— Алтай, деньги будут крайний срок через неделю, максимум две, — говорит отец нервно.— Я не даю отсрочек. И денег тебе взять негде.— У меня в Италии...Алтай прерывает отца громким смешком.— Ты считаешь, я дам тебе выехать из страны?— Тебе нужны эти деньги, а мне требуется время, чтобы их достать. Ты же знаешь меня, Алтай, мы сто лет ведем дела. Я даю тебе слово, что вернусь в любом случае.Алтай переводит глаза на меня, и становится не по себе.Этот человек был частью темной стороны жизни моего отца, куда мне соваться было запрещено. Поговаривают, что он прошел через ад, о чем свидетельствуют сломанные уши, шрам у рта и глаза — пустые, лишенные эмоций.— Лады. Вали в свою Италию. Но Рада пока «отдохнет» на моей базе.— Об этом не может идти и речи...— Почему? Ты же вернешься. Будет стимул поспешить.
Ольга Вечная
— Мне говорили, что с судьей нужно решать дела через ее правую руку. Как там зовут помощника? — Александра Дмитриевна Яхонтова. Грамотная, держит дистанцию. Через неё идёт всё: черновики, служебки, даже чашка кофе. Но взятки? - морщусь. - Если это так, я выясню.— Да-да, та самая серая судейская мышь.— Правильные черты лица, отличная дикция, талия шестьдесят сантиметров и длинные волосы. Это, по-вашему, мышь?- А у вас, Савелий Андреевич, к ней как будто есть личный интерес? Резко поправляю:- Исключено. Есть такое понятие, как адвокатская этика. Но я проверю: если она играет грязно, то мы тоже, с удовольствием, в игру эту поиграем.Самостоятельная история, читается отдельно
— Слушай, этот инвестор с севера, кажется, всерьез нацелен скупить половину нашего пляжа! — говорю мужу, едва сдерживая возмущение. — Ну откуда он такой мотивированный взялся? Ему что, медом тут намазано? Меня буквально трясет от злости!— Может, тоже рассмотришь предложение? Деньги-то действительно приличные.Я замираю, как будто кто-то выдернул землю из-под ног.Во-первых, это наследство моих сыновей.Во-вторых, отель построил их отец. Это то, что нам осталось от Адама.Я просто… не могу. Не готова.Все еще больно. Жгуче больно. Как будто в душе открытая рана, и мы сейчас солью на нее сыпем.— Я… подумаю, — наконец выдыхаю. — Но мне нужно увидеть этого человека. Поговорить с ним.— Давай я поеду с тобой? — предлагает он мягко, но уверенно. — Защищу тебя от этого северянина. На меня можешь положиться.
Мой бывший никак не оставит меня в покое.Он одержим местью и желанием уничтожить все, что меня радует.Для этой цели он нанял самого хитрого и изворотливого адвоката Москвы.Мне страшно. Особенно после того, как я поняла, что знаю его защитника.Лучше, чем можно себе представить...
Я влюбился в нее. Провалился в водоворот чувств, желаний и ослепляющей похоти.Но у нее был парень, а у меня не хватило возможностей встать между ними.Сейчас все изменилось. Я сам изменился. И я хочу ее себе любым способом.Отобью. Куплю. Заставлю.Договорюсь с дьяволом, богом, собственной совестью.Ради любви? Любви не осталось. Только принципы, азарт и все та же безумная похоть.
— Вы предлагаете мне услугу, а взамен я должен?… — приподнимаю брови.— Ты не ослышался, Владимир. Жениться на моей дочери.— А если она не захочет?— Ее никто не спрашивает, что она там хочет, — фыркает будущий тесть. — Сделает, как велено.— Если будет сопротивляться?Артём Фёдорович придвигается ближе и спрашивает вкрадчиво:— А что, по-твоему, нужно делать с сопротивлением?Выдерживаю взгляд собеседника и, прищурившись, чеканю:— Жестко подавлять.Мой отец меня продал. В двадцать первом веке, в правовом государстве. И никто ему за это ничего не сделал. И не сделает.
— Адель, милая, у нас тут проблема: другу надо настроение поднять. Невеста укатила без обратного билета, — Михаил отрывается от телефона и обращается к приятелям: — Брюнетку или блондинку?— Брюнетку! - требует Степан. — Или блондинку. А двоих можно?— Ади, у нас глаза разбежались. Что-то бы особенное для лучшего друга. О! А такие бывают?Михаил возвращается к гостям:— У них есть студентка юрфака, отличница. Чиста как слеза, в глазах ум, попа орех. Занималась балетом. Либо она, либо две блондинки. В паре девственница не работает. Стесняется, — ржет громко.— Петь, ты лучше всего Артёма знаешь. Целку или двух?— Студентку, — Петр делает движение рукой, дескать, гори всё огнем.— Мы выбрали девицу, Ади. Там перевяжи ее бантом или в коробку посади, — хохот. — Да-да, подарочек же.
Арина Теплова , Михаил Еремович Погосов , Ольга Вечная , Елена Михайловна Бурунова , Агата Рат
— Все мои проблемы решились с тех пор, как я стал спонсором, — произносит Борис.— Кем? — Я хмурюсь.— Спонсором. Девчонки это так называют. Я оплачиваю ее расходы, она за это заботится обо мне. Никакого равноправия, чувств и прочей современной ерунды. Патриархат, удобство и комфорт. В койке, как в турецком отеле, — все включено.— И много у нее таких, как ты?— Полная эксклюзивность. Я периодически проверяю, кстати. Чуть не по нраву — вышвырну. Подумай, Раф, реально. Это круто. А потом, как созреешь, можно и жену поискать. Хотя с твоим характером это сложно. Содержанка — то, что тебе сейчас нужно. Могу познакомить, у моей есть подружки.— Дорого? — Я слегка улыбаюсь.— С твоими доходами — ерунда. Хотя бы попробуй. Гарантирую, это кайф, на который легко подсесть.В тексте есть: очень откровенно, богатый мужчина и бедная девушкаОграничение: 18+
— Что ты здесь делаешь? — выпаливаю, сжимая ручки коляски. Пульс в момент достигает максимума.— Привет, Ива, — холодно улыбается Алекс.Окидывает медленным взглядом. В руках сжимает букет красных роз.Мы не виделись почти два года, он не мог забыть, как сильно я ненавижу эти цветы.Сынок мирно спит. Алекс к нему не кидается, но это к лучшему. Не позволю.— А как ты думаешь, что я здесь делаю? Приехал познакомиться с сыном.Я была содержанкой Алекса, а когда забеременела, он ребенка не захотел. Платил алименты, только чтобы избежать скандала. У него была своя жизнь. Насыщенная и яркая. За тысячи километров от нас.И вот он здесь.Зачем?Знать не хочу, что изменилось! Вот только он не оставляет выбора.