Старинное

Тысяча и одна ночь. Том II
Тысяча и одна ночь. Том II

Книга сказок и историй 1001 ночи некогда поразила европейцев не меньше, чем разноцветье восточных тканей, мерцание стали беспощадных мусульманских клинков, таинственный блеск разноцветных арабских чаш.«1001 ночь» – сборник сказок на арабском языке, объединенных тем, что их рассказывала жестокому царю Шахрияру прекрасная Шахразада. Эти сказки не имеют известных авторов, они собирались в сборники различными компиляторами на протяжении веков, причем объединялись сказки самые различные – от нравоучительных, религиозных, волшебных, где героями выступают цари и везири, до бытовых, плутовских и даже сказок, где персонажи – животные.Книга выдержала множество изданий, переводов и публикаций на различных языках мира.В настоящем издании представлен восьмитомный перевод 1929–1938 годов непосредственно с арабского, сделанный Михаилом Салье под редакцией академика И. Ю. Крачковского по калькуттскому изданию.

Автор Неизвестен -- Древневосточная литература , Автор Неизвестен -- Мифы. Легенды. Эпос. Сказания

Древневосточная литература
Проделки Праздного Дракона: Двадцать пять повестей XVI-XVII веков
Проделки Праздного Дракона: Двадцать пять повестей XVI-XVII веков

Повести (хуабэнь) — героические, волшебные, любовные — создавались средневековыми сказителями, обрабатывались позднее литераторами. В них звучит то старинный популярный сюжет, то древний литературный источник, изложенные под влиянием и с примесью городского фольклора. Постоянные персонажи повестей — торговцы и разбойники, оборотни и духи, военачальники, певички и монахи; фантастика в них соседствует с реальностью, описанием низкого быта.Перевод с китайского Д.Воскресенского.Стихи в повестях «Золотой угорь», «Утаенный договор», «Трижды оживший Сунь», «Судья Сюй видит сон-загадку», «Человечья нога», «Украденная невеста», «Сожжение храма Драгоценного Лотоса», «Опрометчивая шутка», «Чжан Проныра попал впросак», «Красотка Мо просчиталась», «Путь к Заоблачным Вратам», «Заклятье даоса», «Возвращенная драгоценность», «Любовные игрища Вэньжэня» даны в переводах И. Смирнова.Стихи в повестях «Повесть о верной жене», «Проделки Праздного Дракона», «Три промаха поэта», «Месть лиса», «Злоключения хвастуна», «Неожиданное открытие», «Повесть о Белой Змейке», «Наказанный сластолюб», «Две монахини и блудодей», «Коварное сходство», «Поле алых цветов» даны в переводах Л. Черкасского.

Автор Неизвестен -- Древневосточная литература

Древневосточная литература
Лягушки
Лягушки

Комедия была поставлена автором под именем Филонида на Ленеях в 405 г. до н. э. и удостоена первой награды. «Лягушки» встретили столь восторженный прием, что вскоре были поставлены вторично – вероятно, на Великих Дионисиях в том же году.За шесть лет, прошедших после постановки «Лисистраты» и «Женщин на празднике Фесмофорий», в Афинах произошли крупные события.В мае 411 г. до н. э. олигархи захватили власть в стране и ограничили число полноправных граждан пятью тысячами человек. Но уже осенью того же года демократическая конституция была восстановлена, и главари заговора устранены. Ряд лиц, замешанных в олигархическом перевороте, был лишен гражданских прав.С большим трудом афинянам удалось восстановить флот, который одержал ряд побед над спартанцами у побережья Малой Азии и вернул Афинам ключевые позиции в районе проливов.К этому же периоду относятся успешные действия афинского флота при Аргинусских островах (406). Однако людские резервы Афин были настолько истощены, что пришлось призвать на военную службу рабов. Наградой за их участие в бою служил отпуск на волю.С точки зрения композиции в «Лягушках» отчетливо различаются три плана: путешествие Диониса в подземное царство и его приключения, в которые вклиниваются анапесты корифея; высказывания по политическим вопросам, содержащиеся в парабасе, и, наконец, литературный спор Эсхила с Еврипидом, облеченный в форму агона. Впрочем, спор их продолжается и после того, как агон формально заканчивается.

Аристофан

Античная литература / Древние книги
Японские сказания о войнах и мятежах
Японские сказания о войнах и мятежах

В книге представлены переводы пяти гунки-моногатари — сказаний о мятежах и битвах. «Записи о Масакадо», «Сказание о земле Муцу», «Записи о Трёхлетней войне в Осю», «Повесть о смуте годов Хогэн» и «Записи о смуте годов Дзёкю» описывают важнейшие события военной истории Японии — усмирение мятежа Масакадо (935–940), кампании Минамото против аборигенов-эмиси на северо-востоке страны (1051–1062 и 1083–1087), смуту годов Хогэн (1156), ослабившую позиции рода Минамото, попытку экс-императора Го-Тоба свергнуть камакурское военное правительство и вернуть власть императорам (1121). Вместе с «Повестью о смуте годов Хэйдзи» и «Повестью о доме Тайра» эти тексты составляют полный цикл повествований о битвах с участием воинских родов Тайра и Минамото, позднее продолженный «Повестью о Великом Мире», созданной в конце XIV в., и являются ценным источником по военной истории Японии.Переводы сделаны по старейшим из дошедших до нас вариантов военных повестей; «Записи о Трёхлетней войне в Осю» и старейший список «Повести о смуте годов Хогэн» на европейские языки ранее не переводились.Период японской истории, получивший название Хэйан (794-1185), что означает «Мир и спокойствие» — это не только время расцвета придворной поэзии и прозы. Пока аристократы в столице занимались высоким искусством придворной интриги, флиртовали с дамами и слагали стихи, в провинциях землевладельцы-военные расширяли свои земельные угодья, заключали союзы и сражались друг с другом, оттачивая воинское мастерство. Мятеж Масакадо, напугавший своим размахом столичную власть, кампании Минамото-но Ёриёси и Ёсииэ по усмирению северо-востока страны, мятежи XII века и попытка императоров вернуть себе власть в 1221 г. — эти вехи роста могущества воинского сословия нашли своё отражение в гунки-моногатари — «Сказаниях о войнах и мятежах».

Автор Неизвестен -- Древневосточная литература

Древневосточная литература
Стивен Эриксон. Падение Света (ЛП)
Стивен Эриксон. Падение Света (ЛП)

Трилогия Харкенаса - 2. Разгар зимы не остановил терзающую Куральд Галайн гражданскую войну, легион Урусандера готовится выступить на столицу. Силы его противников рассеяны после того, как вождь Аномандер отправился на поиски брата Андариста. Последний из братьев, Сильхас Руин, правит вместо Аномандера, пытаясь сплотить войска благородных фамилий и восстановить на юге Легион Хастов, но время его быстро истекает. Офицеры под предводительством Хунна Раала желают, чтобы консорт Драконус был изгнан и заблудившийся в мечтах о справедливости Вета Урусандер занял место на престоле рядом с живой богиней. Но такой союз окажется не простой политикой, ибо враги Матери Тьмы заявили претензию на собственную магическую силу - изгнанная из Харкенаса жрица Синтара создает в ответ детям Тьмы культ Света. На западе собралась другая армия, ища сражения против бесформенного врага в месте, которого никому не дано найти.

Стивен Эриксон , Карбарн Киницик

Прочая старинная литература / Древние книги
Тимей
Тимей

Платоновский «Тимей» является единственным систематическим очерком космологии Платона, которая до сих пор выступала у него только в разбросанном и случайном виде. Это создало славу «Тимею» по крайней мере на полторы тысячи лет. Здесь окончательно конструируется само понятие порождающей модели. В «Тимее» берется первообраз (парадигма) всего сущего и его порождающая, или созидательная, сила (демиург), так что «порождающая модель» – наиболее точное выражение для совместного действия этих первоначал. Порождающая модель создает мир идей, или высших богов, а эти высшие боги создают космос с его видимыми богами (небесными светилами) и все отдельные его части. Четко формулируется также понятие чистой материи как вечно несущего, которое воспринимает вечные идеи и тем самым превращает их в реальные тела и души, уже подверженные процессам становления, ущерба и возрастания, т.е. реального возникновения и уничтожения. Совокупное действие космических идей и материи создает все реально существующее, в том числе, конечно, и человека. Платон очень подробно говорит о космической сущности не только человека вообще, его души и тела, но даже и каждого отдельного его телесного органа. В результате мы впервые получаем здесь систематическое построение космоса как живого целого, никогда не погибающего и вечно вращающегося в себе, но с возможностью всяческого ущерба, а также смерти отдельных элементов и частей, входящих в общее космическое целое.

Платон , Аристокл

История / Философия / Античная литература / Образование и наука / Древние книги