Современная проза

Идиллия

Эта книга, замышлялась как чей-то тайный дневник, который вы всегда хотели прочитать. Как старая коробка, в которой кто-то интересующий вас, хранил сокровенные фотографии, вырезки из газет и гербарий. Сборник "Идиллия" собрал в себе лучшие стихотворения автора от самого начала его творчества до 2023 года.

Юрий Юрьевич Юршин

Обезьяна

Старый скульптор держит у себя дома обезьяну. Она доставляет ему и окружающим массу проблем, но это самое близкое ему живое существо…

Туве Марика Янссон

Река

Юрий Васильевич Бондарев

Меня кормят руки

Рассказ вора-карманника, промышляющего в метро. Что думает тот, кто наживается на неосмотрительных и спешащих на работу? Почему он это делает?

Даниил Александрович Бешанов

2008

Путин давно чувствовал себя даосом. Еще в двухтысячном году один знакомый рассказал ему о даосизме. И о том, что он, Путин, стихийный даос. «Так море стоит ниже всех и не предпринимает никаких действий, однако все реки и ручьи отдают ему свою воду», — сказал знакомый. Понравилось Путину, что гэбушное его искусство встраиваться, мимикрировать и выкручиваться было истолковано так возвышенно этим самым дураком знакомым. Захотелось Путину узнать поподробнее, каков он таков есть даос на самом деле. Роман «памяти Путина», в котором чеченцы захватывают АЭС, американцы вводят в Москву войска, а власть берут нацболы во главе с Лимоновым. Все эти ахи-страхи исходят от обиженного и разочарованного «политического киллера» Сергея Доренко, прославившегося блистательным телерозыгрышем заказа на устранение Лужкова, а теперь, в свою очередь, выдавленного из мира социально живых. А что делать: профессия такая. Сделал дело — гуляй на все четыре стороны. Доренко гулять не согласен. И вот написал роман.

Сергей Доренко

Четыре текста

Франсис Понж

Красное на остром, или Опоздание Бога Войны

Только что миновала Великая и бесконечная война, затянувшаяся на многие поколения.Двое уцелевших на войне солдат – теперь водители, везущие на тягаче старое военное железо. Они совершают «поворот не туда» и неожиданно оказываются в окружении сонма опасных существ. Друзьям придется шаг за шагом пройти через свои ожившие страхи, которые казались им уже навсегда забытыми.Ведь нет ничего страшнее и постыднее, чем гибнуть в мирное время, пережив такую войну. Когда настолько хочется выжить, людям становится под силу бросить вызов самой Старухе-с-косой, и даже встретиться лицом к лицу с железным Богом Войны, подоспевшим сюда слишком поздно.

Тимофей Николайцев

Говори

Действие романа происходит в недалеком будущем в полувоенном государстве, где разрешена смертная казнь. Главный герой Евгений – одаренный молодой человек, зачарованный темой смерти. И она практически становится его профессией: он работает охранником в месте, где казнят людей. Евгений многое знает о смерти и, пожалуй, меньше – о жизни. Ему предстоит столкнуться с историей преступления и наказания, которая перевернет не только его жизнь, но и судьбы его близких: младшего брата, оппозиционерки Татьяны, конформиста.Говорить – это все, что остается перед тем, как перестать существовать. Смерть – это когда ты проснулся, а тебя уже нет. Во время разговора они переходят в некое пространство, где находятся до последней фразы, а иногда и после окончания беседы. Как когда читаешь интересную книгу и забываешь, что ты делал, пока не сел ее читать. Как когда пишешь картину так долго и глубоко, что забываешь, что хотел на ней изобразить.«Говори» – это история о том, как неуклонно среда и окружение влияет на человека. Размышление о том, как страх смерти и совесть могут уничтожить жизнь.После взвешивания вдруг доходит – это уже сейчас. Почти сейчас. И это так ужасно несправедливо, что Стас начинает плакать. Он ведь живой, с живыми нельзя так. Убирать. Умерщвлять. А до того он никогда не думал о смерти. Все, что приходило ему в голову, – жизнь, как простой путь от А до Б, где А – начало пути, а Б – финальная ленточка. А дальше там что – совершенно не важно, пока ты молод и проходишь эту самую дорогу. Некоторые люди живут как в порядке эксперимента. Такое можно было бы сказать и о Стасе. Стас совершенно не думает об Анне, о том, как отнял у нее жизнь – так получилось. Но нельзя же насильно отнимать теперь жизнь у него. Он молод, он здоров, ему совсем не пора. Это так нечестно и несправедливо, что плач его становится простым и наивным, почти детским.

Татьяна Сергеевна Богатырёва

Радуга

Анатолий Степанович Иванов

Роль писателя Пьецуха в жизни продавщицы колбасы Вали Веретенниковой

Галина Николаевна Щербакова

Всё, что ты знаешь обо мне

Когда мы бросаем слова на ветер, задумываемся ли о том, что Вселенная может их услышать? Я так часто в последнее время говорила себе, что хочу умереть, что это стало нормой моей жизни. И вот свершилось: мне поставили страшный диагноз. Но почему я не чувствую радости или облегчения? Быть может, это совсем не то, что я хотела на самом деле. Но как обернуть время вспять? Я не знаю. Остается только изменить себя изнутри. И тогда, возможно, Вселенная поймет и покажет мне, что нужно делать. Для того, чтобы спастись.

Каролина Шторм

Повести и рассказы. Книга 4

Каждый день – это новое открытие. Если писатель умеет подмечать интересные события или, наоборот, смотреть на обыденные вещи с особой точки зрения, представлять действительность под интересным углом, он и других может увлечь. Читая сборник, вы окунётесь в детские воспоминания и увидите деревенскую жизнь так, как её воспринимает ребёнок. Прочтёте письма от умершего отца, которые он написал для своей дочери, зная наперёд, какие трудности подстерегают любого взрослеющего человека. И даже узнаете, каким мог бы стать город и чего могут достигнуть люди, если провести смелый эксперимент и отменить денежную систему.

Геннадий Е. Раков

Пазл. Рассказы

Мы собираем жизнь из слов, поступков, отношений как из затейливых фигурок, пазликов, деталек. Порой они не складываются. Будто набраны из комплектов несовместимых пазлов. Когда очередной фрагмент не вписывается лишь чуть, мы можем с силой надавить на него. Но чаще, от безысходности, довольствуемся тем, что получилось. Каждый из героев этой книги упорно пытается собрать свою картинку. Но мало у кого из этого что-выходит. Словно Господь позаботился о том, чтобы гармонию мы находили только в мучительных поисках.

Алексей Колотов

День смерти

Этим утром Мехико был пропитан мыслями о смерти. Повсюду были женщины в черных траурных платьях, и дым от церковных свечей и жаровен забивал ноздри бегущего мальчика запахом сладкой смерти. В этот день все мысли были о смерти — это был El Dia de Muerte, День Смерти. Все места гигантской чаши стадиона, где состоится коррида, были заполнены народом. Матадоры, пикадоры, banderilleros — все вышли или выехали на ровный песок арены. Раймундо стремглав мчался по Авенида Мадеро, лавируя между быстрыми, большими и черными, как быки, автомобилями. Одна гигантская машина взревела и начала сигналить. Раймундито бежал быстро и легко. Что-то изменилось… Раймундо стоял не шевелясь, будто примерз к асфальту, а машина надвигалась на него…

Рэй Дуглас Брэдбери , Рэй Брэдбери

Обгоняющий (СИ)

Да, припоминаю его звонок... И давно это было, наверное, с полгода назад: "Галина?" "Да" - ответила на незнакомый голос. "Та самая, из Карачева?" "Да" - слегка удивилась. "Рад тебя слышать." "Простите... а Вы кто?" И с того конца провода... эфира услышала почти радостное: "А это я, Валя Дальский. Учились мы с тобой в одном классе. Припоминаешь?" И дальше выяснилось, что он наткнулся на мой сайт, из которого и узнал номер телефона, и что он кое-что из моих "опусов" (его определение) уже прочитал, поняв, что пишу в основном о своём прошлом, к которому у него "вообще весьма сомнительное отношение", ибо считал, что минувшее лишь мешает жить настоящим. Конечно, тогда спорить с ним не стала, да и по интонации почувствовала, что это - напрасное занятие. А еще сказал, что хотел бы встретиться со мной, когда дела приведут его и в наш город, в котором у него есть друг и, если я не против... "Нет, я не против." "Ну, тогда..." На этом разговор и закончился. И звонков больше не было. Он был отличником. Он, Валя Дальский. А я - троечницей с вечно невыученными уроками. Он сидел за партой прямо, почти на равных говорил с учителями. Я же ютилась на задней, прячась за спины впереди сидящих, - может, не заметят, не вызовут? На переменах, разминаясь, не спеша прогуливался он по коридору, иногда рывком расправляя плечи и слегка из стороны в сторону покачивая головой, я же - за партой второпях перелистывала учебник к следующему уроку, - может, еще не поздно что-то подучить?..

Анна Сергеевна Пирус

Две новеллы

Опубликованы в журнале "Иностранная литература" № 5, 1973Из рубрики "Авторы этого номера"...Публикуемые новеллы взяты из сборника избранных рассказов и новелл «Три окна» («Las tres ventanas», 1970).

Эктор Мухика , Леон Иохвед

Ханидо и Халерха

В книгу вошли первая и вторая части трилогии "Ханидо и Халерха" — первого крупного прозаического произведения юкагирской литературы.Действие романа начинается в конце прошлого века и доходит до 1915 года.Через судьбы юноши Ханидо и девушки Халерхи писатель изображает историческую судьбу своего народа.Предощущение революционных перемен в жизни народов Крайнего Севера — таков пафос романа.

Семён Николаевич Курилов , Семен Николаевич Курилов

Луи Армстронг – огромнейший хроноп

«Сиеста вдвоем» – коллекция избранных произведений классика мировой литературы аргентинского писателя Хулио Кортасара (1914 – 1984). В настоящем издании представлены наиболее характерные для автора рассказы, написанные в разные годы.За исключением рассказов «Здоровье больных» и «Конец игры» все произведения печатаются в новых переводах, специально подготовленных для настоящего издания.Все переводы, составившие книгу, выполнены Эллой Владимировной Брагинской.

Хулио Кортасар

Современия

Мысли современного уставшего человека в 2022 году среди обилия информации и труда.

Михаил Шуклин

Будь готов!(Си)

Борис Львович Орлов

Расчетные будни

Добро пожаловать в бухгалтерию компании «Окна – двери» и в настоящую жизнь. В небольшой комнатке бок о бок друг с другом уживаются несколько женщин. Каждую привела сюда своя дорога. Из разных регионов страны, с различным прошлым и непохожими проблемами в настоящем все они оказались в одной лодке, которая смело плывёт в неведомое пока будущее. Читателя ждёт смесь амбиций, чувств и желаний, грёз о большой любви и счастье, сомнения и опасения, надежды и разочарования. Всё как у всех, но любая судьба особенная. Готовы с головой погрузиться в эту историю, где для каждой героини уготована своя роль?

Вера Пчелинцева

Ты не один

Что испытывает двенадцатилетний ребенок, когда умирает единственный близкий человек? Шок, горе, растерянность… Но все перевешивает страх перед детским домом, где он обязательно окажется, если не найдется выход…

Татьяна Осипцова

Миллион в карму (СИ)

- Так, интеллект, - сказал Артем. - А что если исходная конфигурация поля будет как вон та лодка на экране? Чтобы вон те завитки на носу и на корме давали завихрения, должно получиться похоже на аккреционный диск, когда черная дыра очень массивная, а орбита высокоэллиптическая, в таком случае диска как такового нет, получается как бы такая гнутая сопля, примерно как там. Дверь шевельнулась, Артем заткнулся. Протянул руку, схватил мышь, ткнул курсором в угол окна. Порнуха закрылась вместе с лодкой, на которой происходило действие. Дверь открылась, порнуха закрылась.

Вадим Геннадьевич Проскурин

Незрелые ягоды крыжовника

Людмила Стефановна Петрушевская

По одной строке - 2 (СИ)

Даниил Олегович Беломестных

Ящик для Копа

В своих рассказах Бёль выносит обвинительный приговор кровавому фашистскому времени и вместе с тем развенчивает годы, предшествовавшие захвату Гитлером власти: эгоизм, распад нравственности, безработицу, полицейские бесчинства, которыми в Германии были ознаменованы конец 20-х – начало 30-х годов.

Генрих Бёлль

Когда нечаянно нагрянет. Рассказы о разновозрастной любви

О любви, вроде бы все известно, и… ничего не известно. Потому как это чувство не поддается ни логике и холодному разуму, ни интуиции и слепому преклонению. Лирические чувства между мужчиной и женщиной всегда индивидуальны и зависимы от возраста. Совсем разные влечения (у мальчиков-девочек, юношей-девушек, мужчин и женщин) возникают в целомудренном отрочестве, романтической юности, на взрослых этапах жизни. О разных историях любви от 14 до 70+ автор – член Союза писателей СССР Владимир Попов (литературное имя Владимир Попов-Равич) написал эту книгу для любознательных читателей разных поколений.

Владимир Сергеевич Попов-Равич

Забытый солдат империи

Действие небольшой повести происходит на Северном Кавказе, но параллельно в двух временных промежутках – сорок лет назад и двадцать пять, когда в этих краях было неспокойно. Автор определил книгу, как утреннюю повесть.

Евгений Викторович Касьяненко , Евгений Касьяненко

Стулик

На поверхности – история любви современного столичного мужчины и школьницы, на фоне московской атрибутики последних лет.Глубже – предельно искреннее повествование о поисках и обретении себя в разгар кризиса среднего возраста.

Роман Парисов

Конга, конга

Мануэль Ривас (р. 1957) – один из самых известных и самых премированных писателей современной Р

Мануэль Ривас

Терем-теремок

Фазиль Абдулович Искандер , Фазиль Искандер

Щитовки

Эрвин Штриттматтер , Эрвин Штритматтер