Читаем 1 полностью

Меньше чем через минуту раздался протяжный свист, а за ним десятки, если не сотни мощнейших взрывов. Наши крыли кассетными снарядами, которые рвались как петарды по всему видимому периметру центра. Сила этой бомбардировки была такой внушительной, что после пролёта самолётов насыпь, служившая стеной, сильно потеряла в высоту.

И теперь я был точно уверен, что на ней не осталось ни одной живой души, мины или пулемёта. Дождавшись рапорта об окончании бомбардировки, я показал своим бойцам лапой в сторону насыпи.

-Вперёд!

Танки тут же взревели двигателями – техники решили не мелочиться, и форсировать горку прямо с ходу, чтобы не выстраиваться в колонну и ехать через длинный, опасный проезд – разогнавшись, японские машины буквально взлетели на вершину организованных завалов, и остановились на вершине. Я помахал остальной технике – грузовики и зенитные платформы выстраивались в цепочку.

Танки в это время следили за высотными зданиями со своей высоты. Не прошло и минуты, как кто-то из киборгов засёк что-то на радаре, а вслед за ним засекли и все остальные. Из-за угла какой-то высотки медленно и солидно выполз старенький Т-64, который, при виде того, что его ждёт, попытался скрыться, но был быстро расстрелян. Подбитая туша бронемашины легла посреди улицы, закрывая дальнейший проход неприятелю. Мы подбили таким образом ещё четыре танка – пока проходили наши подкрепления.

Но внезапно кто-то из танкистов откровенно поддался панике, а за ним в эфире воцарился неразборчивый гомон и многие из наших танков начали откатываться назад, за укрепления. Никто из японских водителей не мог пояснить что происходит, лишь один из моих знакомых киборгов сказал:

-На радаре какой-то неопознанный объект.

Я тут же вытащил на головной дисплей свой собственный радар и действительно увидел здоровую красную точку, приближающуюся к нам по центральной дороге, на которой стояли наши. Судя по скорости и расстоянию, до встречи осталось меньше минуты, но почему-то только японские бойцы знали что их ждёт.

Внезапно простая красная точка сменилась фигуркой танка, над которым красовалась надпись: “Модернизированный ракетный танк Т-2”.

-Что это значит? Кронос! – потребовал я по рации, но тут же услышал самую страшную фразу в устах моего лучшего друга.

-О чёрт, – спокойно сказал он, – Бежим.

На дорогу за насыпью выкатил огромный зеленоватый монстр, внешне похожий на танк, но только нижней частью, то есть гусеницами. Всё что располагалось вместо башни, напоминало внебрачный выкидыш системы реактивного залпового огня, пулемёта и пушки противоракетной обороны. Ракетница была странной – шесть вытянутых треугольных секций, сложенных тройками по два полукруга с каждой стороны. Всё это безобразие было установлено на поворотной платформе.

-И что в этом такого страшного? – только и успел спросить я.

Все секции ракетной установки открылись с обоих концов, демонстрируя шесть пусковых установок каждая. Я понял чего в этом танке страшного, когда каждая трубка исторгла из себя по маленькой, но очень быстрой ракете, каждая из которых летела по прямой наводке и взрывалась чудовищно мощным образом. Все наши танки тут же попрятались, а ракетный танк, пока что занятый другой нашей техникой, быстро раскурочил наши припасы и зенитки вместе с ними.

-Нет! – крикнул Чак, видя как взрываются зенитные установки, за одной из которых сидела его жена. Он рванул туда, но я остановил его, схватив за руку.

-Ты сам знал на что идёшь! – рявкнул я, – У нас есть работы и ты пригодишься живым!

Лис одёрнул лапу, но остался со мной.

-Кто сталкивался с этой штукой? – спросил я в эфире.

-Я, но как уничтожить не скажу, – ответил Добб, – При мне таких гадов бомбили!

-Так и мы разбомбим! – сказал я, – Армада?

-Слушаю.

-Нам нужна повторная бомбардировка периметра центра! Мы отойдём оттуда через минуту!

-Отказ, маршал! – ответил мне главный, – Их противовоздушная оборона сильнее с каждой минутой! Нас оттесняют к краю Москвы истребители!

Я смачно матюгнулся в эфире. За то время, пока я успел лишь перекинуться парой фраз с армадой – ракетный танк успел разворотить всю нашу технику до такого состояния, что даже опознать в горе огненного мусора что-то ездящее было малореально. Я сел на склон искусственной насыпи, ожидая хоть какого-то предложения.

-У него слабая броня, – сказал Чак, вскидывая свой гаусс-винтовку, – И много боеприпасов. Попаду хоть в один – ему каюк.

-Подвиги никто не отменял, а? – раздалось откуда-то снизу. Я опустил глаза и увидел, что жена нашего главного бандита цела и невредима, пешком поднималась к нам, ведя за собой практически всех зенитчиков и даже водителей грузовиков.

Чак, бросившись к ней, чуть не сбил лисицу с ног, которая могла кубарем покатиться вниз, но она довольно хладнокровно остановила его, похлопав по закрытой шлемом морде ладонью.

-Он в общем-то не прав – ракетная установка защищена не слабо. Но я выносила такие танки в одиночку.

-Значит встречалась, – спросил я.