Проза

Том 3

Роман посвящен острым проблемам современности. В основе сюжета — раздумья о жизни старого большевика Алексея Фомича Холмова, по-ленински беспокойного и деятельного, для которого всегда и во всем интересы народа, Родины превыше всего. Это произведение о коммунистической нравственности, о стиле партийного руководства, о том, каким должен быть тот, кто облечен высоким доверием народа.

Семен Петрович Бабаевский

Сицилиец

ПЕРВЫЙ ПОЛНЫЙ ПЕРЕВОД РОМАНА В РОССИИРоман знаменитого американского писателя Марио Пьюзо «Сицилиец» принято считать продолжением «Крестного отца».Эта книга о дружбе и вражде, любви и ненависти, сицилийском законе омерты и бесконечной вендетте. Роман позволяет читателю без риска для жизни заглянуть в святая святых мафии.Действие происходит на Сицилии, сразу после падения фашистской диктатуры Муссолини. Главный герой Сальваторе Гильяно борется за независимость Сицилии и сицилийского народа. Майкл должен помочь ему выехать в Америку, но из-за предательства друга все идет не так, как было запланировано…«По-прежнему блестящее повествование в желчной, темной манере Пьюзо: клятвопреступления, бесстрастные вендетты и коррупция на всех уровнях – от городского парикмахера до кардинала Палермо…» – Kirkus Review«Искусно написанный и полный страсти роман». – Time«Пьюзо – настоящий мастер повествования». – USA Today«Персонажи очаровывают еще более, чем те, что сделали культовым роман "Крестный отец"». – New York Daily News

Юля Белова , Марио Пьюзо

Его моя девочка

Изобразить девушку популярного парня, которого достали поклонницы? Легко? Да, наверное. Особенно, если надеешься, что постепенно фиктивные отношения перерастут в настоящие. Но почему тогда, стоит встретиться взглядом с его другом, мурашки бегут по спине?

Эльвира Владимировна Смелик , Эльвира Смелик

Чаттертон

Роман «Чаттертон» (1987) тоже отсылает нас к биографиям реальных лиц – поэта-самоубийцы XVIII века Томаса Чаттертона, поэта викторианской эпохи Джорджа Мередита, причем линии их жизни переплетаются с вымышленной сюжетной линией Чарльза Вичвуда, поэта наших дней.Акройд проецирует на три разные эпохи историю непризнанного и одинокого поэтического таланта, заставляя переплетаться судьбы своих персонажей, то и дело уснащая текст детективными поисками. Прежде всего, это погоня за утраченной стариной, но лейтмотивом этих поисков служит и постоянный вопрос: что есть реальность и вымысел, что есть истинное и ложное? В связи с этим часто всплывает тема плагиата в искусстве и тема фальсификации, т. е. «плагиата наоборот», когда художник приписывает собственное творение чужому гению. Возможно, не каждый согласится с теми выводами, которые делают герои романа.Как этого и требует жанр псевдодетектива, читательские ожидания под конец обманываются, и всю книгу приходится переосмысливать заново, – но именно этого, должно быть, и добивался автор, явно избегающий окончательной расстановки точек над «i» и предлагающий каждому самостоятельно решать, где лежит истина…

Питер Акройд

Николай Чудотворец

Одним из самых известных в мире святых является Николай Чудотворец, епископ Мир Ликийских. Он считается покровителем моряков и бездомных, тюремных СѓР·ников и детей. Р' чудеса его верят жители почти всей планеты. На Руси его называли «Русский Бог», знали, что молитва ему спасает РѕС' бед. РљРѕРіРґР°-то его мощи лежали в городе РњРёСЂС‹ (ныне Турция), а в XI веке были перевезены в итальянский город Бари, куда ныне устремляются миллионы паломников, чтобы поклониться святителю и взять с СЃРѕР±РѕР№ частицу благоухающего чудесного миро. Р'СЃРµ дети мира Р·РѕРІСѓС' его Санта Клаус, он РїСЂРёРЅРѕСЃРёС' подарки на Новый год. Книга известного писателя, историка Константина Ковалева-Случевского — собрание уникальных сведений о святителе Николае, его РґСѓС…овном подвижничестве. Полное жизнеописание привлекает живым литературным языком и научно-историческим содержанием. Р

Константин Петрович Ковалев-Случевский , Михаил Николаевич Грешнов , Олег Косачев

От А до А

Моя первая любовь лишила меня права быть слабой и беззащитной. Оставшись одна и потеряв нерожденного ребенка, я научилась рассчитывать только на себя. И сейчас, когда я встретила его – настоящего, любимого и любящего, моя первая любовь снова вернулась в мою жизнь. Чтобы опять все разрушить. Больше я этого не допущу. Андрей или Андрияш? Мой выбор очевиден. Я – Лада Кулакова, и это моя история от «А до А».

Алина Ланская

Прага

1990 год, Восточная Европа, только что рухнула Берлинская стена. Остроумные бездельники, изгои, рисковые бизнесмены и неприкаянные интеллектуалы опасливо просачиваются в неизведанные дебри стран бывшего Восточного блока на ходу обрывая ошметки Железного занавеса, желая стать свидетелями нового Возрождения. Кто победил в Холодной войне? Кто выиграл битву идеологий? Что делать молодости среди изувеченных обломков сомнительной старины? История вечно больной отчаянной Венгрии переплетается с историей болезненно здоровой бодрой Америки, и дитя их союза — бесплодная пустота, «золотая молодежь» нового столетия, которая привычно подменяет иронию равнодушием. Эмоциональный накал превращает историю потерянного поколения в психологический триллер. Бизнес и культурное наследие, радужное будущее и неодолимая ностальгия, стеклобетонные джунгли и древняя готика, отзвуки страшной истории восточноевропейских стран. Покалеченных, однако выживших.«Прага», первый роман Артура Филлипса, предшествовал роману «Египтолог» и на Западе стал бестселлером. Эта книга вмещает в себя всю европейскую литературу. Книга для «золотой молодежи», любителей гламурных психотриллеров, нового «потерянного поколения», которому уже ничто не поможет.

Артур Филлипс

Солнце мертвых

Среди зарубежных русских писателей Иван Сергеевич Шмелев самый русский — так говорили о нем Иван Бунин, Константин Бальмонт, Иван Ильин. И на родине, и в вынужденной эмиграции Иван Шмелев, по его собственному признанию, писал «только о России, о русском человеке, о его душе и сердце, о его страданиях».«Солнце мертвых» — трагическое повествование о кровавых событиях Гражданской войны в России, унесшей жизнь единственного сына И.Шмелева. «Страшней этой книги — есть ли в русской литературе?» — заметил А.Солженицын. «Лето Господне», одно из последних произведений И.Шмелева, признано вершиной творчества автора, пронизано светом, любовью и теплыми воспоминаниями.

Иван Сергеевич Шмелев

Идеальный выбор

Деве Марии на момент непорочного зачатия было 14 лет. Что произойдет, если современная девушка этого возраста в один прекрасный день придет в школу и объявит, что беременна Мессией? С большой вероятностью ее вышвырнут вон, обозвав грязной шлюшкой, отнимут ребенка и посадят в сумасшедший дом — и это при наших отнюдь не библейских нравах. Этот парадокс давно беспокоил Стеллу Даффи, и, подключив воображение, она написала притчу о современной деве Софии…Софию вряд ли можно назвать непорочной. Она танцовщица. София танцевала всегда — в детстве, в юности, танцует она и сейчас — в ночном стрип-клубе. Ее работа — пробуждать в мужчинах похоть. Или все же любовь? Над этим София не задумывалась. Пока однажды, после ночи, полной танцев и выпивки, ее не посетил гость. Гость был необычным — звали Габриэлем, на постели он сидел, не касаясь простыней, и тело его слегка мерцало синевой в сумраке ночи. Предложение, которое он сделал Софии, оказалось еще более необычным: стать матерью нового Мессии…«Идеальный выбор» — еще одна горькая и провокационная притча от английской сказочницы Стеллы Даффи, проникнутая иронией и сочувствием.

Саманта Джеймс , Стелла Даффи

Часовщик

Во всем Арагоне, во всей Кастилии нет часовщика искуснее Бруно Гугенота. Он настолько преуспел в своем мастерстве, что дерзнул бросить вызов самому Создателю, решив взять и повернуть ход времени. И немудрено, время действительно неспокойное: повсюду рыщут шпионы, вынюхивая очередного еретика, чтобы оттащить его на костер.Время, считает Бруно, течет в какие-то совсем уж мрачные дебри… Надо чуть-чуть подправить: поменять шестерни, затянуть пружину, перевести стрелки… И вот уже пошло другое время — полегче, повеселее…Но, увы, не менее кровожадное, чем прежнее. И Бруно предстоит очень скоро убедиться в этом…

Родриго Кортес , Иван Данилович Жолудь , Софья Викторовна Карелина , Геннадий Ангелов , Пётр Макаров

Один в Берлине

Ханс Фаллада (псевдоним Рудольфа Дитцена, 1893–1947) входит в когорту европейских классиков ХХ века. Его романы представляют собой точный диагноз состояния немецкого общества на разных исторических этапах. …1940-й год. Германские войска триумфально входят в Париж. Простые немцы ликуют в унисон с верхушкой Рейха, предвкушая скорый разгром Англии и установление германского мирового господства. В такой атмосфере бросить вызов режиму может или герой, или безумец. Или тот, кому нечего терять. Получив похоронку на единственного сына, столяр Отто Квангель объявляет нацизму войну. Вместе с женой Анной они пишут и распространяют открытки с призывами сопротивляться. Но соотечественники не прислушиваются к голосу правды — липкий страх парализует их волю и разлагает души. Историю Квангелей Фаллада не выдумал: открытки сохранились в архивах гестапо. Книга была написана по горячим следам, в 1947 году, и увидела свет уже после смерти автора. Несмотря на то, что текст подвергся существенной цензурной правке, роман имел оглушительный успех: он был переведен на множество языков, лег в основу четырех экранизаций и большого числа театральных постановок в разных странах. Более чем полвека спустя вышло второе издание романа — очищенное от конъюнктурной правки. «Один в Берлине» — новый перевод этой полной, восстановленной авторской версии.

Ганс Фаллада

Процесс

Роман о последнем годе жизни Йозефа К., увязшего в жерновах тупой и безжалостной судебной машины, – нелицеприятный портрет бюрократии, знакомой читателям XXI века не хуже, чем современникам Франца Кафки, и метафора монотонной человеческой жизни без радости, любви и смысла. Банковского управляющего К. судят, но непонятно за что. Герой не в силах добиться справедливости, не отличает манипуляции от душевной теплоты, а добросовестность – от произвола чиновников, и до последнего вздоха принимает свое абсурдное состояние как должное. Новый перевод «Процесса», выполненный Леонидом Бершидским, дополнен фрагментами черновиков Франца Кафки, ранее не публиковавшимися в составе романа. Он заново выстраивает хронологию несчастий К. и виртуозно передает интонацию оригинального текста: «негладкий, иногда слишком формальный, чуть застенчивый немецкий гениального пражского еврея».

Франц Кафка

Дерево растёт в Бруклине

Фрэнси Нолан видит мир не таким, как другие, – она подмечает хорошее и плохое, знает, что жизнь полна несправедливости, но при этом полна добрых людей. Она каждый день ходит в библиотеку за новой книгой и читает ее, сидя на пожарном балконе в тени огромного дерева. И почти все считают ее странноватой. Семья Фрэнси живет в бедняцком районе Бруклина, и все соседи знают, что без драм у Ноланов не обходится. Отец, Джонни, невероятный красавец, сын ирландских эмигрантов, работает поющим официантом и часто выпивает, поэтому матери, Кэти, приходится работать за двоих, чтобы прокормить семью. Да еще и сплетни подогревает сестра Кэти, тетушка Сисси, которая выходит замуж быстрее, чем разводится с мужьями. Но при этом дом Ноланов полон любви, и все счастливы, несмотря на трудную жизнь. Каждый из них верит, что завтра будет лучше, но понимает, что сможет выстоять перед любыми нападками судьбы. Почему у них есть такая уверенность? Чтобы понять это, нужно познакомиться с каждым членом семьи.

Бетти Смит

Закон парных случаев

Это только кажется, что скелеты надежно скрыты в семейных шкафах. На самом деле они могут долгие годы ждать подходящего момента, чтобы вывалиться - и разрушить жизнь тех, кто их спрятал. Мартину, на глазах которого был убит отец и тяжело ранена мать, придется самому узнать нелегкую правду, которую от него скрывали родители.

Инна Юрьевна Бачинская , Наталья Несмеянова , Татьяна Рябинина , Алла Наумовна Лупачева

Мой Дагестан

Р

Расул Гамзатович Гамзатов

Сукины дети

Название «Сукины дети» мог позволить себе, пожалуй, лишь Филатов. Его юмор, глубина, тонкость абсолютно органичны и естественны. Проза Филатова – это безумно вкусное, в меру перченое блюдо. Читатель получит невероятное удовольствие от книги современного классика, автора незабвенной поэмы «Про Федота-стрельца».

Леонид Алексеевич Филатов

Сальватор. Том 1

Мало известный нашему читателю роман «Сальватор» – окончание романа «Могикане Парижа», в котором отражена эпоха Реставрации.

Александр Дюма

Асканио

«Асканио» – один из лучших исторических романов Дюма-отца. В романе, переносящем нас в эпоху позднего Возрождения, описан тот период жизни Бенвенуто Челлини, прославленного итальянского скульптора и ювелира, когда он вместе со своим любимым учеником Асканио находился на службе у французского короля Франциска I. Подлинными героями романа являются не владетельные особы или знатные вельможи, а представители народа – художник, подмастерье, бедный писец-студент, – талантливые, великодушные, мужественные и жизнерадостные.

АЛЕКСАНДР ДЮМА

Мерзкая плоть. Возвращение в Брайдсхед. Незабвенная. Рассказы

В однотомник вошли лучшие произведения знаменитого английского сатирика.Роман «Мерзкая плоть» дает сатирическую картину жизни английского общества 20-х годов прошлого века. В романе «Возвращение в Брайдсхед» автор показывает обреченность британской аристократии в современном капиталистическом мире. Повесть «Незабвенная» высмеивает американский образ жизни.В сборник включены также рассказы разных лет.

Ивлин Во

Трах!

Дино, Джон и Бен — самые крутые и популярные ребята в школе. У каждого из них своя жизнь, но их мысли крутятся вокруг одного: девчонки и секс. Дино сходит с ума от Джеки — первой красавицы школы, которая дико хочет секса с ним, но постоянно себя останавливает под тем или иным предлогом. На шею Джона вешается толстушка Дебора, которая ему даже нравится, — но показываться с ней на людях ему стыдно. Ну а Бен встречается с молодой учительницей, которая стала ему преподавать уроки Большой Любви и о романе с которой он никому не может рассказать.Мелвин Берджес пишет о жизни шестнадцатилетних школьников без пафоса и романтического налета, честно, откровенно, заглядывая в самые темные уголки их души.

Мелвин Бёрджесс , Мелвин Берджес

Том 1. Рассказы, повести, юморески 1880-1882

Полное собрание сочинений и писем Антона Павловича Чехова в тридцати томах — первое научное издание литературного наследия великого русского писателя. Оно ставит перед собой задачу дать с исчерпывающей полнотой всё, созданное Чеховым.В первый том Полного собрания сочинений и писем А. П. Чехова вошли рассказы, повести, юморески и литературные пародии 1880–1882 годов.В данной электронной редакции опущен раздел «Варианты».

Антон Павлович Чехов

Скитания ворона

Это пятая книга из поистине народного сериала «ЧЕРНЫЙ ВОРОН», полюбившегося миллионам читателей и телезрителей.Все хорошо было в жизни Нила Баренцева: молодая жена-француженка, карьерные перспективы, предстоящий переезд во Францию. Но, отправляясь в Париж, Нил не знал, что случайная встреча в поезде перевернет его душу. После встречи с Лиз, дочерью лорда Морвена, его жизнь обрела новый смысл. Но Нил не принадлежит себе, его жизнь в руках КГБ. Чтобы снова встретиться с Лиз, ему надо свернуть горы…

Дмитрий Вересов

Асфальт и тени

В произведениях Валерия Казакова перед читателем предстает жесткий и жестокий мир современного мужчины. Это мир геройства и предательства, мир одиночества и молитвы, мир чиновных интриг и безудержных страстей. Особое внимание автора привлекает скрытная и циничная жизнь современной «номенклатуры», психология людей, попавших во власть.

Валерий Николаевич Казаков

Улисс (часть 3)

Джеймс Джойс

Слэм

Сэм, обыкновенный лондонский пятнадцатилетний парень, занимающийся скейтбордингом, никак не рассчитывал получить РѕС' жизни ошеломляющий СЃСЋСЂРїСЂРёР· — его подружка беременна. Р

Ник Хорнби

Венец

Знаменитая норвежская писательница Сигрид Унсет была удостоена Нобелевской премии за трилогию «Кристин, дочь Лавранса».«Венец» — первая книга этой трилогии. Героиня романа — молодая и прекрасная девушка Кристин, норовистая и страстная, живущая, повинуясь голосу сердца, вопреки условностям и традициям средневековой норвежской деревни.

Сигрид Унсет

Синопский бой

Сергей Николаевич Сергеев-Ценский

Кукук

Этот текст является чисто биографическим и в нём отсутствуют какие-либо вымыслы. Возможны ошибки, неверное восприятие реальности, слежавшиеся воспоминания, невероятные совпадения, но ни в коем случае — фантазия.Прожив эмигрантом в Германии 11 лет, в 2007 году я решил было вернуться в родной город. В Петербург. Вернувшись, начал писать письма русскоязычным друзьям в Германии, стал рассказывать обо всём том, что им могло быть интересным. Я писал сперва один текст на всех, затем сохранял его под именем адресата, прочитывал, держа друга-подругу в голове, и мысленно обращаясь к нему, вносил корректуры в зависимости от затронутых в нем тем. Очень быстро мне это дело наскучило, и я стал лениво отсылать всем одно и тоже по электронной почте на несколько адресов единовременно. Оттого — что теперь я писал, не имея перед собой конкретного лица, — письма мои сами собой обратились в повествовательную форму. Набралась у меня, таким образом, чёртова дюжина этих полурассказиков.Этими текстами я продолжительное время разговаривал с самим собой. Забалтывал себя ими от депрессии. И они мне, признаюсь, помогали.

Алексей Евсеев

Мои собаки

Прозу Леонида Сергеева отличает проникновенное внимание к человеческим судьбам, лирический тон и юмор.Автор лауреат премий им. С. Есенина и А. Толстого, премии «Золотое перо Московии», премии журнала «Московский вестник», Первой премии Всероссийского конкурса на лучшую книгу о животных 2004 г.В книге сохранена авторская пунктуация.

Иван Сергеевич Соколов-Микитов , Леонид Анатольевич Сергеев , Александр Григорьевич Воронин

Река убиенных

В августе 1941-го немецкие войска подходят к Подольскому укрепрайону, последнему русскому заслону перед Днестром. Для того чтобы избежать длительных боев и сохранить в неприкосновенности для наступающих фашистов мосты, в тыл Красной армии забрасывается десант — профессионалы из специального диверсионного полка вермахта «Бранденбург». Руководит отрядом суперпрофессионал, барон фон Штубер, приятель Отто Скорцени, главного диверсанта Третьего рейха.Роман «Река убиенных» открывает новый цикл «Беркут», действие которого разворачивается на оккупированных вермахтом территориях Восточной Украины в 1941–1943 гг.

Богдан Иванович Сушинский

Александрийский квартет

Четыре части романа-тетралогии «Александрийский квартет» не зря носят имена своих главных героев. Читатель может посмотреть на одни и те же события – жизнь египетской Александрии до и во время Второй мировой войны – глазами совершенно разных людей. Закат колониализма, антибританский бунт, политическая и частная жизнь – явления и люди становятся намного понятнее, когда можно увидеть их под разными углами. Сам автор называл тетралогию экспериментом по исследованию континуума и субъектно-объектных связей на материале современной любви.Текст данного издания был переработан переводчиком В. Михайлиным и дополнен вступительной статьей и комментариями.

Лоренс Джордж Даррелл , Лоренс Даррелл

Знак Вирго

Юрий Самуилович Хазанов