Публицистика

С. А. Есенин в воспоминаниях современников. Том 2.

Во второй том вошли воспоминания М. Горького, В. Маяковского, А. К. Воровского, Вс. Рождественского, Н. Н. Асеева и других видных деятелей литературы и искусства, а также воспоминания родных и близких поэта: Т. С. и К. С. Есениных, С. А. Толстой-Есениной и других.

Сергей Александрович Есенин

Руководство по управлению космическим кораблём «Земля»

 Идея Земли как большого космического корабля, высказанная Фуллером, предполагает бережное и эффективное использование ее ресурсов на основе специфических понятий и технологий. При этом Фуллер утверждает, что при рациональном использовании ресурсов хватит на всех. Тем не менее, такая идея неизбежно ведет к идее единого управления Землей, или "единого правительства", которая выглядит не то, что не гуманистично и не благодатно, но подчас и совсем одиозно. Более того, многими такое единство управления и воспринимается как единственно возможное в условиях все более четко обозначающегося дефицита ресурсов. Только вот навряд ли большинство тех, кто заинтересован в таком единстве управления, что-либо смыслит в устройстве этого корабля. Ситуация напоминает известную басню про мартышку и очки: будучи нанизанными на хвост, они оттого не делают его носом.

Ричард Бакминстер Фуллер

Эквиано, Африканец. Человек, сделавший себя сам

Олауда Эквиано (ок. 1745~1797) родился рабом, сумел выкупиться из неволи, стал моряком и купцом, пережил множество приключений на суше и на море, участвовал в Семилетней войне и полярной экспедиции, кроме того побывал парикмахером, слугой, надсмотрщиком на плантации и правительственным комиссаром. Последнюю часть жизни посвятил борьбе за отмену рабства, тогда-то и появилась его знаменитое «Удивительное повествование о жизни Олауды Эквиано, или Густава Васы, Африканца, написанное им самим». Книга сделала его первым чернокожим англоязычным писателем и произвела потрясающие впечатление на современников, всего за пять лет выдержав восемь переизданий, – небывалый случай для той эпохи.На фоне жизненного пути Эквиано Винсент Карретта рассказывает о повседневной жизни Британии и вест-индских колоний второй половины XVIII века – на военных и купеческих кораблях, на рабовладельческих плантациях и в арктической экспедиции; пишет о книгоиздании и журналистике, о религиозном противоборстве в Англии и хитросплетениях европейской политики; о зарождении борьбы против рабства и бурных дебатах в британском парламенте и в прессе.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Винсент Карретта

Второе пришествие Золушки

Кир Булычев

Интернет-особи

Серия «Биология от Андрея Ангелова» — это сенсационный non-fiction от создателя «Безумных сказок»! Здесь герои подлинны, этические нормы не соблюдены, приличия проигнорены…Ты — это Интернет-особь, что живёт в Сети! Здесь ты жрёшь, спишь и ходишь в сортир! Сеть — это твоё место обитания, где ты — частичка виртуальной биомассы! Сетевой планктон. Так есть и будет. Смирись. Автор вскроет твои низменные инстинкты, препарирует приспособленческую душу, тупой мозг и гнилое сердечко! В книге 167 реальных фото, как иллюстрация тебя.Рекомендовано для чтения лицам от 16 лет и старше.

Андрей Ангелов

«Евгений Онегин»

Замысел дать полемическую характеристику творчества Пушкина возник у Писарева еще в 1864 г. «Задача реалистической критики в отношении ко всей массе литературных памятников, оставленных нам отжившими поколениями, — писал он в „Нерешенном вопросе“ („Реалисты“) в ноябрьской книжке „Русского слова“ за 1864 г., — состоит именно в том, чтобы выбрать из этой массы то, что может содействовать нашему умственному развитию, и объяснить, каким образом мы должны распоряжаться с этим отборным материалом».Фрагменты:«Читатели мои, по всей вероятности, знают и помнят очень хорошо, что Пушкин в „Евгении Онегине“ рассуждает чрезвычайно пространно о всевозможных предметах, очень мало относящихся к делу: тут и дамские ножки, и сравнение аи с бордо, и негодование против альбомов петербургских дам, и соображения о том, что наше северное лето — карикатура южных зим, воспоминания о садах лицея, и многое множество других вставок и украшений. А между тем когда нужно решить действительно важный вопрос, когда надо показать, что у главных действующих лиц были определенные понятия о жизни и о междучеловеческих отношениях, тогда наш великий поэт отделывается коротким и совершенно неопределенным намеком на какие-то разнообразные беседы, которые будто бы рождали споры и влекли к размышлению. Один такой спор, очевидно, охарактеризовал бы Онегина несравненно полнее, чем десятки очень милых, но совершенно ненужных подробностей о том, как он играл на бильярде тупым кием, как он садился в ванну со льдом, в котором часу он обедал и так далее. Ни одного такого спора мы не видим в романе».«Личные понятия, личные чувства, личные желания Онегина так слабы и вялы, что они не могут иметь никакого ощутительного влияния на его поступки. Поступит он во всяком случае так, как того потребует от него светская толпа…»«Онегин остается ничтожнейшим пошляком до самого конца своей истории с Ленским, а Пушкин до самого конца продолжает воспевать его поступки как грандиозные и трагические события».«Пушкин так красиво описывает мелкие чувства, дрянные мысли и пошлые поступки, что ему удалось подкупить в пользу ничтожного Онегина не только простодушную массу читателей, но даже такого замечательного человека и такого тонкого критика, как Белинский».«Ужаснее всех других, — говорит Белинский, — те из идеальных дев, которые не только не чуждаются брака, но в браке с предметом любви своей видят высшее земное блаженство: при ограниченности ума, при отсутствии всякого нравственного развития и при испорченности фантазии они создают свой идеал брачного счастья, — и когда увидят невозможность осуществления их нелепого идеала, то вымещают на мужьях горечь своего разочарования».«Если вы пожелаете узнать, чем занималась образованнейшая часть русского общества в двадцатых годах, то энциклопедия русской жизни ответит вам, что эта образованнейшая часть ела, пила, плясала, посещала театры, влюблялась и страдала то от скуки, то от любви. И только? — спросите вы. — И только! — ответит энциклопедия. <…>Зато энциклопедия сообщает нам очень подробные сведения о столичных ресторанах, о танцовщице Истоминой, которая летает по сцене, „как пух от уст Эола“, о том, что варенье подается на блюдечках, а брусничная вода в кувшине; о том, что дамы говорили по-русски с грамматическими ошибками; о том, какие стишки пишутся в альбомах уездных барышень; о том, что шампанское заменяется иногда в деревнях цымлянским; о том, что котильон танцуется после мазурки, и так далее. Словом, вы найдете описание многих мелких обычаев, но из этих крошечных кусочков, годных только для записного антиквария, вы не извлечете почти ничего для физиологии или для патологии тогдашнего общества; вы решительно не узнаете, какими идеями или иллюзиями жило это общество; вы решительно не узнаете, что давало ему смысл и направление или что поддерживало в нем бессмыслицу и апатию. Исторической картины вы не увидите; вы увидите только коллекцию старинных костюмов и причесок, старинных прейскурантов и афиш, старинной мебели и старинных ужимок».[Аннотация верстальщика файла.]

Дмитрий Иванович Писарев

История города Москвы. От Юрия Долгорукого до Петра I

Данная книга является первой частью заключительного труда выдающегося исследователя Москвы И.Е. Забелина, в котором подробно и систематически описывается многовековая история российской столицы. Повествование книги охватывает период роста и развития Москвы в XII–XVIII веках. Описания московских зданий, улиц и площадей поражают читателя своей детальностью и яркостью изображения, перенося его в самую гущу событий московской жизни минувших столетий.

Иван Егорович Забелин

Неоднажды в Америке

Кто сказал, что родину, как и маму с папой, не выбирают? Едва дождавшись первых порывов свежего ветра из-за «железного занавеса», хорошая девушка Света, как и многие граждане СССР, упаковала чемоданы, взяла мужа под мышку и рванула в сказочную страну своей мечты. Теперь, прожив уже немало лет в США, знаменитая azbukivedi по-прежнему уверена, что сделала правильный выбор. В стране, где люди не огораживают своих домов заборами и не вешают пудовые замки, где на улицах чисто, а люди всегда улыбаются даже незнакомцам, ей легко и уютно. Хотя и Америка, к сожалению, не рай на земле…Мы смеемся над иностранцами, которые подозревают, что в Москве на Красной площади разгуливают медведи в кокошниках, а русские начинают свой рабочий день стаканом водки, заканчивают – пальбой из автомата Калашникова. Но разве мы сами не находимся во власти стереотипов? А вы когда-нибудь были в Америке?Сегодня вам предстоит уникальный шанс увидеть жизнь Штатов с изнанки, глазами русской девушки с европейскими корнями.

Светлана Букина

Введение в историю

Сборник эссе 1978-2018 годов о смысле истории и методе исторической науки.

Яков Гаврилович Кротов

Газета День Литературы # 61 (2001 10)

Газета День Литературы , Литературы Газета День

Публицистика 1884—1900 гг

Артур Конан Дойль , Артур Конан Дойл

Фолкнер - Очерк творчества

Николай Анастасьев

О любви, семье и государстве

Проблемы любви, семьи и государства — темы, широко обсуждаемые как на Западе, так и в России. Однако данный очерк отличается от всех исследований, прежде всего тем, что такие известные слова, как любовь, семья и брак, Алекс Бэттлер вывел на понятийный уровень. Это дало автору возможность соотнести их с концепцией силы и прогресса, обоснованной им в книге «Диалектика силы: онтoбия», а, в конечном счете, определить закономерную связь между разрушением брака и распадом государства в контексте закона возрастания энтропии, или «закона смерти».Теоретическая, философская, часть работы дополнена социологическими данными, показывающими сравнительную картину ситуации семьи и брака на Западе и в России.Несмотря на серьезность тем, работа написана в жанре публицистического очерка, т. е. языком, сделавшим текст доступным для широкого круга читателей, интересующихся названными проблемами.

Олег Арин

Четыре профиля американского орла

Евгений Александрович Белогорский , Евгений Белогорский

Мифы северных народов России

Антрополог, фольклорист, доктор филологических наук Ольга Христофорова знакомит с мифологией северных народов России. Из книги вы узнаете, как коренные жители Сибири и Дальнего Востока объясняли происхождение мира и природные явления, устанавливали культурные нормы и обычаи. Под обложкой — истории о богах-демиургах и их противниках, о существах, которые помогают людям, и о тех, кто им вредит. А еще о том, как сложно устроен человек и какие тайны мироздания сокрыты в рисунках на шаманских бубнах.

Ольга Христофорова

Константинополь и Проливы. Борьба Российской империи за столицу Турции, владение Босфором и Дарданеллами в Первой мировой войне. Том I

Со времен Екатерины II, мечтавшей о возрождении Византии на ее исторических землях, наиболее характерной чертой внешней политики России являлось стремление к получению прохода через Проливы и полного господства на Черном море. В течение XIX века российские государи неоднократно предпринимали попытки возродить «греческий проект», однако наиболее остро вопрос о Проливах встал в 1908-1911 гг. в связи с турецкой революцией и итало-турецкой войной за Триполи, когда проход через Проливы стал невозможен как для военных, так и для торговых судов.В двух томах настоящего издания представлены секретные документы архива Министерства иностранных дел о соглашении, заключенном в 1915 г. между Россией, Францией и Англией по вопросу о Константинополе и Проливах, а также секретные бумаги 1916—1917 гг., касающиеся «проекта босфорской экспедиции». Документальную часть первого тома профессор Е.А. Адамов, редактор и составитель данного издания, предваряет развернутой исторической справкой о политической ситуации в Европе в период обострения балканского кризиса и Первой мировой войны.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Евгений Александрович Адамов

Русский марш. Записки нерусского человека

Я взялся об этом писать, потому, что я татарин и мусульманин, потому что мой расстрелянный предок был мучеником за веру (шахидом), поэтому меня затруднительно упрекнуть в расовой и религиозной ксенофобии и симпатиях к русским националистам. Я взялся об этом писать, прекрасно отдавая себе отчет о возможных последствиях. Я не герой и никогда им не был, просто наступает момент когда ты и только ты должен решить: А ты то с кем? Кто для тебя твой народ? И что для тебя Родина?Это не аналитическая статья и мне очень бы хотелось, чтобы я был не прав в своих выводах, но увы …«И если кто-то из старшего поколения это читает, одна просьба: не напоминайте нам, за что воевали наши деды. Спросите себя, за что воюют ваши дети. Вдруг это тоже окажется чем-то достойным?» ©

Равиль Нагимович Бикбаев

Кальдерон в переводе Бальмонта, Тексты и сценические судьбы

Георгий Пантелеймонович Макогоненко , Д Г Макогоненко

Операция 'Голгофа' секретный план перестройки

Михаил Петрович Любимов , Михаил Любимов

Демократия без прикрас

Люди очень людят громкие слова с претензией на мудрость, не особо задумываясь об их верности. Одна из таких сентенций — это известная фраза «Демократия — плохая форма управления государством, но лучше неё люди ещё не придумали». Она так убедительна на поверхностный взгляд, что не заявлять себя демократией для любой власти давно уже как-то даже и неприлично.Однако пробема есть: демократия — настолько плохая форма управления государством, что не работает в принципе, при этом подстраиваясь своей формой под требования власть предержащих. Демократия — это власть демократов, как давно известно.Конечно, это не новость для тех, кого интресует политология и при этом не разучившихся мыслить, но подробного анализа видов демократии и раскрытия причин, почему она не работает, ещё никто, насколько мне известно, не делал. Об этом и написана эта работа.

Андрей Геннадьевич Борцов

Танелорн (Выпуски 1-7) (СИ)

  Ростовский фэнтэзи-фэнзин "Танелорн" (Выпуски 1–7)ю

Журнал «Танелорн» , Танелорн Журнал , Ветал Кудрявцев , Алексей Колпиков

Дилогия атеизма

Мои рассуждения вряд ли убедят искренне верующих: их аксиоматика, похоже, исключает логику (хотя мне вышеприведенное кажется интуитивно очевидным, как им очевиден бог). Но я считаю своим долгом предупредить: ни одна религия не дает реальных оснований ни для какого выбора. У бога не выпросишь не только прямую помощь, но и подсказку. Все наши решения остаются на нашей — а не господней — совести. И бояться надо собственной ограниченности, а не божьей бесконечности.

Анатолий Александрович Вассерман

Крымские зарисовки

Юрий Николаевич Белкин

За волшебной дверью

Артур Конан Дойль , Артур Игнатиус Конан Дойл

Знаменитые убийцы и жертвы

Александр Лаврин

Армия и культура

Карем Багирович Раш , Карем Раш

Старые игры иезуитов

1. Старые РёРіСЂС‹ иезуитов2.В Р

Ольга Николаевна Четверикова

Новые герои. Массовые убийцы и самоубийцы

Книга итальянского социолога Ф. Берарди посвящена феномену массового убийства и самоубийства в современном мире. Почему мальчик приходит в школу и убивает своих учителей и одноклассников, почему однажды вечером мужчина решает расстрелять людей в кинотеатре во время сеанса «Бэтмена», что подтолкнуло Брейвика к убийству 71 человека? Почему, несмотря на рост уровня жизни и безграничный прогресс, число самоубийств в развитых странах растет год от года и преимущественно среди молодого поколения?Автор рассматривает социальные истоки и предпосылки этих явлений в нашей повседневной жизни. Исследуя громкие истории конца прошлого — начала нового столетия, Берарди находит причины совершившегося в биографиях преступников, социальной обстановке, окружавшей их (работа, взаимоотношения с другими людьми). Он показывает, как современный мир подавляет и угнетает людей, и какие ужасные последствия это за собой влечет.

Франко Берарди

Из телеинтервью компании CBS

Александр Исаевич Солженицын , Александр И Солженицын

Ключи Паталы

Ключи Паталы – экспериментальная литературная эклектика, выполненная в жанре метафизического афоризма.Каждый афоризм – цитата из несуществующей в реальном мире книги несуществующего в реальном мире автора.Текст произведения – внеземное существо, ведущее скрытый диалог с проницательным читателем.

Максим Раменский

Литературная Газета 6422 ( № 28 2013)

"Литературная газета" общественно-политический еженедельник. Главный редактор "Литературной газеты" Поляков Юрий Михайлович.

Литературная Газета , Литературка Газета Литературная Газета

Мы – не рабы?

"Давно (с незабвенных времен «самиздата») не получал я такого удовольствия от публицистики, как при чтении Вашей статьи. Я знаю, конечно, что ничего не изменит она и не заполнит ни в какой мере всепобеждающую Пустоту, но она высечет, я уверен, десятки и сотни искр из родственных душ, которые есть, которые всегда были и которые будут всегда."Этими словами Борис Стругацкий начинает послесловие к статье "Мы — не рабы? Особый путь России: исторический бег на месте" Юрия Афанасьева — статье, содержащий более чем жёсткий и не щадящий никого, включая, скажем, "священных коров либерализма" Ельцина или Гайдара, разбор истоков (от Ясы Чингисхана) и причин того «прекрасного» положения, в котором мы находимся. Афанасьев пишет о протоптанной имперской колее, с которой "аморальное население" не желает сходить, об успехе сталинской задумки по "замене народа" и о многом другом.Юрий Николаевич не предлагает никаких конкретных решений. Но он настолько точно сформулировал основные и глубоко спрятанные реперные точки, что тем самым выполнил добрую половину всей необходимой работы. В успехе которой, кстати, сам он очень и очень сомневается… На днях в жж активно перепечатывались чьи-то слова о том, что "срок годности России истёк"; Афанасьеву, по-моему, удалось чётко показать, почему это произошло.Даже не соглашаясь в чём-то или даже во многом с Афанасьевым, прочитать его всё равно стоит.Вл. Варфоломеев*** полная версия ***Первая половина этой статьи была напечатана 5 декабря 2008 года в № 47 «Новой газеты»; вторая половина написана Ю. Н. Афанасьевым специально для «Континента», и мы печатаем сегодня его труд в полном объеме.

Юрий Николаевич Афанасьев