Читаем 10 секунд полностью

Он притянул меня крепче к себе, положив руку на затылок. Джейк страстно впился в мои губы, его безжалостный язык исследовал мой рот досконально, но встречая преграду в виде моего личного язычка, который просто так не сдавался в борьбе с ним. Я обвила его торс руками и пролезла под футболку, поглаживая горячую крепкую спину. Его тело горело, будто в лихорадке. Температура наших тел поднялась до невообразимой высоты. Он отстранился от меня не без усилия.

– Если мы сейчас не остановимся, боюсь, мы устроим небольшое представление для посетителей, – он лукаво подмигнул мне, немного оборачиваясь на небольшое количество людей в заведении.

Я почему-то сразу представила себе картину, как нас накрывает волна желания и страсти. В воображении возникли видения, как Джейк кладёт меня на этот стол, а сам наваливается сверху, раздвигает мои ноги и примыкает губами к моей нежной шее …

– Эй, ты там случайно не о похотливых действиях думаешь? – воскликнул Джейк, возвращая меня с небес на землю, прищёлкивая пальцами у меня перед носом.

– Нет, – фыркнула я, махнув небрежно рукой, нахмурив лоб и надув губки, – я всегда думаю лишь о феях из клуба «Винкс» или же в крайнем случае о несчастных единорогах, которые прыгают от радуги к радуге, которых в своё время тоже очень мало, – многозначительно посмотрела на него.

– Значит, о сексе думала, – заключил он, а я рассмеялась, что было сил.

– Да пошёл ты, – воскликнула, немного покраснев, обрушивая на него свои кулаки, – ты, наверное, не знаком с моими подругами, раз такое говоришь, – я убийственно посмотрела на него.

– Правда? И кто же они?

– Герцогиня хук справа, – выставила кулак правой руки, – и графиня боль, – мягко протянула слова, знакомя его с вышесказанными друзьями, выставляя кулак левой руки.

Неожиданно заиграла до боли знакомая песня. Я повернула голову и увидела, как маленькая девочка положила монетку в автомат и нажала кнопку, сменив мою группу на певицу с довольно нехилым и звонким голосом. Я помнила это песню. Она была немного старой, но всегда мне нравилась. Песня оказалась на удивление зажигательной и полной энергии.

– Это же Бриджит Мендлер, – я восторженно улыбнулась и маленькая девочка обернула свою голову в мою сторону.

– Да, – она кивнула, – она называется «Rocks at my window», – она также, как и несколько секунд назад, широко улыбнулась, обнажая неровные зубы, а передних и вовсе еще не было.

Малышка, хихикая, села на своё место рядом с отцом, по всей вероятности, заглатывая ванильное мороженое.

– Господи, Джейк, она мне так нравится, – я схватила его за руки и потянула вставать.

– Что ты делаешь? – спросил он, взволнованно, в его взгляде читался испуг.

– Зову тебя танцевать, – невинно захлопала глазами.

– Но здесь ведь нельзя …

– Правила нужны, чтобы их нарушать, – я наконец вытянула его на воображаемый танцпол.

Джейк изнежено приобнял меня за талию и покрутил. Я вертелась и вертелась, не понимая, где верх, где низ. Мы с ним танцевали так, как могли, будто в последний раз, отдаваясь чудесному ритму наших сердец, танцевали на сколько хватало сил. Я качала волосами в такт музыке, громко выкрикивая слова, поднимая руки в воздух. Откуда я знала эту песню наизусть одному Богу известно. Девочка подбежала, сначала долго наблюдала за нашими попытками произвести впечатление профессиональных танцоров, и также стала со мной танцевать, душой отдаваясь песне. Джейк сел обратно и стал за нами следить с лёгкой улыбкой на губах. Я кидала на него озорные взгляды, а он лишь улыбался, закинув руку на спинку дивана.

Мы с малышкой встали в стойку вальса, высоко подняв подбородки, и поскакали по залу, вокруг столиков, призывая всех присоединиться к нашему веселому бунту, пытаясь хоть как-то разнообразить серые лица присутствующих. Люди стали только теперь вертеть головами и обращать на нашу дикость внимание. Я, как истинный кавалер, покрутила девочку за руку и приобняла её, высоко подняв над полом. На удивление, она оказалась очень лёгкой, словно пушинка. Самая хрупкая девочка, которую довелось мне увидеть. Теперь мы танцевали невесть что. Вот нас будто прошибает ток, наверное, тогда мы пытались изобразить стиль «электро», а теперь мы изображаем медленное падение пушинки, а вот снова, будто танцуем жигу. Я смеялась от души и веселилась, как никогда. Похоже, малышка больше не испытывала неловкости, что не могло меня не радовать. Наши комплексы полностью исчезли под покровом слов. Именно так каждая песня должна влиять на людей – лишать их какого-либо стеснения, скованности и позволить наслаждаться своей жизнью абсолютно свободно, не беспокоясь о мнении окружающих.

Песня кончилась громким выкриком, и нам поаплодировали. Взявшись за руки, я и девочка поклонились в пируэте и разошлись каждый на свои места.

– Ну что? – спросила я, вытирая пот со лба.

– Это было чудесно, – ответил Джейк, – а еще ужасно, – он расхохотался, держась за живот.