Проза прочее

Счастливый Феликс: рассказы и повесть
Счастливый Феликс: рассказы и повесть

«Прекрасный язык. Пронзительная ясность бытия. Непрерывность рода и памяти – все то, по чему тоскует сейчас настоящий Читатель», – так отозвалась Дина Рубина о первой книге Елены Катишонок «Жили-были старик со старухой». С той поры у автора вышли еще три романа, она стала популярным писателем, лауреатом премии «Ясная Поляна», как бы отметившей «толстовский отблеск» на ее прозе. И вот в полном соответствии с яснополянской традицией, Елена Катишонок предъявляет читателю книгу малой прозы – рассказов, повести и «конспекта романа», как она сама обозначила жанр «Счастливого Феликса», от которого буквально перехватывает дыхание. Да и другие рассказы, наверное, автор могла бы развернуть из «конспектов» в более просторные полотна. Могла бы – но не стала. Потому что знает цену точной детали, лаконичной фразе, мастерски выстроенному сюжету. Единый сюжет есть и у всей книги. Автор видит его так: «от сияющего бесконечного дня ребенка к неумолимой взрослой осени, когда солнце движется к закату, но тем неистовее становится желание жить».

Елена Александровна Катишонок , Елена Катишонок

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Дом, в котором…
Дом, в котором…

На окраине города, среди стандартных новостроек, стоит Серый Дом, в котором живут Сфинкс, Слепой, Лорд, Табаки, Македонский, Черный и многие другие. Неизвестно, действительно ли Лорд происходит из благородного рода драконов, но вот Слепой действительно слеп, а Сфинкс – мудр. Табаки, конечно, не шакал, хотя и любит поживиться чужим добром. Для каждого в Доме есть своя кличка, и один день в нем порой вмещает столько, сколько нам, в Наружности, не прожить и за целую жизнь. Каждого Дом принимает или отвергает. Дом хранит уйму тайн, и банальные «скелеты в шкафах» – лишь самый понятный угол того незримого мира, куда нет хода из Наружности, где перестают действовать привычные законы пространства-времени.Дом – это нечто гораздо большее, чем интернат для детей, от которых отказались родители. Дом – это их отдельная вселенная.

Мариам Петросян

Проза / Проза прочее
Гамбит Королевы
Гамбит Королевы

«Развелся, казнил, умерла, развелся, казнил, пережила…» – эту считалку англичане придумали, чтобы запомнить жен Генриха VIII. Его шестой, и последней, жене повезло больше, чем всем ее предшественницам, – Катерине Парр удалось пережить своего властительного супруга, хотя она не однажды оказывалась на краю гибели. Овдовев во второй раз, она вынуждена была явиться ко двору в свиту старшей дочери Генриха VIII Марии Тюдор. Здесь Катерина влюбилась в красавца Томаса Сеймура и надеялась выйти за него замуж. Но у короля были на нее свои планы. Привлеченный умом и выдержкой Катерины, король объявил о своем решении жениться на ней. Сеймур был отправлен с глаз долой за границу. Так Катерина стала шестой женой стареющего, больного, своенравного монарха, страстно мечтающего еще об одном сыне…

Элизабет Фримантл

Проза / Проза прочее
Армейские байки. Как я отдавал Священный долг в Советской армии
Армейские байки. Как я отдавал Священный долг в Советской армии

Андрей Норкин – российский журналист, медиаменеджер, телеведущий, радиоведущий. Член Академии Российского телевидения. Обладатель премий ТЭФИ и «Радиомания». Лауреат премии Правительства Российской Федерации в области средств массовой информации.Книга российского журналиста Андрея Норкина – основанный на реальных событиях откровенный рассказ о необыкновенных армейских приключениях молодого жителя Москвы в последние годы существования СССР. Рассказ, действие которого происходит в самых глухих местах Горьковской области и во втором по величине городе Грузии – Кутаиси, в высокогорной Сванетии и пустынной Караязской степи, в трескучие морозы и при удушающей жаре. Почему хлястик – самый важный элемент обмундирования и как сделать из паука фаланги изысканное украшение? Как меняла армейский уклад горбачевская перестройка и правда ли, что на смену «дедовщине» пришла национальная вражда? Чем умение писать стихи может помочь армейской службе и как добиться от командования официального разрешения нарушать Устав? При каких обстоятельствах русская водка превосходит грузинский коньяк и почему короля поп-музыки следует называть «Мишель Джексон»? Изменилась ли Советская армия после кровавых событий в Сумгаите и где громче всего слышалось эхо Спитакского землетрясения? Как правильно организовать испытание новобранцев слезоточивым газом, где лучше всего прятаться от наблюдателей НАТО?..

Андрей Владимирович Норкин

Проза / Юмористическая проза / Проза прочее
Песчинка на ветру
Песчинка на ветру

Остросюжетный роман, описывающий яркую и трагическую судьбу уральской художницы. Не сумев отстоять своё чувство в юности, она пытается наверстать упущенное спустя десять лет и тем самым совершает ужасную ошибку, запуская цепь трагических событий, которые не только разрушают её жизнь, но и уносят жизни тех, кого она любила. Когда ты выбираешь между двумя мужчинами – сильными и нежными, будь осторожна. Под покровом нежности может спать Дракон. Если ты его приручишь – не вздумай его бросать. Проснувшись и разозлившись, он может ждать годами и копить внутри себя яростный огонь. Однажды он вырвется и сожжёт всё, что тебе дорого, а ты сама окажешься в золотой клетке. Можно ли убить Дракона и вырваться на свободу? Несомненно, стоит лишь сорвать с него покрывало нежности и заглянуть в его безжалостные глаза. Но как потом жить на выжженной земле?

Светлана Щурова , Юлия Гойгель

Остросюжетные любовные романы / Современные любовные романы / Эротическая литература / Проза / Проза прочее
Рандеву и другие рассказы (сборник)
Рандеву и другие рассказы (сборник)

В сборник «Рандеву» английской писательницы Дафны Дюморье (1907–1989) вошли рассказы, написанные в конце 1920-х – начале 1930-х годов и в десятилетие между 1937 и 1947 годом. Как и вся новеллистика Дюморье, эти четырнадцать историй поражают разнообразием сюжетов и жанров. Выдержанный в готической традиции «Эскорт» соседствует с театральными, в духе Чехова, «Примой» и «Прирожденным артистом»; психологический этюд «За закрытой дверью» – с поучительным анекдотом «Оплошность»; своеобразно обыгрывающие форму сказки или притчи «Пресвятая Дева», «Adieu Sagesse» и «Сказка» – с остросатирическими «Любовник», «Рандеву», «Ангелы и архангелы». Есть здесь и характерные для Дюморье по-хичкоковски напряженные истории: «Паника», «Без видимых причин» и «Доля секунды». Из всех перечисленных только два последних рассказа раньше уже издавались по-русски, остальные публикуются впервые.

Дафна Дюморье

Проза / Проза прочее
Улисс. Том II
Улисс. Том II

«Улисс» (1922) – не только главный труд Джеймса Джойса. Это также главная веха модернистской литературы, роман, определивший пути искусства прозы и не раз признанный первым и лучшим за всю историю жанра.После того как в 1918–1921 годах некоторые главы появились в печати, роман запретили, обвинив автора в непристойности. Впервые после окончания рукописи он был издан во Франции и только спустя 14 лет на родине писателя, произведя фурор, явившись новым форматом, до сих пор не известным читателю.Сюжет книги прост: это один день из жизни дублинского обывателя. Но в нехитрую оболочку вмещен весь космос литературы – виртуозный язык, фейерверк стилей и техник письма, исторические и мифологические аллюзии, авторская ирония – и вырастающий новый взгляд на искусство, человека и мир.16 июня в Ирландии и широко за ее пределами поклонники Джеймса Джойса устраивают Блумсдэй – праздник, названный в честь главного героя романа «Улисс» Леопольда Блума.В настоящее издание включены наиболее полные комментарии к роману, составленные С. С. Хоружим.

Джеймс Джойс

Проза / Проза прочее