Проза

пїЅ. пїЅ.
пїЅ. пїЅ.

пїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ, пїЅпїЅ пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ, пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ. пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ ЛёпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ. пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ. пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ?! пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ!пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ. пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ. пїЅпїЅ, пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ, пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ, пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ. пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ. пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ, пїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ, пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ. пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ. пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ, пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ, пїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ, пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ, пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ. пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ. пїЅпїЅпїЅпїЅ, пїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ, пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅ пїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ. пїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ.

пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ

Проза / Афоризмы
Ненависть
Ненависть

Издательство «Вече» представляет новую серию художественной прозы «Белогвардейский роман», объединившую произведения авторов, которые в подавляющем большинстве принимали участие в Гражданской войне 1917–1922 гг. на стороне Белого движения.Известный писатель русского зарубежья генерал Петр Николаевич Краснов в своем романе «Ненависть» в первую очередь постарался запечатлеть жизнь русского общества до Великой войны (1914–1918). Противопоставление благородным устремлениям молодых патриотов России низменных мотивов грядущих сеятелей смуты – революционеров, пожалуй, является главным лейтмотивом повествования. Не переоценивая художественных достоинств романа, можно с уверенностью сказать, что «Ненависть» представляется наиболее удачным произведением генерала Краснова с точки зрения охвата двух соседствующих во времени эпох – России довоенной, процветающей и сильной, и России, где к власти пришло большевистское правительство.

Петр Николаевич Краснов

Историческая проза
Кровавая королева
Кровавая королева

Шотландия, XI век. Объятая распрями и борьбой за королевский престол, страна дрожит от лязга мечей и стонет под копытами коней враждующих кланов. Честолюбивый военачальник Макбет Мак Финлех борется за королевский венец. В этом его поддерживает жена Грюада — леди Макбет, которой суждено стать королевой Шотландии.Кровавые убийства и междоусобные распри, предательства и измены, колдовские чары и смертельный яд, любовь и смерть составляют живописную канву романа Сьюзен Фрейзер Кинг, в котором главной героиней выступает леди Макбет. Автор поставила перед собой нелегкую задачу показать миру истинное лицо одной из самых известных «злодеек» в истории человечества. Мы знаем «кровавую» королеву по бессмертной пьесе Шекспира, однако на страницах романа Грюада Макбет предстает перед нами как женщина из плоти и крови, страдающая и любящая, ненавидящая и мстящая. Блестяще выписанные исторические детали передают атмосферу Шотландии XI века настолько достоверно, что читатель чувствует запах вереска и дыхание холодного северного ветра на своем лице. Этот роман навсегда перевернет ваше представление о короле Макбете и его прекрасной даме.

Сьюзен Фрейзер Кинг

Проза / Историческая проза
Андрей Рублев
Андрей Рублев

Торжество Руси после победы на Куликовом поле оказалось недолгим — всего два года спустя хан Тохтамыш сжег Москву, а еще через тринадцать лет над Русской землей нависла новая страшная угроза — из глубин Азии приближались непобедимые полчища Тамерлана. Казалось, повторяется трагедия полуторавековой давности и Русь ждет еще худшее опустошение, чем во времена Батыя, — однако в последний момент Тамерлан повернул прочь от русских границ, что было воспринято в Москве как чудесное спасение и Божье заступничество...Несмотря на все опасности и невзгоды, продолжающиеся княжьи усобицы и ордынское иго, рубеж XIV и XV столетий был не временем непроглядной тьмы, как можно подумать, посмотрев знаменитый фильм «Андрей Рублев», а началом рассвета и восхождения русской цивилизации. И главным выразителем этой переломной эпохи смелых надежд и грандиозных свершений стал легендарный иконописец Древней Руси, юность которого пришлась на грань веков.О становлении гения и пробуждении его бессмертного Дара, о том, как безвестный богомаз Андрейка превратился в великого Андрея Рублева, рассказывает эта книга.

Юрий Галинский

Проза / Историческая проза
Афганский дневник
Афганский дневник

Эта книга — беспристрастный рассказ офицера-десантника Вооруженных Сил России, непосредственного участника боевых действий, о военных операциях ВДВ в Афганистане, а также о солдатах и офицерах, с честью выполнивших воинский долг. А также реальное подтверждение того, что память о тех событиях и людях, проявивших себя настоящими героями, останется навсегда.Аннотация издательства с обложки: Личные дневники Ю. Лапшина написаны в непростых условиях. Тем больше их значимость сейчас, когда все дальше уходят в историю времена Афганской войны. Из записей, раздумий автора, свидетельств его боевых товарищей вырисовывается яркая и достоверная картина минувших лет и событий, подтверждая незыблемость общечеловеческих ценностей, таких, как честность, благородство и желание беззаветно служить Родине, что не раз доказали российские офицеры и солдаты ограниченного контингента советских войск в Афганистане.Об авторе: Лапшин Юрий Михайлович — полковник запаса. Более 20 лет прослужил в Воздушно-десантных войсках, десять лет — в МЧС. Окончил Военную академию имени М. В. Фрунзе и Военную академию генерального штаба ВС РФ. В Афганистане в должности заместителя командира 345-го отдельного гвардейского парашютно-десантного полка с мая 1987 года по февраль 1989 года. Награжден орденами Боевого Красного Знамени, Красной Звезды, «За службу Родине в ВС СССР», афганским орденом Звезды II степени.

Юрий Михайлович Лапшин

Биографии и Мемуары / Проза / Проза о войне / Военная проза / Документальное
Жизнь и житие Войно-Ясенецкого, архиепископа и хирурга
Жизнь и житие Войно-Ясенецкого, архиепископа и хирурга

Он не погиб в лагере, но прошел через все круги ада; он не был оппозиционером, однако почти на всей его биографии лежала печать изгойства. Врач, писавший научные труды в тюремной камере, он не только дождался их публикации, но и получил за них при Сталине Сталинскую премию. При этом он одновременно был и хирургом, и священнослужителем Русской Православной Церкви, архиепископом…Такая фигура — настоящая находка для биографа, для психолога и историка. А Марк Александрович Поповский как раз и был неутомимым воссоздателем исторических характеров. Когда он заинтересовался профессором Войно-Ясенецким, архиепископом Лукой, он уже был автором целой серии книг о знаменитых врачах и биологах.Чтобы воссоздать образ этого необычного человека Поповский годами, тайком от властей, объезжал города, расспрашивал свидетелей и собирал документы. На эту работу ушло двадцать лет напряженного труда.

Марк Александрович Поповский , Марк Поповский

Биографии и Мемуары / Публицистика / Проза / Русская классическая проза / Прочая документальная литература / Документальное