Рассказ

Маленькая балерина

Она хотела побыть одна – уехать из города, подумать, все взвесить, а получилось... Все больше и больше Саша втягивается в чужие загадочные события, нити которых уходят в прошлое. Неужели она должна расплачиваться за ошибки совсем незнакомой ...

Ольга Смецкая , Владимир Семенович Короткевич

Рассказы о Васе

Моя попытка начать карьеру в области литературы.   Рассказы о приключениях Васи Козлова,обычного школьника из Волгодонска.В ходе событий рассказов он попадает в различные проблемные ситуации,из которых выбирается благодаря своей смекалке и находчивости.

Алексей Дмитриев

На голоде

«– Это официальное объявление?– Решено признать крайний недостаток припасов в данной местности и устроить вспомогательные пункты в двух округах, как говорят газеты.– Значит, будет официально объявлено, как только найдут людей и подвижной состав. Не удивлюсь, если снова наступит «Великий голод».– Не может быть, – сказал Скотт, слегка поворачиваясь в камышовом кресле. – У нас на севере урожай был хороший, а из Бомбея и Бенгалии докладывают, что не знают, что и делать с урожаем. Наверное, все успеют предусмотреть вовремя. Будет только местное бедствие…»

Редьярд Джозеф Киплинг

Шляпа Рембрандта (Рассказы)

Бернард Маламуд (1914–1986) — известный американский писатель. Выходец из еврейской иммигрантской семьи, Маламуд обогатил американскую литературу не только огромным жизненным материалом этой среды, но и своей особой образностью.Автор семи романов и повестей («Прирожденный мастер», 1952; «Помощник», 1957; «Новая жизнь», 1961 и др.) и нескольких сборников рассказов (из которых наиболее известны «Волшебный бочонок», 1958; «Идиоты первыми» 1963; «Шляпа Рембрандта», 1973), Маламуд был удостоен на родине многочисленных наград (Пулитцеровской премии, двух Национальных книжных премий, а также Золотой медали Американской академии искусств и литературы).Рассказ был любимым жанром писателя.В предисловии к итоговому сборнику, куда автор отобрал 25 своих лучших новелл, Маламуд писал:«Рассказ — это личность, втиснутая в несколько страниц, вобравших в себя целую жизнь человека».Этот последний сборник «Рассказы Бернарда Маламуда» (1984) лег в основу данной книги.Точные по психологическому рисунку, свободные от дидактизма рассказы Маламуда несут в себе определенный нравственный урок: урок любви и сострадания к людям.

Бернард Маламуд

Ночь

«Ночь», это рассказ о способности человека оставаться человеком в любых условиях. Рассказ основан на фактическом материале.

Виктор Васильевич Мануйлов , Виктор Мануйлов

Выращивание

В тот год случились две вещи: я украл и посадил у подножья дуба трусики своей соседки, а местная пожарная дружина нашла в лесу древнюю хижину, в которой обрела Бога…

Бентли Литтл

Суть любви

«Полоска земли вдоль реки Таунис, в черте огромного города Неврипал, называлась Независимый Северный Берег и в состав города не входила. Образовавшись как политическое недоразумение, когда столетия назад волшебники Ханской Империи взмолились о мире после Войны Десяти Императоров, земли вдоль спокойной темной реки были отданы Совету Нестрипона, но для зимнего дворца Ханской Империи и земель вокруг него, так любимых Императрицей, сделали исключение. В качестве сентиментального жеста доброй воли, которые часто следуют за войнами между монархами из одного семейства, земли формально оставили в собственности Ханской Империи, пусть там и не было ни граждан, ни органов власти. Мэр и горожане Неврипала, отнюдь не разделяя внутрисемейную щедрость к поверженным врагам, объявили, что выживание Независимого Северного Берега – проблема его населения и никого другого. Поскольку здесь не было органов власти Ханской Империи, а власть Нестрипона не желала брать на себя никакой ответственности, место стало поистине уникальным. Автономной зоной, где закон защищал и обеспечивал беззаконие. Спустя многие годы Северный Берег превратился в исключительно любопытное место. Здесь собрались отбросы дюжины разных культур, добровольно или вынужденно, когда больше бежать некуда было. Ленивые темные воды Тауниса тащили на себе баржи и плоты, пристававшие к заболоченному берегу. Преступники и должники бежали сюда, беженцы войн, межгосударственных и гражданских, рабы порочных привычек и безнадежные бедняки…»

Дэниел Абрахам

Один

«Знание — сила» в"–В 10 1959 РіРѕРґР' этом номере РјС‹ продолжаем знакомить читателей с творчеством писателей-фантастов — и тех, кто давно сотрудничает в журнале, и тех, кто впервые выступает на его страницах.Научный работник, инженер, Александр Лаврентьевич Колпаков родился в 1922 году. Научно-фантастические произведения начал писать недавно. Дебют был удачен: широкие проблемы будущего, техника грядущих веков, космические экспедиции землян в неведомые Галактики — РІРѕС' проблемы, привлекающие внимание молодого автора. Р

Александр Лаврентьевич Колпаков

Портной

«Вот уже с месяц, как портной Иерохим шьет у себя на дому. В этот день, когда начинается рассказ, он с минуты на минуту ожидает хозяина дома, который еще вчера обещался зайти за квартирными деньгами, и каждый раз тревожно выглядывает в окно, – не идет ли?..»

Семен Соломонович Юшкевич

Негасимый свет (СИ)

Виктор Григорьевич Яровой

Пять уникальных писателей (сборник)

Произведения, включенные в сборник, объединяет одна общая черта: несомненный талант их создателей. Здесь представлены разные направления современной прозы: от фантастики и фэнтези до психологического рассказа. Книга адресована широкому кругу читателей, по-настоящему любящих литературу.

Саша Кругосветов , Александра Окатова , Вадим Громов , Юлия Романова , Иван Белогорохов

Серпик Луны

Алексей Николаевич Варламов

Сломанные сказки (СИ)

Ирина Хамзина

Жидкое солнце

«Я, Генри Диббль, приступаю к правдивому изложению некоторых важных и необыкновенных событий моей жизни с большой осторожностью и вполне естественной робостью. Многое из того, что я нахожу необходимым записать, без сомнения, вызовет у будущего читателя моих записок удивление, сомнение и даже недоверие. К этому я уже давно приготовился и нахожу заранее такое отношение к моим воспоминаниям вполне возможным и логичным. Да и надо признаться, мне самому часто кажется, что годы, проведенные мною частью в путешествиях, частью на высоте шести тысяч футов на вершине вулкана Каямбэ в южноамериканской республике Эквадор, не прошли в реальной действительной жизни, а были лишь странным фантастическим сном или бредом мгновенного потрясающего безумия…»

Александр Иванович Куприн

Ревущие двадцатые

«Клуб "Голубая Луна" хорош тем, что он невидим, так что туда никогда не нагрянут непрошеные гости. Плохо же то, что, будучи невидим, он труднодоступен для большей части людей. Чтобы в него попасть, надо обладать малой толикой магии, а у Мадам М она имеется. Найти места, находящиеся не совсем здесь, для нее не представляет проблемы. Она говорит, чтобы нас высадили из машины на углу Пятой и Пайн, и отправляет водителя. Я иду следом за ней по мокрому тротуару вдоль кирпичных домов. Время еще раннее, на улицах много людей и машин, все толкаются и куда-то спешат, не глядя по сторонам. Хрипло гудят сигналы машин, оранжевый свет уличных фонарей делает полированную сталь и хмурые лица людей похожими на светящиеся изнутри янтарным светом. Я поплотнее натягиваю на плечи норковый воротник. Воротник Мадам М съехал до самых локтей, обнажив гладкую кожу ее спины. Идя рядом, мы похожи, как сестры…»

Кэрри Вон , Керри Вон

Порождение (СИ)

Небольшой рассказ о мире, который пережил как хорошие времена с процветающей жизнью, так и времена мёртвого безмолвия, но где началась борьба за новую жизнь.

Дарина Семирова

Бег в себя (СИ)

Жизнь Сергея удивительно проста. Простые, дворовые парни, выросшие в семейных и не очень мужчин - его друзья. Простая работа водителя. Простое ежедневное существование. Устав от унылого однообразия, он решает добавить перчика. Встречается с бывшей девушкой при наличии нынешней, поглощает литры спиртного и торгует сомнителными препаратами. Но в один прекрасный момент все перестает идти так весело и задорно, как хотелось бы Сергею. И жизнь сводит его с горькими, но обязательными к принятию фактами.

Иван Иванович Солнцев

Недоразумение в Тире

«– Что это за забавные картинки на стенах? – спросил я. Хорошенькая служанка, пышная блондинка, только что принесла мне третью чашу вина, и картинки казались мне все забавнее. Антипатр, мой попутчик и первый наставник во всем, нахмурил густые седые брови и наградил меня уничтожающим взглядом, который я уже слишком много раз видел за время нашего путешествия. Конечно, мне было девятнадцать, и по римским законам я уже считался взрослым мужчиной, но под этим взглядом я ощущал себя девятилетним мальчиком.– Гордиан! Может ли быть такое, чтобы ты не слышал рассказы про Фафхрда и Серого Мышелова?– Серого кого?– Мышелова…»

Стивен Сейлор , Михаил А. Новыш

Сертификат происхождения

«Письмо доставили в галерею Вольфа вместе с обычными для нее каталогами и объявлениями. На нем было написано "личное", так что секретарша Макса оставила его на столе нераспечатанным.Макс вскрыл конверт здоровой рукой и достал письмо, аккуратно написанное от руки. "Дорогой мистер Вольф, я слышал, что вы хорошо разбираетесь в странных картинах и иногда их продаете. У меня есть такая, не уверен, что она много стоит, но я подумал, что Вы были бы не против посмотреть ее – и если Вы согласитесь, то мы могли бы сделать на ней дело. По-тихому, конечно же. Если Вас заинтересовало мое предложение, то пошлите письмо на абонентский ящик, указанный ниже. С уважением, Л. М."…»

Дэвид У. Болл

Джимми Роз

В книгу вошли рассказы и повести знаменитого американского писателя Германа Мелвилла, прославившегося великим романом «Моби Дик, или Белый Кит». Малая проза, ставшая для автора полем смелых экспериментов, побудила критиков сравнивать Мелвилла с Гоголем и Достоевским, а также называть предвестником творчества Кафки.

Герман Мелвилл

Джа ромалы (СИ)

  Жил да был на свете цыган, кузнец-молодец, на весь табор удалец. В той стране, по просторам которой кочевали ромалы, правил в меру толерантный владыка, одинаково относившийся к людям всех национальностей. Однако ничто не вечно и никто не вечен. В урочный час земное существование владыки подошло к концу и он отошёл в мир иной. А после него престол занял исключительно нетерпимый тиран, повелевший пустить всех цыган на мыло, а из их табунов наделать колбасы. Поднялись верные сатрапы тирана и в кратчайший срок извели в стране всех цыган. В те дни конской колбасы и мыла было так много, что стоили они дешевле обёрточной бумаги.

Эдуард Дроссель

Лимон на снегу (СИ)

Мы все любим эксперименты в детстве. Многие делали батарейки из картофеля, яблок и цитрусов. Но что если пойти дальше в своих поисках? Куда это может привести?

Руслан Марсович Тимерханов

Злой дух

Автор книг «Завтрак у Тиффани», «Хладнокровное убийство», «Другие голоса, другие комнаты» Трумен Капоте принадлежит к числу классиков американской литературы XX века. В своих произведениях Капоте выводил на сцену персонажей явно маргинальных, существующих словно бы вне времени, тщетно пытающихся справиться с собственными фобиями, основной из которых является страх перед жизнью, не считающейся с их мечтательностью, с их романтической натурой, страх полуосознанный, даже инстинктивный, но от этого не менее мучительный.Рассказ из сборника «Закрой последнюю дверь».

Трумен Капоте

Беспечальный народ

«В одной из своих крайних улиц Петербург воздвиг гигантские чугунные ворота с грозными воинами в полном боевом вооружении.Обомшели и заржавели теперь старые ворота, грозные очи воинов, стороживших их, закрыты навеки, и хотя, как подобает героям, герои ворот сохранили еще свои угрожающие позы, показывая всем четырем сторонам божьего мира острые бердыши и долгомерные копья, но, счастливо минуя все эти боевые ужасы, бешеным, неудержимым и ни на минуту не прерывающимся потоком…»

Александр Иванович Левитов

Деснинские просторы (СИ)

  К.В. Сычев   Д Е С Н И Н С К И Е П Р О С Т О Р Ы   Р А С С К А З Ы   О Ч Е Р К И   П У Б Л И К А Ц И И   С Т А Т Ь И   Р А С С К А З Ы   «Я НЕ ВРАГ СВОЕЙ РОДИНЕ…»

Константин Викторович Сычев

Я - хороший!

В книге «Я — хороший» собраны истории, рассказы, эссе, повествующие, что и добро, и зло возвращаются обратно к человеку, их сотворившему. Ещё в древние времена родились поговорки, оберегающие нас от плохих поступков: «Не рой другому яму, сам в нее попадешь», «Что посеешь, то и пожнешь», «Лихо помнится, а добро век не забудется» и другие. Смысл поговорок один и тот же — все сделанное вернется: и добро, и зло. И нам хочется верить, что каждый в этой жизни получит по заслугам.

Рамзан Саматов

Нежность

Валерий Яковлевич Мусаханов

Албанская девственница

Из сборника «Open Secrets»

Элис Манро , Элис Манро (Мунро)

Рассказы

Взяты из сборника Перл Бак «Четырнадцать рассказов» (Нью-Йорк, 1961), в который вошли лучшие новеллы, публиковавшиеся в предшествующие десятилетия. На русский язык переводятся впервые.

Перл С. Бак

Левка Гем

«В городе готовились к непредвиденному, ужасному, беспощадному. Казалось легким и возможным, что через месяц, через неделю, завтра враг внезапно покажется у стен, ворвется в город, разрушит дома, уведет жен, девушек, мужчин перебьет, и не было в этом городе ни одной хижины, ни одного дворца, где бы о войне не говорили, где бы войну не проклинали, как самое тягчайшее, ненужное зло. Ежедневно, словно в эпидемию, десятки семей бежали куда глаза глядят, чтобы уйти от страха, оставшиеся с грустью и завистью глядели на опустевшие дома, и чем дальше, все страшнее и страшнее становилось наблюдать этот веселый и неумолимый большой город, который по-прежнему продолжал творить жизнь в своих богатых и бедных кварталах…»

Семен Соломонович Юшкевич

Унтер-ден-Линден

Рассказ из сборника БАРЬЕР. Фантастика-размышления о человеке нового мира.

Криста Вольф

Лишний

«…Молчит, не говорит ничего. И голову опустил. Я подождал немного и так спокойно ему говорю:– Даниил, я же все видел. Ты не заметил? Я же совсем рядом был: я промахнулся в того немца с нагана. Ты на моих глазах трех разогнал. И двух заколол. Причем так, как я не видал еще: а я в штыковых бывал, знаешь ли… Почему они от тебя побежали? Что может заставить немецкого пехотинца…И вот тут меня натурально осекло. Я заметил, как Решетов на свою грудь поглядел. И только тогда увидел. Помню, очень аккуратно я свою гранату в сторонку отложил. Посмотрел на нее… Секунду, наверное, не мог взгляда отвести от этой гранаты, настолько мне страшно было. Потом решился, отвернулся от нее все-таки. Подошел к Решетову. Тот молчит. Господи, какими словами это сказать-то?.. Ох, сейчас ты точно решишь, что я псих…»

Сергей Владимирович Анисимов , Сергей Анисимов