Проза

Пёрышко
Пёрышко

Он стоял спиной ко мне, склонив черноволосую голову и глядя на лежащего на земле человека. Рядом толпились другие, но я видела только их смутные силуэты. Смотрела только на него. Впитывала каждое движение, поворот головы... Высокий, широкоплечий, сильный... Мечом перепоясан. Повернись ко мне! Повернись, прошу! Он замер, как будто услышал. И медленно стал  поворачиваться, берясь рукой за рукоять меча.Дыхание перехватило  - красивый! Невозможно красивый! Нас всего-то несколько шагов разделяло - все, до последней морщинки видела. Черные, как смоль, волосы, высокий лоб, яркие голубые глаза, прямой нос... небольшая черная бородка, аккуратно подстриженная. Шрам, на щеке, через правый глаз, чуть задевший веко. Но нисколько этот шрам не портит его мужественной красоты!

Ксюша Иванова , Расима Бурангулова , Олег Юрьевич Рой

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Любовно-фантастические романы / Романы
Философский камень
Философский камень

Действие романа происходит в Центральной Европе XVI века (в основном во Фландрии), расколотой религиозным конфликтом и сотрясаемой войнами. Главный герой — Зенон Лигр, алхимик, врач и естествоиспытатель.Оригинальное название романа — Чёрная стадия (или Стадия чернения) — наименование первой и самой сложной ступени алхимического процесса — Великого делания. Суть Чёрной стадии заключается в «разделении и разложении субстанции» до состояния некой аморфной «чёрной массы» первоэлементов, в которой, как в изначальном хаосе, скрыты все потенции.По словам автора, Чёрная стадия также символически обозначает попытки духа вырваться из плена привычных представлений, рутины и предрассудков.Зенон проходит свою «чёрную стадию» на фоне ужасов Европы эпохи религиозных войн. Большинство персонажей романа гибнут мучительной смертью, часты описания жестокостей и принятых в то время способов казни. Своеобразной вставной новеллой в романе ярко и жёстко изображена деятельность Яна Лейденского и его приспешников, трагедия Мюнстера, павшего жертвой безумия фанатиков, и кровавый финал анабаптистской секты.

Колин Генри Уилсон , Маргерит Юрсенар , Сергей Венедиктович Сартаков , Пётр Александрович Марьяшов , Юрс

Проза / Историческая проза / Эзотерика, эзотерическая литература / Разное / Без Жанра
Наши предки
Наши предки

Турецкое ядро располовинило виконта Медардо ди Терральба, и обе половинки, представьте себе, зажили самостоятельно; а малолетний барон Козимо ди Рондо, обидевшись на отца из-за тарелки вареных улиток, залез на дерево, дал зарок никогда не спускаться на землю, да так и прожил всю жизнь, перескакивая в лесу с ветки на ветку с ружьем за плечами и томом Руссо под мышкой. Да это еще что! а вот рыцаря Агилульфа – его вообще не было! И служить своему государю Карлу Великому ему удавалось, как он сам говорил, исключительно «силой воли и верой в святость нашего дела».Об этих-то стародавних временах, благородных героях и удивления достойных событиях идет речь в трилогии под общим названием «Наши предки» («Раздвоенный виконт» (1951), «Барон на дереве» (1957), «Несуществующий рыцарь» (1959)) итальянца Итало Кальвино (1923-1985), известного и неизвестного российскому читателю.

Итало Кальвино

Классическая проза
Повелитель снов
Повелитель снов

Олег Дронов, журналист и в прошлом аналитик разведки, по просьбе Анн Даниэлс, бывшей воспитанницы специального детдома, курировавшегося засекреченным НИИ, и удочеренной четырнадцать лет назад австралийской парой, попадает в городок Бактрию, чтобы найти ее приемного отца Дэвида. Сам Дэвид прибыл в город в поисках странного медальона – талисмана, уже не одно тысячелетие влияющего, по поверьям, на судьбы людей. И пропал… С беглого взгляда курортный город в мертвый сезон кажется сонным и недвижным, но сны здесь словно материализуются, сны кошмарные и нередко фатальные. Да и выросшие детдомовские дети оказываются наделенными уникальными способностями, но притом – абсолютно беспомощными перед своим неведомым прошлым. И все происходящее кажется мнимым, будто мираж. Олегу Дронову необходимо понять, что происходит. Чтобы обрести право на жизнь и любовь.

Наталья Леонидовна Исупова , Олег Юрьевич Рой , Александр Дмитриевич Прозоров , Екатерина Александровна Неволина , Ольга Балым

Боевик / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Попаданцы / Современная проза
Кармилла
Кармилла

В изолированном от внешнего мира замке, глубоко в австрийских лесах Штирии, Лора ведет уединенную жизнь со своим отцом и немногочисленными слугами. Однажды лунной ночью в поле разбивается карета, везущая нежданного гостя – красавицу Кармиллу. Лора и отец приглашают ее остаться у них, пока она не поправится. Прекрасная незнакомка принимает предложение. Вскоре начинают происходить странные события: Лора заболевает, ее состояние ухудшается с каждым днем, а по ночам мучают приступы удушья. После нескольких мучительных ночей юной Лоре предстоит узнать шокирующую правду о загадочной гостье.«Кармилла» – готическая новелла 1872 года ирландского писателя Джозефа Шеридана Ле Фаню и одно из первых произведений литературы о вампирах, написанная на четверть века раньше «Дракулы» Брэма Стокера (1897).В издание также входит повесть «Тайна гостиницы "Парящий дракон"».

Джозеф Шеридан Ле Фаню , Фаню Джозеф Ле

Зарубежная классическая проза / Прочее / Научная Фантастика / Ужасы / Зарубежная классика
Тайный посол. Том 1
Тайный посол. Том 1

Владимир Малик (настоящая фамилия Сыченко, 1921 – 1998) – украинский писатель, известный как автор историко-приключенческих романов (тетралогия «Тайный посол», «Князь Кий», «Червленые щиты» и др.). Его произведения ставят в один ряд с романами Александра Дюма и Генрика Сенкевича. В 1983 году за достижения в области литературы В.Малику была присуждена премия им. Леси Украинки.В тетралогии «Тайный посол» рассказывается о борьбе украинского народа против турецко-татарских захватчиков во второй половине XVІІ столетия, про трагические события в Украине после Чигиринских походов и про оборону Вены (летом 1683 года). Увлекают невероятные приключения главного героя романа казака-сорвиголовы Арсена Звенигоры и его побратимов, чья самоотверженность в борьбе за «други своя», за честь, справедливость и человечность делает их настоящими рыцарями «без страха и упрека».

Владимир Кириллович Малик

Приключения / Проза / Историческая проза