Проза

Благословенные рассказы
Благословенные рассказы

12 маленьких рассказов. О моментах выбора в жизни разных людей. В это время они вспоминают о Боге, что позволяет им принять сложное решение. Они становятся счастливее? Им становится более легко. С лёгким сердцем они принимают и отпускают те обстоятельства и тех людей, которые и которых приготовила для них сама жизнь. Сторож хранилища драгоценностей воспитывает сироту и воплощает её мечту стать певицей. Пожилая женщина меняет свою судьбу, став христианкой, и выйдя замуж за верующего американца. Ничего не изменяется с библейских времён – девушку сватают приехавшие из далёкой страны, и она соглашается ехать к жениху, которого ещё никогда не видела воочию. На экзопланете сосуществуют 3 разные церкви, и созданный инопланетным воздухом великан должен выбрать свою религию. Мать художника своей огромной верой обретает внучку. Две сестры приглашают в гости и слушают распространителя библейских книг. Чудесный «Бальзам из Галаада» современности дарит исцеление и любовь.

Мария Борисовна Кандинская

Проза / Современная проза
Бегство из психушки
Бегство из психушки

После окончания Санкт-Петербургской педиатрической академии Софья Николаевна Валко поехала работать в Добываловскую психиатрическую больницу, затерянную в новгородских лесах. Среди пациентов второй палаты, которых она лечит, еще с советских времен остались двое больных с вялотекущей шизофренией. Такой диагноз обычно ставили диссидентам. Психика этих больных – поэта и художника – была расшатана предыдущим «лечением» и запретом творчества.Софья стала восстанавливать их психику гештальт-терапией, которой увлеклась еще со студенческих лет, и творчеством – арт-терапией, для чего принесла им краски, бумагу, ДВП, пастель, карандаши, ручки.Московский академик с мировым именем, приехавший в добываловскую психушку, осматривает находящихся в ней больных и случайно сталкивается с художником, которому в советское время поставил диагноз «вялотекущая шизофрения», равносильный приговору. По заданию академика этого «больного» пытаются ликвидировать, потому что он слишком много знает. Софья Валко помогает художнику бежать. Они полюбили друг друга, но жизненные обстоятельства их разлучают – художник вынужден улететь в Америку.После нескольких лет разлуки они встречаются вновь, попадают в криминальные и драматические ситуации, и художник узнает от Софьи то, о чем и не подозревал.

Георгий Богач

Проза / Современная проза
Муть. Из брючного блокнота
Муть. Из брючного блокнота

Судьба – это заранее предписанная конструкция жизни или следствие решений и поступков? Рождён ли кто-то быть ничтожеством или в какой-то момент сам взращивает в себе низость? Рождён ли кто-то быть несчастным или всё-таки сам способен выбраться из лабиринта невзгод к благополучию? В этом нет ни закономерностей, ни общих правил. Человек – существо разумное, но сложно скроенное и чудовищно скрытное. Ему подчас сложно и в самом себе разобраться. Он постоянно выбирает между добром и злом по только ему известным и понятным алгоритмам. Что он думает, что скажет и как поступит – непредсказуемо и необъяснимо, потому что всё зависит от всего…Почему всё так сложилось у персонажей этой истории? Счастливая судьба? Злой рок? Везение? Собственный труд? Это могут понять только они сами…Мы каждый день выбираем между добродетелью и подлостью… и в самом конце пути задаём себе ненужный уже вопрос: "Почему?.."Содержит нецензурную брань.

Павел Яковлевич Тиккоев

Проза / Современная проза
Реликвия Викингов
Реликвия Викингов

В руки молдавского господаря Штефана чел Маре попадает удивительная вещь – череп, выполненный из горного хрусталя, привезенный из Америки предшественником Колумба Эриком Храбрым. Дурацкая статья о некоей «реликвии», придуманной Вениамином, чтобы воспротивиться беспробудной серости будней, объявляется гениальной и становится идеей-фикс для «буйных вожаков» новой молдавской империи. Фантазии, изложенные в ней – историческим открытием. Обладатель «волшебной силы» становился несокрушимым в битвах и удачлив в делах. Поэтому для успешного руководства страной нужны череп и его хрустальные яйца. Абсурдные идеи как нельзя лучше вписываются в сумасшествие момента, с безумными в своей бредовости националистическими лозунгами с нацистским уклоном, насильственной романизацией республики, поразительно настойчивым рьяным стремлением очередного «малого народа» приравнять себя непременно к «великим народам». Немыслимый фарс приобретает сходность черт в череде придуманных и действительных событий, создавая параллельность и сходство химеричности и действительности.

Владимир Весенний

Современная русская и зарубежная проза