Военная проза

Сердца в броне
Сердца в броне

В день, когда гитлеровские полчища напали на наши священные рубежи, мне, тогда еще военному инженеру второго ранга, исполнилось 39 лет.После окончания в 1935 году инженерного факультета Академии бронетанковых и механизированных войск меня направили в Центральный аппарат Наркомата обороны. Мне же хотелось в войска. Но лишь через два года удалось осуществить свое желание. Так что перед войной я уже четыре года командовал окружной автобронетанковой ремонтной базой в Закавказском военном округе. Вскоре я попал на фронт, получив назначение помощником начальника автобронетанкового управления фронта. Вместе с войсками мне довелось ступить на Керченский полуостров, откуда нашим десантом в конце декабря 1941 года была отброшена от Керчи на Парпачский перешеек 46–я пехотная дивизия и другие части фашистов. Легендой звучат рассказы о подвигах танковых экипажей, когда они в одиночку и группами (часто на тяжелых танках КВ) совершали рейды по территории, уже занятой противником, сея смерть и панику.Случалось, что наши танки подрывались на минах или фугасах у переднего края противника, а иногда — и на занятой им территории. Но и тогда танкисты не бросали машины, а дрались до тех пор, пока не восстанавливали ее сами или не приходили на помощь товарищи.Верными друзьями танковых экипажей были ремонтники. Эти незаметные труженики войны не жалели сил, а часто и жизни, восстанавливая танки под огнем противника.Немало повидал я, пройдя по дорогам Отечественной войны от Керчи до Берлина. Как и многим другим, мне довелось пережить и горечь поражений и радость побед. И я наблюдал, как в любой обстановке, как бы она ни была тяжелой, советские воины — солдаты, сержанты, офицеры и генералы проявляли мужество, стойкость, героизм, и беспредельную преданность своей любимой Родине.Все события, описанные здесь, не вымышленны, а подлинны, так же, как подлинны имена их участников.Славным боевым товарищам по оружию посвящаю эту книгу.

Федор Иванович Галкин

Биографии и Мемуары / Военная документалистика и аналитика / Проза / Военная проза / Военная документалистика
Грозовой перевал
Грозовой перевал

Новое произведение уже известного читателю автора, который имеет отличительный талант – создавать сюжет, непредсказуемо тасуя известные и неизвестные читателю события, создавая необычное повествование, которое не просто захватывает, но открывает такие страницы истории страны, что не были известны даже жившим во времена СССР, а не то, что современным гражданам государства. Погружение в другой мир поистине реально, потому что не придумано, книга имеет в основе настоящие исторические и истинные факты и написана на основе действительного, подлинного знания предмета, которое можно приобрести не изучением литературы, а находясь внутри описываемой реальности.Действие событий затрагивает не только Афганистан, как родину главного героя, но и массу государств, так или иначе связанных с этой многострадальной страной – Россию, Пакистан, Саудовскую Аравию, Италию, Францию, Кипр.Мусса – человек-легенда, он похож на образ из народных сказаний, созданных как олицетворение борца за справедливость и счастье, но это вовсе не символ, это – живой, чувствующий и мыслящий человек. Все перипетии его сложной и трагической судьбы очень жизненны и реальны для читателя. Его жизнь и борьба не только смертельно опасное приключение длиною в жизнь, но настоящий пример сосредоточенности на цели, трезвого аналитического ума, сострадательности, стремления жертвовать собой для друзей и простых людей, требующих защиты и внимания – это поистине народный герой. Мальчик, наследный афганский принц, потеряв родных и не имеющий возможности заявить о своих правах, под чужим именем и независимо от своих желаний становится курсантом специального советского подразделения в Афганистане, готовящим особые стратегические военные кадры для будущей республики. Советский офицер, похожий на знаменитого товарища Сухова, становится его другом и наставником, его отеческую заботу Хаким – Мусса пронесет через много лет. Став высококлассным специалистом, он шаг за шагом выстраивает свою жизнь, мстя и воюя, но, не переступая внутренних нравственных законов. Не случайно и закономерно он совершает свой Хадж – священный обряд всей жизни.Тогда, в период застоя, об Афганистане мало что знали, не знают и сейчас. Здесь – вся подоплека и тонкости борьбы за власть внутри загадочной мусульманской страны. Страшная война, унесшая огромное количество жизней, торговля оружием и опийные поля, борьба за власть, Саудовская нефть, страдания, трогательная, но безысходная любовь и смерть, поджидающая везде. Эта книга не просто некий политический детектив, это пазлы энциклопедии той жизни, которая известна очень небольшому количеству осведомленных людей. Огромное количество персонажей и действующих лиц – от руководителей государства до самых простых людей – предстают перед читателем, но все они занимают свое неотъемлемое место в повествовании, и каждый – это отдельная выстраданная судьба, выписанная точно и подлинно, с теми деталями, которые может знать настоящий очевидец.

Игорь Афонский

Детективы / Проза / Проза о войне / Боевики / Военная проза
Штрафная мразь (СИ)
Штрафная мразь (СИ)

  В основу книги положена история жизни реального человека. Бывшего заключённого, бойца штрафной роты, а потом подпоручика РОА и одного из руководителей Кенгирского восстания заключённых ГУЛАГа, Энгельса Ивановича Слученкова.        Есть удивительные судьбы. Они похожи нa приключенческие ромaны, сопровождaющиеся фaнтaстическими эскaпaдaми и невероятными поворотaми. Судьбa Энгельса Слученкова былa из этого рядa. Вокруг его имени нагромождены завалы из лжи. Его судьба с одной стороны выглядит, как подвиг, с другой, как предательство. Но он и сaм сознaтельно или неосознанно был виновником этих путaных метаморфоз. Но чтобы понять Слученкова, как человека, чтобы не оправдать, а лишь понять, каким образом стало возможно, что он советский гражданин и советский солдат пошёл воевать против Сталина. Для того, чтобы понять причины того, что многие тысячи советских граждан во время Второй мировой войны решились одеть вражескую форму и взять в руки оружие, против своих же братьев и друзей, мы должны прожить их жизнь. Оказаться на их месте и в их шкуре. Мы должны перенестись в те  времена, когда человек вынужден был думать одно, говорить другое и, в конце концов, делать третье. И при этом сохранить в себе способность к готовности однажды воспротивиться таким правилам поведения, восстать и пожертвовать при этом не только своей жизнью, но и добрым именем.

Сергей Эдуардович Герман

Проза / Военная проза
Оскал «Тигра». Немецкие танки на Курской дуге
Оскал «Тигра». Немецкие танки на Курской дуге

Июль 1943 года, Курская дуга. Переломный момент Великой Отечественной войны. Собрав огромные силы — до миллиона бойцов, около трех тысяч танков, самоходок и штурмовых орудий, — гитлеровцы пытаются прорвать фронт и вновь захватить стратегическую инициативу. На острие главного удара идут грозные Pz.VI Tiger элитной дивизии «Grossdeutschland» («Великая Германия»). Немецкие танковые асы уверены в своем превосходстве над «иванами». Они не сомневаются в «военном гении фюрера» и скорой победе Рейха. Их неуязвимые «Тигры» со 100-миллиметровой броней, мощнейшим орудием и непревзойденной цейсовской оптикой должны сокрушить любую оборону… Но здесь, на Курской дуге, нашла коса па камень! Здесь Красная Армия сломает хребет Вермахту. Здесь русские «зверобои» укротят гитлеровский «зверинец» и выбьют стальные клыки Панцерваффе!Новый роман от авторов бестселлеров «Убей или умри», «Пощады не будет» и «Последний защитник Брестской крепости»! Величайшая танковая битва Второй Мировой глазами командира «Тигра»! В ад с «Великой Германией»!

Юрий Викторович Стукалин , Михаил Юрьевич Парфенов

Проза / Проза о войне / Военная проза
Горный поход
Горный поход

Писателя Бориса Горбатова читатель знает по замечательным произведениям «Непокоренные», «Алексей Куликов — боец», «Рассказы о солдатской душе» и другим. «Армейская закалка, знание армии помогали Горбатову писать свои военные очерки, статьи и рассказы с большим знанием дела, с глубоким пониманием души советского бойца», — писал К. Симонов в предисловии к книге Б. Горбатова «Алексей Гайдаш».Предлагаемый читателю очерк «Горный поход» написан в 1932 году. Являясь редактором полковой многотиражки, Б. Горбатов вместе со своим горным полком бывшей Кавказской Краснознаменной армии совершил трудный горный поход по маршруту Кобулети — Боржоми. Писатель увлекательно, с большой любовью рассказывает о героическом воинском труде, о нерушимой братской дружбе воинов разных национальностей — русских, армян, грузин, украинцев…«Люди, из которых надо гвозди делать, — пишет в заключительных строках Б. Горбатов, — сыны и наследники таманцев, железным потоком разлились, разбушевались на тихих улицах Боржома. И ведет этот поток Ковалев Михаил Прокопич — друг и сподвижник Ковтюха».«Горный поток» написан просто, увлекательно и представляет значительный интерес не только для советских воинов, но и для всех читателей.

Борис Леонтьевич Горбатов

Проза / Проза о войне / Советская классическая проза / Военная проза
Я взял Берлин и освободил Европу
Я взял Берлин и освободил Европу

Победная весна 1945 года. Красная Армия рвется к Берлину – «добить фашистскую гадину в ее логове». Война подходит к концу, и у солдат впервые забрезжила надежда выжить. Но впереди еще последние бои – самые трудные и кровавые, которые разделят их на живых и мертвых…«Бои в Берлине шли страшные. Под ногами валялись оторванные головы, было месиво. И чем ближе к центру, – тем опаснее для жизни. А жить хотелось! Вот еще один квартал, дом, атака – и все! Пахнет Победой! Но сделаешь неправильный шаг, и – «привет, Шишкин». Сколько ребят потеряли!.. Знамя было у каждого, но не каждому суждено было его водрузить…»«В Берлине я командовал штурмовой группой. Пять танков, взвод автоматчиков и взвод саперов. Шли медленно вперед, прижимаясь к стенам домов, чтобы хоть один борт уберечь от «фаустников». Кто на середину улицы выезжал, того сразу поджигали. Дошли до большого перекрестка, а из-за углового дома – сплошной огонь. Убийственный. Пехота залегла, а танки под «фаусты» и зенитки я не имел права бездумно пускать. Взял автомат, вылез из танка и пошел на разведку, а потом, вместе с пехотой, полез немцев из здания выкуривать. Первый этаж отбили, а на втором этаже мне пулей прошило ногу насквозь. Кость не задело. Оттащили меня назад, занесли в какой-то дом, там перевязали. Кто-то из наших сказал, что это дом, в котором до войны жил фельдмаршал Паулюс. Два дня в санбате отдохнул «на больничном», а потом похромал обратно в роту, без всяких там сентенций, мол, не дай Бог погибнуть в логове врага, за мгновение до Победы. И не было у меня никакой жалости к себе или страха смерти…»

Артем Владимирович Драбкин

Биографии и Мемуары / Проза / Военная проза / Документальное
Случай с Полыниным
Случай с Полыниным

«… С этим третьим гансом вышло так, что Полынин, потеряв своих, неудачно напоролся на него один на один, уже израсходовав до этого весь боезапас. Ганс, судя по первым же его маневрам, был крепкий орешек. Стрелять по нему нечем, а начнешь выходить из боя – зайдет в хвост и свалит!Но откуда ему знать, что у тебя кончился боезапас? Полынин решил не выходить из боя и маневрировать, пока ганс сам не выдержит и не пойдет первым к себе домой.Но у этого ганса, видимо, были крепкие нервы, он все не выходил и не выходил из боя и действовал так нахально, что у Полынина даже на секунду мелькнула мысль: не догадался ли ганс, что тебе нечем его сбить?В конце концов на одном из разворотов ганс все же оплошал, и Полынин зашел ему прямо в хвост почти вплотную. Одна очередь – и все! Если б было чем… Тут-то Полынин и пошел на таран…»

Константин Михайлович Симонов

Проза / Проза о войне / Военная проза