Ужасы

Некрономикон
Некрономикон

«В начале был ужас» — так, наверное, начиналось бы Священное Писание по Ховарду Филлипсу Лавкрафту (1890–1937). «Страх — самое древнее и сильное из человеческих чувств, а самый древний и самый сильный страх — страх неведомого», — констатировал в эссе «Сверхъестественный ужас в литературе» один из самых странных писателей XX в., всеми своими произведениями подтверждая эту тезу.В состав сборника вошли признанные шедевры зловещих фантасмагорий Лавкрафта, в которых столь отчетливо и систематично прослеживаются некоторые доктринальные положения Золотой Зари, что у многих авторитетных комментаторов невольно возникала мысль о некой магической трансконтинентальной инспирации американского писателя тайным орденским знанием. Думается, «Некрономикон» станет реальным прорывом в понимании сложного и противоречивого творческого наследия мэтра «черной фантастики» и первой серьезной попыткой передать на русском языке всю первозданную мощь этого ни на кого не похожего автора, сквозящую и в его тяжелом, кажущемся подчас таким неуклюжим синтаксисе, и в причудливо-архаичной лексике.Вообще, следует отметить крайнюю энигматичность полных «тревожащей странности» текстов Лавкрафта, инкорпорирующего в свой авторский миф весьма темные аспекты эзотерического знания, демонологических ритуалов и оккультных практик, не следует забывать и о мистификационных коннотациях, отсылающих к редким и зачастую фантастическим источникам. Тем не менее некоторые литературные критики пытались причислить чуждое всякой этической дидактики творчество американского писателя к научной фантастике и готическому роману. «В настоящей истории о сверхъестественном есть нечто большее, чем таинственное убийство, полуистлевшие кости и саван с бряцающими цепями. В ней должна быть ощутима атмосфера беспредельного иррационального ужаса перед потусторонними силами, — отвечал мэтр, демонстрируя полный индифферентизм к позитивистской науке и судьбам человечества. — Литература ужаса — это отдельная, но важная ветвь человеческого самовыражения и потому будет востребована лишь очень небольшой аудиторией. И все же кто сказал, что черная фантастика столь уж беспросветна? Сияющая великолепием чаша Птолемеев была выточена из черного оникса».

Говард Лавкрафт , Аль Азиф , Говард Филлипс Лавкрафт

Фантастика / Ужасы / Ужасы и мистика / Религия / Эзотерика
Дар или проклятие
Дар или проклятие

Услышав от подруги, что она видела ее мужа с другой женщиной, Наташа почти не удивилась. Она давно уже мысленно поставила на их браке крест, ведь от мамы ей передался дар предчувствовать беду… Проблемы на работе заставили на время забыть о личных переживаниях: кто-то пытался проникнуть в ее компьютер. Но кому и зачем это могло понадобиться? У Наташи нет врагов, ее уважает начальник, она очень дружна с его маленьким сынишкой Сережей, которого тот частенько приводит на работу. Александрина, жена шефа, даже начала ревновать… А потом события стали развиваться совсем непредсказуемо! У Наташи пропал мобильник, и она, сопоставив факты и доверившись своему дару, поняла: телефон украли, чтобы с его помощью обманом выманить Сережу из школы. Надо срочно придумать, как предотвратить похищение мальчика!

Максим Лукьянов , Мира Виссон , Евгения Горская

Детективы / Приключения / Ужасы / Прочие Детективы
Багрянец
Багрянец

Журналистка Кэтрин приезжает на побережье Девоншира, известное своими пляжами и природными красотами. Но когда в Брикбере, городке поблизости, находят доисторические артефакты и огромное количество человеческих останков, жизнь Кэтрин меняется навсегда. Хелен потеряла своего брата 6 лет назад. Незадолго до своего исчезновения он записал странные звуки, которые раздавались из-под земли неподалеку от Брикберских пещер, и эта запись приводит Хелен к месту, где люди убивали друг друга еще в первобытную эпоху, а на стенах до сих пор остались изображения их безымянных богов. Здесь ходят слухи о появлении мифического красного народа, а любопытные исчезают уже на протяжении многих лет. Здесь не привечают гостей, а местные жители считают, что под землей до сих пор таится зловещая сила, сразиться с которой могут только самые отчаянные, ведь перед багровым приливом первобытной жестокости мало что может устоять.

Адам Нэвилл

Ужасы
На несколько демонов больше
На несколько демонов больше

Криминальный мир нежити славного своей преступностью города Цинциннати. Вампиры, чьей территорией считаются стильные клубы…Оборотни, подстерегающие своих жертв на тропинках ночных парков…Демоны, с наслаждением выпивающие души из зазевавшихся колдунов…Полиция не может, да и не пытается справиться с подобным «контингентом». Значит, здесь начинается работа для белой ведьмы Рэйчел Морган, «охотницы за наградами» и достойной наследницы Аниты Блейк и Гарри Дрездена!Но на этот раз Рэйчел придется встать на защиту своих исконных врагов.Вервольфов Цинциннати кто-то убивает одного за другим.Кто этот убийца?Чего добивается?Пока ясно одно: происходящее как-то связано с вожаком стаи волков-оборотней, Дэвидом, ставшим новым хранителем тайны экс-возлюбленного Рэйчел…Но в чем заключается эта тайна? Почему она так опасна?..

Ким Харрисон , Кевин Джеймс Андерсон , Андерсон Кевин

Фантастика / Ужасы / Ужасы и мистика
Злые чудеса
Злые чудеса

Сибиряки – народ особый. Закаленный. Напитанный энергией диких лесов и бурных рек. Говорят, встречаются среди них люди странные, наделенные невероятными способностями. Материалисты снисходительно улыбаются: «Это всего лишь мифы!» Но автор книги собрал и записал яркие свидетельства необъяснимых злых чудес, в которые поневоле начинаешь верить…Летом 1944 года, в перерыве между боев, два разведчика – сибиряк Гриньша Лезных и Коля Бунчук – одновременно запали на смазливую старшину медслужбы Аглаю. Красотка держала горячих парней на приличной дистанции и выбора не делала. Гриньша вскоре открыл, как говорится, второй фронт и начал захаживать к другой молодке. Аглая узнала об этом и устроила скандал. Гриньша решил, что это Коля Бунчук выдал его из ревности, и с кулаками накинулся на товарища. С трудом их тогда разняли.А утром Бунчуку стало вдруг плохо, его отнесли в госпиталь, где и обнаружили странную розоватую полосу шириной в три пальца, опоясывающую грудь несчастного. Врачи понять не могли, что с ним, и боец вскоре в муках скончался.К командиру разведроты примчался его приятель – особист Веня Трофимов, сибиряк, к слову. Заперся с ним наедине и поведал свою версию случившегося. Хорошо, что не при свидетелях. Честное слово, упекли бы обоих в сумасшедший дом…

Александр Александрович Бушков

Альтернативная история / Ужасы / Ужасы и мистика