праздность. Можно было провести день в пробитой сквозняками общаге, высыпаясь, или прожигая часы за игрой на портативном компьютере, или чтением уже надоевшей беллетристики. Ты отдыхаешь, а тебя охраняют бойцы на караульных постах. Всё–таки спокойнее, хотя и скучно.