Читаем 0,5 [litres] полностью

В те же воскресные дни разрешали иногда использовать телевизор. Тогда дневальный смело шел в здание, где располагалась учебная часть, и брал там DVD-диск с фильмом. Только вот на дисках был один-единственный сериал – «Солдаты». «Солдаты-1», «Солдаты-2», «Солдаты-3», «Солдаты-4». Не по порядку: другие роты успевали забрать, а то и хуже – дисков вообще могло не оказаться. Единственный выходной у солдата мог быть испорчен, а отдых очень был нужен после учебных будней и финальной точки в неделе – ПХД. Пенной вечеринки, которая устраивалась каждую субботу. Нужно было драить все, куда только можно дотянуться и заползти, выскребать пыль из всех щелей.

Регулярно выгоняли чистить плац. Командир части, заботясь о своих подопечных, издал приказ: «Хлопцы, в берцах чистить нельзя, околеете, надевайте валенки. В валенках – тепло».

Проблема в том, что солдат – сто пятьдесят человек, валенок – всего сто двадцать пар или около того. Ладно. Кто-то не идет: дневальные, наряды, кто-то просто «проебется». Отметаем их.

Проблема не только в том, что валенок не хватает на всех. Половине достанутся те, что жмут, ибо размеры у большинства из них ужасно малы. Еще и два левых. Или два правых. Половина из них – дырявые. Есть даже такие, у которых дыры по пять сантиметров в диаметре. И вот солдаты, окруженные заботой командиров, чистят плац в «пробитых» и жмущих валенках, оба – левые. Не холодно! Красота! Вероятность того, что тебе достанется нормальная пара, стремится к нулю.

Все почистили, но снег опять повалил после ужина.

– Товарищ старший лейтенант, разрешите теперь в берцах, а то валенки дырявые, маленькие и сырые, еще и оба – левые?

– Командир части сказал в валенках, значит в валенках! Вопросы?

Так и жили.

Настоящий кайф был, когда уходили в наряд. Не по роте, дневальным, а на различные объекты: кто-то на оружейные склады, кто-то в патруль, кто-то на КПП. За учебку удалось побывать в трех, включая наряд по роте. Остальные два – это ДОС-склады и КПП в автопарке.

КПП – это тяжело, особенно в мороз, в какой пришлось стоять Андрею. Ладно, что хоть товарищ по несчастью попался веселый и можно было поговорить. Так день и пролетел. Вернее, опять же, жвачкой протянулся. Как и любой другой, но только этот был разбит на бесконечное стояние на воротах и на редкие минуты, когда можно было погреться у батареи в комнате дежурного. Еще довелось побывать в оцеплении в момент стрельб на полигоне, вместе с башкиром. Нарядом это назвать сложно – просто четыре часа постоять у шлагбаума.

Другой наряд был чудесен, и в него Андрей отправлялся с огромным удовольствием, знать других не желая. Заступали туда вчетвером: два земляка всегда вместе с Андреем, четвертый – кто придется. Это тоже был КПП, но другой – на складе с различными ценностями, не особо ценными. Где вся задача бойцов – по очереди стоять на воротах, записывать кто пришел, кто ушел. Трое ютятся в специальной конуре, рядом. И была у наряда розетка, и был телефон, был кипятильник, была музыка по ночам и громкие разговоры, был Интернет, и не было над ними контроля – никакого начальника, потому что все старшие по наряду хронически проебывались. Сержант-контрактник закрывался в отдельном помещении и целый день смотрел аниме, другой, прапорщик, ушел сразу после развода и вернулся в пять утра, пьяный и с какой-то бабой, которую с рассветом заставил перелезать через забор части и по сугробам топать до трассы, а сам спал весь следующий день. С этим нарядом подобное возникало постоянно.

Утром со складов собирали машину продуктов для санитарной части, и если помочь ее загрузить – гражданские, ответственные за погрузку и склад, угощали пряниками и молоком. Больных, кстати, кормили так, что хоть специально заболевай: и апельсины, и молоко, не разбавленное водой, и сок. Но на обед ты идешь в столовую, где иногда вместо нормальной жратвы просто варят содержимое сухпайков, сваленное в кучу. В «каличке» Андрей не бывал и не хотел: пока многие просто отлеживались там, симулируя болезнь, он раз перенес неделю температуры на ногах, сидя в душной и вонючей сушилке, чтобы пропотеть и быстрее вернуться в строй. Одни стрельбы только пропустил, а в остальном – честно исполнял свои солдатские обязанности, отбывал повинность подлой Р(р)одине.

* * *

После учебки отправили служить в Армению. «Деды» рассказывали, что там кубрики – комнаты, рассчитанные на шесть человек, – а не одна располага на полторы сотни срочников, вечно воняющая носками. Рассказывали, что руку из окна протягиваешь, чтобы персик сорвать. Не служба, а сказка.