Рассказ

Включай характер, Борода! (сборник) (СИ)

Повесть "Включай характер, Борода" и несколько рассказов о современном производстве. Взаимоотношения рабочих, ИТР и хозяина предприятия  

Анатолий Алексеевич Шинкин

Тысяча дней и ночей (СИ)

Альтернативная история, иной взгляд на возникновение и контекст сказок "Тысячи и одной ночи".

Эдуард Дроссель

Бульдог (рассказ)

Р

Артур Ашер Миллер , Артур Миллер

Другая работа (СИ)

Кэти и Игорек на "Рождественском детективе - 11"

Анвар Кашин

Левит (СИ)

Странные вещи происходят в старинном городе на Волге. Кто бы мог подумать, что к этому причастен  фараон Рамзес II. А это именно так.

Лев Рафаэльевич Кислюк , Лев Кислюк

Плохой мальчишка

В центре сюжета — мужчина, жизнь которого круто меняется, когда он понимает, что таинственный ребенок становится причиной смерти его близких.

Стивен Кинг

Джокер в игре...(СИ)

Выжить можно в любых обстоятельствах, сложнее когда ты лично знакома с террористом и бандитами. А когда ты становишься единственной девочкой среди бандитов - это становится еще интереснее. Особенно, если по какой-то причине ты сбежала он них, но обстоятельства вынуждают туда вернуться...

Ксения Орёл

Рассказ о первой любви

Сергей Константинович Никитин

Рассказы

Ханна Кралль — современная польская писательница. Живет в Варшаве. В начале 70-х годов в качестве журналиста работала в Москве; «российские очерки» составили ее первую книгу — «На восток от Арбата» (1972). Автор более 10 сборников повестей и рассказов. Ее сюжеты легли в основу нескольких художественных фильмов, в том числе одной из частей «Декалога» Кшиштофа Кишлёвского («Декалог VIII»)После выхода книги «Танец на чужой свадьбе» Кишлевский писал Ханне Кралль: «Ты лучше меня знаешь, что мир не делится ни на красавцев и уродов, ни даже на худых и толстых. В "Танце" — само страдание, а красавцы страдают не меньше, чем уроды, а может быть даже больше, потому что думают, что это несправедливо… Что действительно важно, так это быть на стороне тех, кому грустно…». Эти слова — очень точная характеристика писательского взгляда Ханны Кралль — внимательного, вдумчивого, иногда ироничного, иногда чуть отстраненного, но неизменно сочувственного.На вопрос, каким видится ей предисловие к первой публикации ее рассказов в «Егупце», Ханна Кралль ответила: «Достаточно короткой справки». Впрочем, пространное предисловие действительно было бы излишним — ее рассказы говорят сами за себя. Скажем лишь: читать их трудно. Точнее, больно. Но это не изысканная, самоупоительная боль, а порой невыносимая, потому что живая. Так болит память. Так болит совесть. А значит, боль эта «правильная» и нужная.Хана Кралль пишет о еврейских судьбах. В этом она сродни одному из своих героев, буддистскому монаху из рассказа «Дибук» — тоже извлекает из забвения имена, лица и судьбы. Реконструирует мир, который объявили несуществующим. Однако когда в беседе зашла речь о «еврейской теме», Ханна Кралль возразила: «У меня не еврейская тема, а универсальная. Это истории о людях, а все люди страдают, плачут, радуются, хотят счастья…».В предлагаемую вниманию читателей подборку вошли рассказы из сборников «Доказательства бытия» (Краков, 1997) и «Там уже нет никакой реки» (Краков, 1998). Все тексты на русском языке публикуются впервые.

Ханна Кралль , Светлана Панич

My kind of love (СИ)

Сборник драбблов по различным фэндомам. Виды любви к кому или чему-либо могут быть разнообразными. Это влечение, влюбленность и зрелая любовь, любовь-страсть и любовь-привычка, любовь потребительская и любовь дающая...

Автор Неизвестeн

Надо торопиться

«В небольшом трехоконном домике чиновника Побединского, стоявшем на крутом обрыве к гнилой речонке города N, произошло очень важное для обитателей его событие: вчера умер от скоротечной чахотки единственный сын хозяина, гимназист 6-го класса. Болезнь свалила его быстро…»

Николай Николаевич Златовратский

Геометрия любви

Рассказ из журнала "Иностранная литература"

Сергей Арбатов , Юрий Михайлович Поляков , Екатерина Александровна Неволина , Джон Чивер

Присяга

Алексей Николаевич Варламов

Спящая красавица

«В город въехала балагула вечером, в осеннюю ненастную погоду. Лошади выбивались из сил. Жид громко кричал, и грязь, освещаемая керосиновыми фонарями, уныло чмокала под копытами. Полотно балагулы намокло, из глубины её слышался плач ребёнка, сопровождаемый болезненным кашлем…»

Иероним Иеронимович Ясинский

Зимовье на Малой Илге (СИ)

Зимовье для охотника - это его родной дом. И потому, зимовье всегда строят на красивом и удобном месте!

Владимир Дмитриевич Кабаков

Зверинец

«…Другой бы на месте Колчина принялся себя щипать, чтобы проснуться, но Кыля почему-то подумал, что все именно так и должно быть. Нет ничего удивительного в том, что взгляд маленьких черных глазок убитого и освежеванного приятеля-бобра устремился в его глаза, заставляя проникнуться происходящим. И не надо думать, что это во сне ты видишь, как бобровые когти и зубы впиваются в край крышки колодца, приподнимают ее, сдвигают… Тому, что кот Барсик своими лапками помогает бобру справиться с чугунной крышкой, тоже удивляться не обязательно. Все именно так и должно быть. Кыля даже не задался вопросом, с какой, собственно, целью кот и бобр-зомби прицепились к этой неподъемной крышке…»

Евгений Михайлович Константинов

Рассказы, эссе, философские этюды

Ядро книги составляют автобиографические рассказы, основанные на опыте пребывания автора в израильской тюрьме. Рассказы сочетают в себе драматическую основу с философскими идеями и взглядами автора, что делает органичным их сочетание в одной книге с эссе и философскими этюдами.

Александр Миронович Воин

Рассказ одного парня (СИ)

Приветствую тебя, мой читатель! Эта книга, скорее рассказ о моей жизни. В потоке всей своей жизни человеку трудно переносить все тяготы, которые дарит ему судьба. Эта книга создана с целью найти единомышленников в этой области. И пока, вроде как, у меня получается найти вас и собрать всех в одном месте, а это очень радует. С виду это грустный рассказ о судьбе одного человека. О смысле всего вокруг происходящего, но не пугайтесь, здесь нет замудренных терминов и прочей не нужной ерунды. Мне уже понравились ваши первые отзывы, это значит, что вы идете в правильном направлении, и я очень рад за вас. Здесь много хорошего, есть немного плохого. Все нужное по-моему собрано в меру. На дворе зима, и я пишу это всё для чего-то.  У меня нет никакой выгоды с этого, абсолютно никакой. И этот рассказ не такой большой, чтобы зачитываться им днями и ночами. Вы потратите на него меньше часа, и я надеюсь, что вы хоть что-нибудь поймете из того, что я тут написал.  Моя жизнь – череда событий и преград по пути к совершенству. И очень многое мне придется преодолеть, прежде чем я смогу увидеть тот заветный свет в конце туннеля. Делясь с вами всем этим, я искренне надеюсь, что до вас дойдет хоть небольшой смысл всего здесь высказанного.  Начало темы любви в конечном итоге раскроет очень многое. И даст ответы на те вопросы, о которых вы даже не думали, но они очень помогут вам.  Рассказ парня, который поверил в будущее. Который открыл для себя нечто важное, чем он хочет поделиться со всеми. Внутренние переживания, открытость и точность помогут мне раскрыть всё то, что было задумано мной.  И ничего там не думайте! Многое из всего, что здесь  написано я раскрываю это прямо сейчас тут вместе с вами!      

Анатолий Nick

Свиппер

Рассказ опубликован в журнале «Лепта» за июнь 1992 г, в книге «Прогулки под зонтиком», издательство АСТ 2002 г, в книге «Пришелец», издательство Время 2006 г.

Николай Борисович Дежнёв , Николай Борисович Дежнев

Гости Платонова

Журнал «Земля и Вселенная» 1991 г., № 4, стр. 104-108

Рубен Таросян

Моя фамилия

«Как глубоко я завидую людям, которые имеют право, с светлою радостью на измятых жизнью лицах, говорить про свое детство как про время золотое, незабвенное. Сурово понуривши буйную голову, я исподлобья смотрю на этих людей и с злостью, рвущей сердце мое, слушаю тот добрый и веселый смех, с которым обыкновенно они припоминают и рассказывают про свои нетвердые, детские шаги, про помощь, с которою наперерыв спешили к ним окружавшие их родственные, беспредельно и бескорыстно любившие лица…»

Александр Иванович Левитов

Зубы

"А у смерти широкий красивый оскал, и здоровые крепкие зубы".

Данияр Темирбекович Джумалиев , Анастасия Муравьева , Алексей Константинович Смирнов , Артём Александрович Мичурин , Константин Костенко

Чудесным летним днем, когда он был... (ЛП)

Солнце ласкало лицо Джуниора, и он улыбался. Ему было четырнадцать, стояла середина июня, и лето казалось долгой, славной дорогой, что бежала все дальше и дальше, пока не скрывалась из виду в сотне миль впереди, проглоченная холмами осени. Джуниор шагал по улице в двух кварталах от своего дома: руки засунуты в карманы залатанных на коленях брюк, пальцы сжимают птичьи косточки. Теплый ветерок взъерошивал копну каштановых волос, и в этом дуновении Джуниор улавливал запах роз, что цвели саду миссис Бротон.

Евгений Михайлович Лебедев , Роберт Маккаммон

Интервью с душегубом (СИ)

Убивать можно просто так, а можно и во имя великой цели. Одно неприятно, можно быть причисленным к этой категории нелюдей и ... стать жертвой. Кто мы сами?  Кем себя мним? Оправдываем ли свой образ жизни приводя  причины. А совесть, как она в нас? Молчит или вопиет?

Автор Неизвестeн

Щепка

Владимир Яковлевич Зазубрин

Два друга

Вячеслав Анатольевич Климов

Согнутая ветка

«Тогда я вернулся с работы вечером, и Бретт, моя рыжая, сидела за столом на кухне. На этой неделе у нее не было ночных смен на дежурствах в больнице, так что я удивился, увидев ее на ногах. В два часа ночи. Я закончил работать ночным сторожем на заводе по производству собачьей еды, в надежде на то, что мой приятель Леонард скоро вернется из Мичигана, куда поехал кого-то ловить по поручению нашего друга Марвина, который нанял его на разовую работу в своем детективном агентстве. Время от времени мы на него работали…»

Джо Р. Лансдейл , Джо Лансдейл

Подземные сады Бальдазара Форестьере

«После чумы».Шестой и самый известный сборник «малой прозы» Т. Корагессана Бойла.Шестнадцать рассказов, которые «New York Times» справедливо называет «уникальными творениями мастера, способного сделать оригинальным самый распространенный сюжет и увидеть под неожиданным углом самую обыденную ситуацию».Шестнадцать остроумных, парадоксальных зарисовок, балансирующих на грани между сарказмом и истинным трагизмом, черным юмором, едкой сатирой – и, порою, неожиданной романтикой…

Том Корагессан Бойл , Т. Корагессан Бойл

В коробке

Илга Понорницкая

Поцелуй демона (ЛП)

Патрисия Уивер всегда была влюблена в Джека Эйвери. Однако когда она узнала, что он демон, собиратель душ, все изменилось. Тьма, которая его окружает, притягивает Тришу, сводит ее с ума… в конце концов ей придется решить, сможет ли она принять Джека и полюбить его таким, какой он есть… с когтями и прочим.

Сейбл Грей , Lena Mad

Цинь Шихуанди

История о первом китайском императоре

Макс Роуд

Черно-белые сестрички

«После чумы».Шестой и самый известный сборник «малой прозы» Т. Корагессана Бойла.Шестнадцать рассказов, которые «New York Times» справедливо называет «уникальными творениями мастера, способного сделать оригинальным самый распространенный сюжет и увидеть под неожиданным углом самую обыденную ситуацию».Шестнадцать остроумных, парадоксальных зарисовок, балансирующих на грани между сарказмом и истинным трагизмом, черным юмором, едкой сатирой – и, порою, неожиданной романтикой…

Том Корагессан Бойл , Т. Корагессан Бойл