Проза

Звезда без любви не рождается
Звезда без любви не рождается

Трамвай нёсся вниз по узкой улице, высекая искры на поворотах и надрывно сигналя. Тормоза не работали и вагоновожатый, с белым как мел лицом, вцепившись в ручку реостата, старался затормозить и снизить скорость.Человек тридцать пассажиров, отчаянно крича, упали друг на друга. Двери заклинило, выбраться наружу было невозможно и прохожие, которые стали невольными свидетелями, понимали, что трамвай без тормозов, всё больше набирая скорость, будет катиться до конца улицы, где рельсы делали крутой поворот.Так оно и произошло. С диким грохотом трамвай выкатился на площадь.Отчаянно визжа колёсами по рельсам, низвергая снопы искр порванными проводами, под крики обезумевших людей, он врубился в продовольственный магазин, въехав в него как в депо, и замер. Когда минут через двадцать подъехали машины скорой помощи и милиция, им открылся итог этого страшного происшествия. Пять человек погибли, двадцать четыре были ранены. Трамвай, превратившийся в металлолом, вытаскивали из магазина тягачами, а сам магазин на два месяца закрылся на ремонт.Подобный случай был редкостью, но о нём, даже через годы вспоминали ученики средней школы, расположенной на этой улице. Поэтому на занятия, несмотря на то, что надо было подниматься в гору, они часто шли пешком.

Эммануил Тафель

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Сладкая горечь слез
Сладкая горечь слез

Джо выросла в обычной американской семье. Замечательные родители, любимый брат, экстравагантная бабушка-путешественница. Джо была счастливой девчонкой — ровно до того дня, пока не узнала правду о своем происхождении. В тот день мир для нее перевернулся и беззаботная девушка превратилась в молодую женщину, одержимую целью выяснить, кто же она такая на самом деле. И Джо отправляется в долгое путешествие — по разным странам, в прошлое своих родителей, — понимая, что открытия, которые она сделает, могут необратимо изменить не только ее жизнь, но и жизнь всех, кого она любит.Четыре десятка лет назад в Карачи живет маленький мальчик. Он обитает в замкнутом мирке старого дома и абсолютно счастлив, не ведая, что однажды его мир разобьется вдребезги и это событие аукнется через много лет, определив судьбу неведомых ему людей.Удивительной силы история, близкая по духу и теме к знаменитому роману Халеда Хоссейни «Бегущий за ветром». Предательство и драма, случившиеся много лет назад, продолжают определять настоящее, и кто-то должен взять на себя смелость разрубить узел запутанных отношений, искупив тем самым вину за давние трагические события.

Нафиса Хаджи

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Повесть о преждевременном. Авантюрно-медицинские повести
Повесть о преждевременном. Авантюрно-медицинские повести

Прошлое, настоящее, будущее… Светлое или тёмное, близкое-далёкое, счастливое или не очень… Но всегда живое, преходящее, творимое… На виду и герои каждого времени.«Есть люди прошлого, люди будущего, люди вечного», – утверждал Николай Бердяев.Забыли про преждевременное… Скорее всего, не хотим в нём копаться, ибо оно всегда безрадостно и обречённо…Если преждевременные открытие, философия, искусство или ремесло – они безлимитны, они дозреют, то человек зажат временем, как смертник гарротой…Печальна судьба преждевременных…Пресс времени – это молва и мода, каноны и близорукость, косность и инстинкты, традиции и склад-уклад…Преждевременный всегда одинок. Стадом выживать легче, поэтому оригиналов выживают, чтобы не мутил воду, не смущал и не возмущал… У преждевременных во всём – налёт гениальности и эксклюзивности, поэтому они честолюбивы и обидчивы…Их жгли на кострах, превращая в исчезающий пепел, пытали до отречения, гноили в забвении, и только наивная Вера в святую Истину помогала им выживать…Семья им помеха, женщины – только те, что за ними в костёр… Квёлые телом, легко ранимые душой, они любят славу, но больше всего боятся забвения…Преждевременные всегда упоённо учатся, интуитивно чувствуя: чтобы «выстрелить», нужен солидный базис… Удалённость их от времени настоящего есть прямая функция от степени цивилизации социума…Правда, сильный маргинал имеет шанс стать на время вожаком, двинуть прогресс, подтянуть время, только вовсе не факт, что сонному стаду это во благо…В норме же преждевременность – это осознанная обречённость, но для наблюдателя – отнюдь не тоска, а тайны и интриги…Они, преждевременные, местами и временами случаются, и как с ними быть – никто толком не знает…Стаду трудно понять, что выскочки эти – его, стада, золотой фонд…«Повесть о преждевременном…», быть может, лишний раз заставит нас оглядеться и задуматься и где-то даже сориентироваться…Свои герои у прошлого, настоящего и будущего…И у преждевременного свои. Александр Леонидович Чижевский, «Леонардо да Винчи 20 века», – один из них…

Виктор Горбачев

Современная русская и зарубежная проза