Биляна Срблянович
Лина Кариченская
Геннадий Мовчан , Геннадий (Ген Мовчан
Константин Сергеевич Соловьев , Константин Соловьев
Тимофей Алешкин
Дарт Вальтамский
Наталья Владимировна Макеева , Наталья Макеева
Екатерина Игоревна Могилёва
Алексей Белоусов , Алексей Александрович Белоусов
Николай Анатольевич Антонец
Владимир Митрофанов
Некто Лукас
Андрей Шторм
Стас Валишин
Алексей Александрович Олейников , Алексей Олейников
Олег Финьков , Виктор Филатовский
Людмила и Белаш , Александр Белаш
Владислав Чопоров
Дмитрий Юрьевич Пучков , Дмитрий Пучков
Алекс Макеев
Этому человеку стирали память. Много раз. Очень много. И каждый раз подсаживали смоделированные воспоминания - идеальное прикрытие. Шпион сам не подозревает, что его жизнь - всего лишь легенда.
Сергей Иванович Иванов , Анастасия Курленёва , Виктор Григорьевич Яровой
Нотэ Лурье
Михаил Роуз
Брячеслав Галимов
Александр Фомин
Суровость российских законов умягчается необязательностью их выполнения. Это позволяет надеяться, что захвата величайшего памятника Санкт-Петербургу - Исаакиевского собора, репрезентативного монумента, никогда не принадлежавшего РПЦ, - назначенного на Пасху 2017 года, так и не состоится. В этом нас подкрепляют - ни много, ни мало, знамения - Божественные! Главный день Божества Православной религии - был, первоначально, днем празднования главного Его супротивника: ВЕРХОВНОГО божества Языческой Руси
Роман Борисович Жданович
Заигравшаяся Смерть мутно плещет в купели Покоя, раскрываясь когтистыми лепестками на стебле лилейного торжества. Пение. Слышишь ли ты, как поет, раскрываясь, бутон и, взрываясь клекотом прбжения, наводит на пролетающих птиц мираж лупоглазого страха? Так бы сразу. Апокалипсис на кончиках непоправимо изнеженных пальцев. С пением, рвением и сдавленным криком меняется время - на пору цветения. Раскрывая ладони, садовник рыдает и вьет петлю из верениц полнолуний. В этом саду расцветает такое, что нет больше повода замахиваться граблями на судорожно сжавшийся комок побледневшей от лунного света земли. Тело качается в пении. Hикто не сорвет Ее для букета. Она открывает глаза и следит за движением в небе. Hастала пора цветения. Черный мед из срдцевины тайного папоротника отражает глазастое решето. Hе в силах противиться голосу распускающегося цветка мигают и падают звезды. Сестра моя, разве это - прощение, разве это та ночь, о которой нам все эти годы пели стаи свихнувшихся невидимок? Все время до. Пробегающий краем леса - несся бы прочь. В этом черном огне сгорает лишняя память и склоки о прошлом. Мед опьяняет. Как выстрел прозрения распускается моя заплутавшая смерть. Hеявная, как ненаписанная картина, она пробирается сквозь мозговое зловоние и навязчивый шум осточертелой свесности. Слово-весности. Прочь, здесь не место. Здесь не время времен, но и не Имя Имен. Сестра моя, разве это... ?
Да, попаданец. Да, в Майнкрафт. Да, в качестве сильного Странника Края - полукровки, и мне как - то фиолетово на логику. Да, МС и не канон. И да, ВО СЛАВУ КХОРНА! Ну или Тзиинча, это какая ситуация будет, бой или или ещё что. Странник Рейзел.
Игорь Арионович Серый
Андрей Паденко , Петр Семилетов , Ольга Загайнова
Максим Иванов , Максим Владиславович Иванов