Современная проза

Короли садов Мамоны

Господа читатели! Перед Вами произведение, равному которому в этом жанре не появлялось в русской литературе со времён гениального романа «Двенадцать стульев». И вот оно! Случилось! Долгожданная реинкарнация произошла! Вернулся из небытия незабвенный Остап Ибрагим Берта Мария Бендер! И пусть этот образ сейчас воплотился в личности женщины, но от этого он только выиграл. Ибо к великолепным качествам гения Бендера прибавились черты, свойственные незауряднейшим представительницам прекрасного пола. Ничуть не умаляя достоинств окружения великолепнейшего Остапа, креатура гениальной «внучки» подстать «свите» знаменитого плута и пройдохи! Великий аферист отдыхает!.. Кто такой Остап Бендер?! Он чтил уголовный кодекс. Героиня же и ее сотоварки идут по жизни, оставляя за собой шлейф из разбитых судеб и трупы, – трупы загубленных ими людей! А полем их деятельности является всего лишь скромная районная поликлиника! Учитесь жить, господа!

Анатолий Мусатов

Мы вдвоем

Пристально вглядываясь в себя, в прошлое и настоящее своей семьи, Йонатан Лехави пытается понять причину выпавших на его долю тяжелых испытаний. Подающий надежды в ешиве, он, боясь груза ответственности, бросает обучение и стремится к тихой семейной жизни, хочет стать незаметным. Однако события развиваются помимо его воли, и раз за разом Йонатан оказывается перед новым выбором, пока жизнь, по сути, не возвращает его туда, откуда он когда-то ушел. "Необходимо быть в движении и всегда спрашивать себя, чего ищет душа, чего хочет время, чего хочет Всевышний", - сказал в одном из интервью Эльханан Нир. Похоже, герои его книги следуют этим словам, находясь в постоянном, но отнюдь не бесплодном поиске.

Эльханан Нир

Наследник престола

Вячеслав Голяшевич

Все будет хорошо

Ровно в девять утра, ни одной минутой позже, из стены бетонной проходной выдвигалась ажурная решетка ворот. Стальные прутики, окрашенные алюминиевым серебром, прихотливо переплетались в символы: атомы с электронами на орбитах, реторты и концентрические круги, изображающие одновременно и нашу солнечную систему, и нечто похожее на радар или радиотелескоп. Вахтер Кирилюк, пожилой смуглый горбоносый украинец, был педантичен и неумолим. Опоздавшие автомобилисты оставляли свои машины на улице и пешие должны были идти через главный вход. Кто-то пустил слух, что Кирилюк до пенсии тоже запирал ворота, но в другом месте, где правила соблюдались куда строже. По этому поводу много острили. Эркин Махмудов всегда въезжал во двор института последним, без одной минуты девять, и всегда приветливо и чуть-чуть ехидно приветствовал вахтера. Он и сегодня козырнул ему, когда тот уже встал с табурета, чтобы дотянуться до кнопки, включающей электромотор. До самого последнего времени Эркина все называли Эриком, он постепенно отучал от этого. Сначала друзей, потом девушек, потом всех остальных.

Камил Акмалевич Икрамов

Никто. Просто фанатка (СИ)

Обычные люди не поймут – что такое таить в толпе улыбку и держать за зубами язык, когда слышишь заветное имя. Они не почувствуют то сердцебиение, когда ты пересматриваешь кучу информации, услышав краем уха о чем-то важном. Они не поймут, никогда не поймут, что такое – жить одним человеком. Я живу Джонни Деппом, и это моя история.

Автор Неизвестeн

Бабушка

«Большое место. Больше остального города. И всё огорожено высоким кирпичным забором. Забор окрашен красной краской и разделан белыми полосками под кирпич…»

Николай Георгиевич Гарин-Михайловский

Маленькая история

Сборник небольших любовных рассказов. Одна мимолётная встреча, когда достаточно лишь одного взгляда, лишь одного слова, а дальше вполне посредственный водоворот начинающихся отношений. Содержит нецензурную брань.

Антон Андреевич Разумов , Aki Hiro

Дживс и скользкий тип

Пэлем Грэнвилл Вудхауз , Пэлем Гринвел Вудхауз

День первый

Владимир Нечволода

Скажи, когда ушел поезд?

По одному короткому рассказу можно составить полноценное представление о РїСЂРѕР·е Болдуина: пронзительной, щемящей, искренней. Это даже не проза, это внутренние монологи людей, не то что оставшихся за бортом, а родившихся в этот мир уже брошенными, презираемыми и неприкасаемыми. Р

Джеймс Болдуин

Царь-дерево

В сборник вошли современные повести таких известных писателей, как Шэнь Жун, Ли Цуньбао, А Чэн, Цзян Цзылун и другие. Тематика повестей разнообразна и отражает жизнь города, деревни, армии, проблемы молодежи и людей старшего возраста в сегодняшнем обновляющемся Китае.

Ван Аньи , Чжэн Ваньлун , Цзян Цзылун , Ли Цуньбао , А Чэн

Доппельгангер

«Консул», № 1 (8), 2007

Александр Львович Гуров , Вадим Геннадьевич Масленников , Алексей Андреевич Чернявский , Мила Хвой , Татьяна Рябинина

Фотография

Английский писатель Эдгар Уоллес известен не только как мастер детективов, но и как автор «триллеров», то есть романов о чудовищах, тайнах и ужасах. В этот сборник вошли два его романа: «Охотник за головами» и «Чудовище из Бонгинды». Завершают сборник новеллы о вампирах, колдунах и о жертвах их проделок.

Роберт Альберт Блох , Алексей Андреев , Давид Захарович Бунимович , Владимир Анин , Андрей Иванович Степин , Лидия Петровна Салохидинова

Целинная рать

О времени, когда на уборку урожая призывали "партизан".

Александр Евгеньевич Никифоров

Пустельга

«На солнце набежало маленькое облачко. Пустельга сорвалась с ветки, скользя над лугом, как плоский камешек по воде, плавно и стремительно. Нырнула в траву, взмыла вертикально вверх и застыла крестом над полем, едва покачивая крыльями.– Охотится? – спросила Оля. Дмитрий молча кивнул. – На мышей, – шепнула она сама себе и замерла с запрокинутой головой, поворачиваясь на одном месте, чтобы не выпустить птицу из виду.– А как у тебя припев заканчивался? – неожиданно спросил Дмитрий. – "Пустельга – буду я"?»

Карина Сергеевна Шаинян , Карина Шаинян

Твою мать

Анна Александровна Матвеева , Анна Матвеева

Отражения

Рассказ о человеке, которому катастрофически не везло, и вдруг, в один прекрасный день это его хроническое невезение, видимо, набрав критическую массу, прорывается и становится своей противоположностью, обратившись в сказочное везение, что и служит причиной смерти героя.

Натиг Расулзаде

Мой волшебный мир

Мой волшебный мир [Текст] : [проза и поэзия] / Кристина Денисенко. - Донецк : Ноулидж, Донец. отд-ние, 2014.  - ISBN 978-617-579-849-2  

Кристина Денисенко

Про Мутю

Детское мировидение – совершенно особое, а что уж и говорить о таком, к которому примешивается по-хармсовски абсурдистское восприятие самого автора? Это если прочесть одну-две миниатюры, а если дальше, то выясняется, что все куда как прозаичнее: не так уж и удивительна девочка Мутя, просто у нее, как говорится, «не все дома» и это не фигура речи, а медицинский факт. И хотя мотив безумия на протяжении, как минимум, последнего столетия с большой охотой и азартом обыгрывается в литературе, Денис Трусов блестяще с ним управляется, по-своему, виртуозно.

Денис Трусов , Денис Игоревич Трусов

Супергрустная история настоящей любви

Новый роман Гари Штейнгарта, автора нашумевших «Приключений русского дебютанта» и «Абсурдистана». Ленни Абрамов, герой «Супергрустной истории настоящей любви», родился не в том месте и не в то время. Его трогательная привычка вести дневник, которому он доверяет самые сокровенные мысли, и не менее трогательная влюбленность в кореянку Юнис Пак были бы уместны несколько веков назад. Впрочем, таким людям, как Ленни, нелегко в любые времена.В «Супергрустной истории» читатель найдет сатиру и романтику, глубокий психологизм и апокалиптические мотивы. По мнению Publishers Weekly, на сегодняшний день это лучший роман Штейнгарта.

Гари Штейнгарт

Мезенцефалон

«Алкоголик - не профессия, а образ жизни» - гласит известная русская поговорка. Десятки миллионов наших соотечественников с полным основанием могут под нею подписаться, поскольку живут в соответствии с этой истиной и никакой иной жизни для себя не мыслят. Один из них - новосибирский компьютерщик и литератор Юрий Бригадир (р. 1961). В автобиографическом романе с жутковатым названием «Мезенцефалон» он рассказывает о своем индивидуальном опыте отношений с «зеленым змием», который представляется ему в виде добродушного дракона с блестящим чешуйчатым хвостом и улыбкой дельфина. Дракона, который никогда не спит

Юрий Бригадир

Пляска на помойке

«Вся жизнь есть сон, и жизнь на сон похожа,   И наша жизнь вся сном окружена...»     В. Шекспир. «Буря»

Олег Николаевич Михайлов

Та, которую я люблю.

Японский прозаик Дзюнъитиро Танидзаки (1886-1965) глубоко привержен многовековым традициям и одновременно очень современен, это ярко выраженный национальный писатель, чье творчество органично вошло в мировую литературу. Соотношение японской и европейскойкультур крайне занимало Танидзаки, и именно ему удалось найти золотую середину, позволившую соединить Восток и Запад. Красота, гармония, многоцветная палитра красок природы, тончайшие движения души – вот что всегда вдохновляло писателя.

Дзюн-Итиро Танидзаки , Дзюнъитиро Танидзаки

ИНГАНИ

Борис Андреевич Можаев , Борис Можаев

Малина

Советская и российская фантастика – один из важных феноменов отечественной культуры, постоянно изменяющийся и развивающийся. Этапы развития фантастики условно принято делить на «волны»: от «первой волны» 1920-х годов до «пятой волны» 1990-х.Один из лидеров современной литературной фантастики Андрей Лазарчук представляет читателю молодых авторов новой волны – «шестой». И каковы бы ни были достижения предыдущих «волн», можно уверенно сказать: такой фантастики у нас еще не было!

Таисия Ганина , Карина Сергеевна Шаинян , Ингеборг Бахман , Карина Шаинян

Природа

Ясунари Кавабата

Враки

Известный современный писатель Михаил Лифшиц интересен тому, кто раскрывает книгу ради художественной правды, кто не забыл, что чтение – это эстетическое и нравственное занятие.

Михаил Юзефович Лифшиц , Михаил Лифшиц

Время летать

Александр Николаевич Житинский

Роман на два голоса

Ольга Постникова — окончила Московский институт тонкой химической технологии. Работает в области сохранения культурного наследия, инженер-реставратор высшей категории. Автор нескольких поэтических книг ("Високосный год", "Крылатый лев", "Понтийская соль", "Бабьи песни"), а также стихов и рассказов, печатавшихся в журналах "Новый мир", "Знамя", "Согласие", "Дружба народов", "Континент" и др. Живет в Москве.

Ольга Николаевна Постникова , Ольга Постникова

Осень отчаяния

Паше семнадцать.Он гимнаст, его ролики покорили Тикток, и он влюблён в сестру лучшего друга. Но мало кто знает, как изнутри его выжигает неразделенная любовь, а внутренняя боль умело маскируется позитивом. А тут ещё и у друзей рушатся отношения, и Пашу так и втягивают в их любовные разборки. Только как добиться расположения любимой девушки, которая старше на семь лет и считает Пашу ребёнком? Он готов многое поставить, чтобы стать ещё популярнее в сети, но сможет ли признание миллионов залечить внутренние раны?Это продолжение "Весны безумия", но отдельная история Паши.

Нелли Ускова

Последнее слово за мной

Неизвестно, кому больше повезло — нам тут и сейчас или им, жителям Липерс-Форка, заштатного городка, который — в свое время — осенило своим присутствием семейство Белл (в четырех поколениях). Дорогие современницы! Перед вами редкое в масштабах современной литературы явление — явление пяти женщин, из которых каждая по силе воздействия на умы и судьбы эквивалентна небольшому тайфуну. Женщин вне времени, достойных легенды.

Татьяна Викторовна Полякова , Паула Уолл

Мамин сибиряк

«...В ту ночь я впервые подумал, что мамин сибиряк — просто жулик. Как сказала Кутя с самого начала — шарлатан. Нашел дураков, которые только и ждали, во что бы уверовать, которым скучно и тошно без мокошей, волосов, дедушек чуров. А я тоже хорош, тоже развесил уши — а ведь собираюсь в следователи.Интересно узнать, откуда он взялся здесь в Ленинграде, на Гражданской улице, бывшей когда-то Мещанской. Матушка его привела — это понятно. Но где она его подцепила? В Сибирь в командировку он не ездила, значит, сам заявился сюда? А дальше? Пришел прямо с вокзала на экскурсию в Эрмитаж? Я почему-то никогда об этом не расспрашивал, а ни матушка, ни ее сибиряк сами не рассказывали — взялся откуда-то, ну и взялся… Может быть, потому я и не расспрашивал, что инстинктивно боялся, как бы мой родственный интерес не переродился в следовательский? Неприятно же быть сыщиком в собственном доме...»

Михаил Михайлович Чулаки , Михаил Чулаки